Page 1

Валентина Мячина

Куликовский детский дом Куликово—2015


Куликово — 2015


Я... Детство... Война... Документально-публицистическое издание. Куликово, 2015. – 36 с.


ПОМНИТЕ. ЧИТАЙТЕ. ХРАНИТЕ. (обращение к читателю)

Война и дети... Нет ничего страшнее, чем эти два слова, поставленные рядом. Потому что дети рождаются для жизни, а не для смерти. А война эту жизнь отнимает... Если говорить сухим языком арифметики, то получается следующая картина. Страшная, трагическая картина... 1 418 дней или 34 000 часов длилась Великая Отечественная война. 27 000 000 погибло в ней советских людей. Если по каждому погибшему объявить минуту молчания, страна будет молчать... 43 года! 27 000 000 за 1 418 дней – это значит, погибало 13 человек в каждую минуту. А сколько же среди этих 27 000 000 было детей? Детей, которые так и не стали взрослыми... Детской памяти свойственна способность запечатлевать то, что произвело сильное эмоциональное воздействие. Согласитесь, большинство физических болей можно или вылечить, или обезболить. Но так не поступишь с душевной болью. Война – это самая чудовищная суть. Вспышки детской памяти по праву разместились на страницах небольшой книги, которую вы сейчас держите в руках. У целого поколения, рожденного с 1928 по 1945 год, украли детство. «Дети Великой Отечественной войны» - так называют сегодняшних 75-80летних людей. И дело здесь не только в дате рождения. Их воспитала война. Вы увидите войну глазами детей из эвакуированного в войну и размещённого в нашем селе детского дома, дома № 169, а также глазами «последних свидетелей» тех трагических дней - куликовских «детей войны», а ныне пожилых, уважаемых жителей села. Их детство сжигали, расстреливали, убивали голодом, страхом и безотцовщиной. «…Мы сами чувствуем, что все, что мы делаем ,– это капля в океане. Но океан будет меньше без этой капли», - говорила всем известная своей добродетелью католическая монахиня Мать Тереза. Наша книга – это «капля» в океане истории войны, но без неё океан не будет огромным и могучим. Мы в этом уверены. Память о каждом человеке военного времени – священна. Это дань памяти детям села Куликово. 3


ГЛАВА I. Детские дома в Омской области в годы войны. По сравнению с другими регионами здесь во время войны находилось большее количество детских домов и интернатов. Огромное количество эвакуированных детских учреждений затрудняло создание в короткие сроки хороших жилищно-бытовых условий для детей. Для размещения детей не хватало помещений, ситуация усугублялась скученностью детей, недофинансированием. Не хватало строительных материалов для ремонта и подготовки учреждений к зиме. На протяжении всей войны дети страдали от плохого питания, нехватки дров, отсутствия необходимой одежды, обуви, посуды, мебели. Огромную помощь оказывали детским домам колхозы, общественные организации, комсомол и местное население. Значимую роль играли подсобные хозяйства - организация огородов, мастерских при школах. Дети собирали грибы, ягоды, шиповник, целебные травы. Это позволило значительно улучшить обеспеченность детей. К 1945 году было налажено снабжение инвентарем, одеждой, продуктами питания. Печальные цифры действительности... За цифрами—печаль, боль, трагедия. В 1940 году в Омской области было всего 30 детских домов с числом воспитанников 4004 человек, не было ни одного интерната. В 1941 году число детских домов выросло до 48, а количество интернатов до 114. На первое июля 1942 года в Омскую область эвакуировано 24 детских дома из различных областей СССР. Всего 15222 ребенка. Школьного возраста 3713 детей, дошкольного 14925, и 939 детей ясельных групп. В ноябре 1942 года в область эвакуировано 53 детских дома. К октябрю 1943 года привезено 7 интернатов из Москвы и 26 детских домов из Ленинграда. 31 мая 1943 года в Омске и 28 районах области прошли митинги в защиту детей от фашистского варварства. На них обсуждались проблемы эвакуированных детских учреждений, выдвигались предложения по оказанию помощи детям. В 1944 году возросло количество детей-сирот. В этом же году было открыто 24 детских дома. А всего в 1944 году в Омской области насчитывалось 131 детских домов, в которых было 14367 детей. Интернатов 65, в них детей— 6106. В конце войны началась реэвакуация детских учреждений, но, несмотря на это, детские дома продолжали открываться. К 15.05.1945 года их количество увеличилось на 10 единиц. 4


Недетские проблемы детей Дети страдали от нехватки дров, электричества. Помещения освещались лучинами, коптилками. У детей начались проблемы со зрением. В некоторых учреждениях дети спали без простыней и матрасов. В 1943 году в 56 детских домах и 38 интернатах дети спали по двое на кровати, или вовсе на полу или на нарах. Не хватало одеял. В 1943 году в эвакуированных домах и интернатах не было ни одного пальто. К концу 1944 года большинство детских учреждений имело по одной смене белья на ребенка и одно пальто на пять воспитанников. Интернат ленинградских детей №140, размещенный в деревне Тургеневка Калачинского района в 1941 году был рассчитан на 50 человек. Он занимал «…площадь574м2. освещение керосиновое, 5 печей, топились дровами. Годовая потребность в тепле 1000 куб.дров. В здании три спальни общей площадью 150 м2 на 50 человек; кухня-36м2, медицинский изолятор-8м2. бюджетных средств на содержание было выделено239 руб. 30 коп, питание – 31 руб. 40 коп, обмундирование - 25 руб., учебные расходы 90 коп, хозяйственные расходы - 21 руб. 30 коп., директором был Р.А. Гульдберг». Титова Е.А., из сборника «Фундаментальные исследования» №10, 2013 г.

5


«Детский дом № 169. История Куликовского детского дома» Научно-исследовательская работа участницы НОУ, ученицы 8 класса Куликовской средней школы Калачинского района Омской области Куприяновой Анны Андреевны. Руководитель: учитель истории Фролова Ольга Ивановна 22 апреля 2000 года состоялась встреча бывших детдомовцев. Об этом писала местная газета и показывала телестудия «Омь». История детского дома является одной из печальных страниц села. Детский дом был создан в 1942 году. По разным источникам упоминаются и разные даты. Передо мной стоят задачи: установить точную дату открытия, собрать материал о воспитанниках, воспитателях и других работниках детского дома, написать историю. Особенно ценны сведения моих бабушек. Судьба их связана так или иначе с судьбой Куликовского детского дома. Одна бабушка, Таисия Андреевна, воспитывалась в детском доме, а другая, Таисия Андроновна, работала. Ценный материал по теме получен от заведующей детским садом №1 города Калачинска Павельевой Татьяны Сергеевны, дочери старшей воспитательницы Кругловой Веры Васильевны. Это позволило воссоздать некоторую картину жизни детского дома. Под детский дом было выделено одно из больших помещений здания школы. Здесь находились дети с дошкольного возраста и до подросткового. У многих родители погибли на войне, умерли или находились на фронте. Шла война, она никого не щадила, даже детей, лишая их домашнего тепла, материнской любви. Но и то, и другое они обрели в Куликовском детском доме, который был открыт, по словам автора статьи из газеты «Сибиряк» «На улице детства» Л. Юровой, в 1942 году. В становлении и работе детдома было много трудностей. Довольствовались тем, что было: скудное питание, деревянные топчаны, по счету постельное белье. Колхоз сразу выделил лошадь. Какие травмы пришлось пережить детским душам! Все это приводило к замкнутости, протесту детей. Они многого не понимали. Но не смотря на трудности многие детдомовцы помнят своих вторых мам. Моя бабушка, Таисия Андреевна, попала в детский дом после смерти родителей, вместе с сестрой и двумя братьями. Были родственники, но никто не взял к себе, так как было своих много. Память бабушки хранит воспоминания о детском доме. Она сейчас живет в Омске. Приезжала на встречу детдомовцев. При директоре Типухине Матвее Михайловиче детдом окреп, но это было уже после войны. Появилось небольшое стадо коров, огород, хозяйственный двор, своя пекарня. Занимались заготовкой дров, сена. 6


Работали в поле, снопы вязали. Дети детского дома активно участвовали в школьных кружках в художественной самодеятельности. Мальчики работали в мастерской (по дереву, по металлу). Руководил этой работой Шумский Павел Егорович – увлеченный человек. Виктор Евгеньевич Новолодский постоянно находился с детьми: читал книги, чистил каток и с ребятней катался. В школьном музее хранятся фотографии разных времен, в том числе и детдомовские. С 1953 года по 1956 год директором был Рожков Кузьма Демьянович. Мы установили с ним связь. Он живет в с. Глуховка Калачинского района. При нём в детдом поступали дети до 13 лет из расформированного Соловецкого детского дома Нижнеомского района. Детей было более ста человек. Питание было хорошим, давали часто сладости. Огород и хозяйственный двор обеспечивали овощами и мясом. Дети ждали своих мам, спрашивали воспитателей, когда они придут, и воспитателям приходилось детям писать письма от имени мам. Многие дети звали мамой старшую воспитательницу Круглову Веру Васильевну. Она была очень добра к ним. У нее самой было пятеро дочерей, растила их она одна. В 1957 году старших детей перевели в Черниговский детский дом Кормиловского района. А здесь, в Куликово, остались малыши, от кого матери отказались (у одного ребенка была одна ножка после полиомиелита, у кого родители в тюрьме, у кого погибли при пожаре и т.д.) 2003 г. 7


Тезисы к работе А. Куприяновой

20


Ценности, которым нет цены (история девочки из списка) Ида Иванова не помнит, кто её родители, откуда она родом, как попала в детский дом. Когда подросла и пошла в школу, помнит Валентину Михайловну – воспитателя. После войны проводилась политика расформирования детских учреждений. Поощрялись продовольственным пайком те семьи, которые взяли себе ребёнка из детского дома. Семья Тараса Капустина, живущая на левом берегу, взяла к своим троим детям девочку Иду. Жена Тараса, Лукерья, переименовала Иду в Лиду и зажили они не то, чтобы в достатке, но дружно и в согласии. Дети Лёня, Няня и Таисия ладили с Лидой – всё делали вместе, помогали старшим, знали цену хлеба. Потом, как у нас бывает, по чьему-то указу продовольственный паёк отменили, и встал вопрос о возвращении Лиды в детский дом. Там всё же кормили лучше, и дети были на государственном обеспечении. И всё же возврат Лиды назад, в детский дом, не стал трагедией для неё. Лида часто плавала на пароме на левый берег реки Оми к своей обретённой семье. И так продолжалось многие годы. Лида повзрослела, вышла замуж. Не стало Тараса и Лукерьи – для неё это было большой потерей. Лидия Васильевна продолжала общаться со всеми, особенно с детьми семьи Капустиных – Няней, Леонидом Тарасовичем и его женой Полиной. Навсегда она хранит в своём сердце светлую память о тех, с кем делила стол и кров. Нет в жизни ничего, ценнее доброты и простого человеческого участия к судьбе девочки, не знающей своего дома, не испытавшей материнского тепла. Для неё обретённая семья Капустиных стала той ценностью, которой нет цены.

21


лы: 2 спальни, столовая, кухня и коридор (школьников было 34 человека, из них октябрят 24 и 3 пионера). Детский дом №142 размещался в с. Сорочино Калачинского района. Сюда же в 1941 году эвакуирована школа №157 Смоленского района г. Ленинграда. Директором была Ольга Александровна Каденская. На начало работы было 7 человек персонала, из них 2 с высшим образованием. В ГАОО сохранился отчет о работе сектора детских домов по состоянию на 23 декабря 1948 года, в котором характеризуется жизнь в детском доме: «…плохо с топливом в детском доме № 142. …Основной причиной низкой успеваемости в детском доме является слабая подготовка педагогических кадров, отсутствие систематической работы с отстающими детьми и отсутствие надлежащих бытовых условий, где из 69 человек оставлено на второй год – 11». В архиве Калачинского РОНО хранятся приказы о назначении директоров Сорочинского детского дома №142. В 1941 году назначена М.И. Короткова, в 1942 – О.А. Каденская, в 1945- И.П. Колосов. В 1948 году директором Сорочинского детского дома был С.А. Трубкин. В детском доме, который располагался в с. Куликово Калачинского района из Ленинграда были Алла Чижкова и Леша Успенский. В приказе №1 от 1 сентября 1945 года по Куликовской средней школе записано «…персонально зачисляются в 8 класс…Успенский Алексей, в 9 класс…Чижкова Алевтина 1929 года рождения». В приказе № 76 от 10 февраля 1947 года по Куликовской средней школе указывается: «Руководствуясь распоряжением Калачинского РАЙОНО от освобождения от уплаты за обучение в 1946-1947 учебном году следующих учащихся…. Чижкову Алевтину 10 класс – воспитанницу детского дома». В списке нет Успенского Алексея, как удалось установить, он был переведен в Калачинскую среднюю школу. В списках класса, где учился Алексей, значится Картавцев Леонид. Картавцев Леонид Тихонович сейчас пенсионер, в прошлом врач-ифекционист, был одноклассником Успенского Алексея. Он подтвердил, что Алексей был эвакуирован из Ленинграда, и его перевели в Калачинскую среднюю школу. В приказе №11 от 15 февраля 1946 года по Куликовской средней школе: «По 2 классу считать выбывшим Щелокова Владимира с 20 ноября 1945 года в связи с выездом в Ленинград к родителям». В детском доме с. Куликово были воспитанники Борис Бочкарев и Рая Говорова, также из Ленинграда. Это подтвердил и Картавцев Л.Т. Среди педагогов также были ленинградцы. В Куликовской школе работала учителем физики Татьяна Георгиевна Николаева (примерно 1918-1920 г. р). В книге приказов школы имеются сведения о ней. Приказом №140 от 16 марта 1942 года по Куликовской средней школе Т.Г. Николаева назначена преподавателем физики. Жительница 25


Куликово Р.А. Новолодская рассказала, что когда Николаева приехала в Куликово, она была очень хрупкой, почти прозрачной, очень болезненной, но красивой женщиной. Здесь в Сибири, на ее щеках появился румянец, не сказать, что он говорил о здоровье, но исчезла смертельная бледность. Первоначально она жила на квартире у Марии Федоровны Новолодской. Потом перешла жить к учительнице Капитолине Федоровне Шор. В июне 1944 года был предоставлен отпуск большой группе учителей, в том числе и Николаевой. Эта запись последняя, где упоминается имя Татьяны Георгиевны Николаевой. Предположительно она уехала в Ленинград, т.к. в январе 1944 года была снята блокада Ленинграда. В Куликовской школе работал завхозом В.Е. Якушев, тоже эвакуированный из Ленинграда. О нем рассказала Р.А. Новолодская: «Когда мне было 18 лет, заведующая РОНО Клавдия Николаевна Калачева назначила меня учителем немецкого языка в Куликовскую школу. Директор этой школы, Приходько Петр Абрамович, прислал за мной на подводе завхоза В.Е. Якушева и наказал ему, чтоб закутал «волжанку» в тулуп». В приказах Куликовской школы обнаружены сведения о дочери Якушева – Галине. Ее фамилия фигурирует в документе о военных занятиях в школе. Приказ №164 по Куликовской средней школе 11 декабря 1942 года: «На основании постановления Совнаркома Союза ССР учащиеся 8-10 классов должны быть объединены в строевые подразделения: 10-12 человек, 3-4 отделения— взвод, 3-4 взвода—рота. Командиры отделений взводов и рот назначаются военным руководителем школы и утверждаются директором школы. Приказываю создать строевые подразделения, отделения, взвода и роты. Назначаю командирами подразделений…2 отделение, 2 взвод Якушеву Галину. Военрук Олифиренко». В 1943 году Якушева Г. переведена в 10-й класс. В этом же году ее фамилия есть в приказе об освобождении оплаты за обучение в 1943-1944 учебном году среди учащихся 8-10 классов, родители которых мобилизованы в РККА. В 1942 году Якушев В.Е. уволился из школы, т.к. был мобилизован в армию. В семье Яковлевых, жителей села Куликово, жила эвакуированная из Ленинграда женщина с детьми. Фамилию их пока установить не удалось. Установлены имена ленинградцев, проживавших в селе Сорочино Калачинского района. В Сорочинской средней школе работала учителем Клавдия Антоновна Полякова. В 1945 году она была откомандирована в распоряжение Ленинградского ОБЛОНО.

26


Из воспоминаний Вали Смирновой (Рубцовой В.Н.) Я родом из Ленинграда. 30 июня 1942 года начали эвакуировать детские дома. Было решено и нас вместе с мамой отправить подальше от войны. Мы были эвакуированы в Ярославскую область еще до блокады. Папа оставался в городе. Нас разместили в большом селе, километров двести от Ярославля. Там было водохранилище, и брат хорошо ловил рыбу. Питание было скудное, но эта рыба была подспорьем к столу. Хорошо помню, как привезли уже с блокадного Ленинграда детей. На них невозможно было смотреть. Худые, слабые, больные. Тогда поспел зеленый лук. И им его давали. У меня сохранилось письмо моей двоюродной сестры блокадницы, Вали Воскресенской.

14 сентября 1941 года моя тей добирались из пригород семья: трое детей и мама с теда. Там как раз проходила а Лигово (Урицка) до Ленингралометров 14. Началась бо линия фронта Это,недалеко кизала к трамваю. Трамваи мбежка. Бежали со стороны вокбой было ведро мяса, засолетогда перевозили раненых. С собы нас в трамвай не взяли, нное и купленное накануне. Так истекала кровью. С горем но сестра была ранена в шею и полам добрались до Смирно вых, они жили на Сенной по пл ощ ад и. Д яд я К ол я нас приютил и выделил комнату. Е го ро дн ы е уже были эвакуированы в Ярославскую област ь, а м ы не успели. Питались один раз в день. Мясо из ведр для запаха. Вскоре и его не а брали по маленькому кусочку, обувной фабрике и ему разр стало. Дядя Коля работал на же мама их старалась сделешали брать обрезки кожи. Как лила, кипятила, крутила ать съестными. Чистила, скобводой ходили на речку. Начерез мясорубку и это мы ели. За одеты были кто во что. Н одежду не обращали внимание, ло найти на улице щепочкие хватало тепла. Счастьем быбуржуйки. Хлеб выдавали по, веточки, палочки – для печки в сутки 125 грамм. Его и норме -125 граммов. Один раз Такое разве забудешь? Когда хлебом назвать нельзя было. везти из Ленинграда, то этдяде Коле разрешили и нас выЛадоге, затем до станции о было не просто. Вначале по ло холодно, а прибыли мына подводе. Эвакуировали нас быках. Снять их с меня не м к родне 1 мая. Я была в валеногли. Сильно опухли ноги. Пришлось резать валенки. 28


Документально-публицистическое издание

Я... Детство... Война... (воспоминания о Великой Отечественной войне куликовцев—детей военного времени)

Подготовлено и набрано к печати «Куликовская сельская библиотека» Калачинского района Омской области, Куликовский историко-краеведческий музей

Компьютерный набор— И.И. Худякова, Н.Ю. Рендэ

Profile for Куликовская библиотека

"Я... Детство... Война..."  

Детской памяти свойственна способность запечатлевать, то, что произвело сильное эмоциональное воздействие. Эти вспышки детской памяти по пра...

"Я... Детство... Война..."  

Детской памяти свойственна способность запечатлевать, то, что произвело сильное эмоциональное воздействие. Эти вспышки детской памяти по пра...

Advertisement