Page 1

No. 1

Berlin, Februar 2007

Литературная

0. Jahrgang

газета

Все, что вам нужно знать, чтобы прослыть человеком, хорошо разбирающимся в современной российской литературе. Herausgeber: Berliner Literaturbund

Chef vom Dienst: Larisa Pälchen

Члены Берлинского литературного общества „Berliner Literaturbund“: Леонид Германн, Анна Цаяк, Лев Белов, Валентина Раймер, Наталья Аринштайн, Наталья Павлова, Сандра Кель, Игорь-Юлиан Тоцкий, Фёдор Рогов, Олаф Венцель, Станислав Стефанюк, Татьяна Кайзер, Лариса Пельхен.

Члены Правления: Леонид Германн ( председатель ВЛВ), Сандра Кель ( исполняющая обязанности председателя), Лев Белов (заместитель председателя), Анна Цаяк ( председатель Редакционной Комиссии, ответственный редактор за выпуск Альманаха «Наше время-2007») , Валентина Раймер. Помощники главного редактора, ответственные за набор текста и компьютерную вёрстку: Станислав Стефанюк и Лариса Пельхен.

Ответственные за вёрстку текста, подборку материала: С. Стефанюк, Л. Пельхен.

Читайте в этом номере: Пять книг недели Борис Акунин. Нефритовые четки. – М.: Захаров, 2007, 704 с. Продолжение «фандоринской» серии. На этот раз не роман, а цикл рассказов. Как всегда у Акунина, с ненавязчивыми постмодернистскими играми. Каждый из сюжетов отсылает к классикам... (Подробности на стр. 2)

Способы изображения человека в различных видах очерка

Энциклопедия литературных героев

Характеристики и сведения о всех героях Очерк называют “королем” художественно- литературных произведений. публицистических жанров. Это, пожалуй, (Подробности на стр. 12) наиболее трудный жанр, потому что он требует от журналиста настоящего литературного мастерства.... (Подробности на стр. 5) Техника рассказа Об эффективных приёмах в построении прозы. Удачная композиция позволяет добиться максимума смысловой и эмоциональной нагрузки Перечитывал стихи А. К. Толстого — при минимуме объема. (Подробности на стр. 13)

Что читал Иван Алексеевич Бунин Литература в 2006 году словами писателей Андрей Битов

многое удивительно хорошо,— и свои «Избр. ...Отличную книгу эссе выпустил Владис- стихи». Не постигаю, как они могли быть не лав Отрошенко, а из менее известных имен, к оценены! (Подробности на стр. 7) которым бы я хотел привлечь внимание, назову Алексея Лукьянова – в этом году... (Подробности на стр. 3) Русская литература сегодня: Жизнь по понятиям Графомания От лат grapho– пишу и mania – страсть, безумие. Определяя графоманию как болезненную страсть к сочинительству, не подкрепленную природным дарованием, толковые словари вслед за бытовым словоупотреблением предлагают пользоваться этим термином как своего рода вкусовой оценкой ... (Подробности на стр. 4)

Наши конкурсы Примите участие в конкурса на самый короткий рассказ! (Подробности на стр. 16)

© Larisa Pälchen, Berlin

Типичные ошибки

...Непонимание значения слова. 1.1.Употребление слова в несвойственном ему значении. Пример: Костер все больше и ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ (прозопопея, больше распалялся, пылал. Ошибка заключается в персонификация) - вид метафоры; перенесение неверном выборе слова: свойств одушевленных предметов на Распаляться - 1. Нагреться до очень высокой неодушевленные (душа поёт, река играет…). температуры, раскалиться. 2. (перен.) Прийти в (Подробности на стр. 9) сильное возбуждение, стать охваченным какимлибо сильным чувством. Разгораться - начинать сильно или хорошо, Поэтический словарь Квятковского ровно гореть. (Подробности на стр. 14-15) А́ВТОРСКАЯ ГЛУХОТА́ — условный термин, предложенный М. Горьким: явные стилистические и смысловые ошибки в Орфоэпический словарик художественном произведении, не замеченные автором... Подобные ошибки у классиков русский ...Ни один другой словарь так не удивляет, как критик и пародист начала 20 в. А. А. Измайлов орфоэпический... Да, ударение в русском языке назвал «пятнами на солнце». Вот несколько разноместное, и орфоэпические нормы довольно примеров А. г. у А. Пушкина: жёсткие. Так что ничего не поделаешь: придётся Вот испанка молодая их заучивать! Оперлася на балкон (вместо на перила балкона)... (Подробности на стр. 6) Тропы и стилистический фигуры

(Подробности на стр. 11)

Internet http://www.litbund.narod.ru

E-Mail:litbund@list.ru


Литературная

No. 1

газета

Пять книг недели Борис Акунин. Нефритовые четки. – М.: Захаров, 2007, 704 с. Продолжение «фандоринской» серии. На этот раз не роман, а цикл рассказов. Как всегда у Акунина, с ненавязчивыми постмодернистскими играми. Каждый из сюжетов отсылает к классикам интеллектуального детектива и просто классикам. Вашингтону Ирвингу, Морису Леблану, Агате Кристи, Умберто Эко, Артуру Конан-Дойлу... География соответствующая. Фандорин в Бристоле. Фандорин на Диком Западе среди пинкертонов, ковбоев и золотоискателей. Фандорин в Японии рассеивает чары злых духов. В Подмосковье ловит гигантского змея. На Русском Севере спасает от массового самоубийства старообрядцев. И так далее. А в последней новелле Эраст Петрович на пару с Шерлоком Холмсом пытается поймать Арсена Люпена. Не поймал. Но время провели хорошо. Империя N. Набоков и наследники. Сборник статей. – М.: Новое литературное обозрение, 2006, 544 с. Более двадцати филологов из разных стран рассуждают об отношении Набокова к поп-культуре и его влиянии на русскую литературу 1980–1990-х годов. Но не только. Заходит речь и о книгоиздании, и об интернете, и постмодернизме. В сборнике приняли участие Лада Панова («Вл. Сирин и русский Египет»), Александр Жолковский («Розыгрыш? Хохма? Задачка?»), Олег Лекманов («И все-таки «нимфетки» – это здорово!») и другие. Про нимфеток особенно интересно. И про газетные заголовки типа «Пригласи меня на казнь». И про рекламу сигарет: «Lolita Filter cigarettes – удовлетворит всех!»

образам советского детства. Доктора Айболита опустили в тюрьме, куда он попал за незаконные операции с кетамином. Буратино сожгли итальянские чернорубашечники. Гастарбайтер Хоттабыч, он же Гасан Хоттабов, умер от милицейских побоев. Карлсон забомжевал, спился и кончил свои дни на стокгольмском чердаке. Алиса из Страны чудес заразилась нехорошей болезнью, передающейся половым путем. И так далее. Чудеса кончились. Жизнь – жестокая штука. Феликс Зинько. Глагол времени. – Одесса: Печатный дом, 2006, 328 с. Книжка эссе одесского писателя и журналиста Феликса Зинько о русских писателях, большею частью об одесситах, конечно. Катаев, Поженян, Бабель, Пильский. Пушкин в Одессе, Чехов в Одессе, Маяковский и Брик и пр. «В ночь с 30 июня на 1 июля 1909 года был организован дерзкий побег из женской тюрьмы Москвы на Новинском бульваре... Участие в подготовке принимали Маяковский и его сестры. Именно последние своими руками пошили большую часть одежды для беглянок. А Володичка опять стоял на шухере...». Лазарь Флейшман. От Пушкина к Пастернаку: Избранные работы по поэтике и истории русской литературы. – М.: Новое литературное обозрение, 2006, 784 с. Лазарь Флейшман – литературовед, профессор Стэнфордского университета. В эту книжку вошли избранные его работы, написанные в течение 40 лет и опубликованные в российских и зарубежных изданиях (большей частью – труднодоступные). Пастернак и христианство, Ленин и Пастернак, Борис Божнев и Даниил Хармс, Горький и Маяковский, Пушкин и Блок, забытые, полузабытые и совсем неизвестные имена. Скажем, «поэтесса-террористка» Елена Феррари (1889–1938). Революционерка, сестра милосердия, рядовой боец и разведчица в тылу деникинских войск, капитан советской военной разведки, резидент. Ушла по заданию разведки вместе с Белой армией в Турцию, шпионила во Франции, Германии, Италии, в 1933 году награждена орденом Красного Знамени, в 1938-м – расстреляна. А в 1923-м в Берлине публиковала такие стихи: «Да и поэзия нужна ль еще?/ Ну и пусть колеса-турусы./ Но зачем из рамки так понимающе/ Глаза спокойно грустны?/ На меня и за мной глядят зачем,/ Строговнимательно,/ Как внезапные звезды на синем плаще/ Богоматери?»

Мари-Мадлен де Лафайет. Сочинения/ Пер. с фр. – М.: Ладомир, Наука, 2007, 524 с. (Литературные памятники). Мари-Мадлен де Лафайет (1634–1693) – французская писательница, многие ее считают основоположницей «любовного романа». Самая известная ее вещь – «Принцесса Клевская», но в эту книжку помимо упомянутой «Принцессы...» вошли «Принцесса де Монпансье», «Графиня Тандская», «История Генриэтты Английской, первой жены Филиппа Французского, герцога Орлеанского» и др. Уже из названий ясно, что – гламур. В лучшем смысле этого слова, конечно. «Его наклонности вполне соответствовали женским, зато наклонности короля, напротив, отличались прямой противоположностью. Месье был красив и хорошо сложен, но красота его и рост скорее подходили принцессе, нежели принцу». Георгий Адамович. Литературные Чудно, не правда ли? Плюс статья о Лафайет заметки. В 5 кн. Кн. 2. («Последние и подробные комментарии. новости» 1932–1933)/ Подг. текста, сост. и Михаил Болдуман. Смерти героев. – примеч. О.Коростелева. – СПб.: Алетейя, СПб.: Красный матрос, 2006, 36 с. 2007, 512 с. Московский поэт Михаил Болдуман Во вторую книгу пятитомного собрания зверски расправляется с героями детских сочинений поэта и литературного критика сказок. Пиноккио, Чиполлино, Винни-Пухом, русского зарубежья Георгия Адамовича Чебурашкой, Алисой, Айболитом, Карлсоном, (1992–1972) вошли работы, публиковавшиеся Незнайкой, Мойдодыром, Хоттабычем и в 1932 и 1933 годах в парижской газете Красной Шапочкой. Особенно хорош «Последние новости». Довид Кнут и Максим моностих на смерть Незнайки: «Незнайка Горький, Мариэтта Шагинян и Исаак Бабель – слишком, слишком много знал…» Нет у поэта обо всем и обо всех писал Адамович. И пощады к розовым мечтам и светлым всегда – блестяще, неожиданно, резко, зло,

2

виртуозно. «Мих. Кольцов, известнейший из советских фельетонистов, думает, что он очень остроумен. Это самая характерная его черта. Лицом, судя по портрету, он сильно напоминает Гарольда Ллойда...» В Америке все возможно: Антология американского юмора/ Пер. с англ., сост., вст. ст., коммент. А.Ливерганта. – М.: Б.С.Г.-ПРЕСС, 2006, 744 с. Американский юмор как он есть. От Бенджамина Франклина до Вуди Аллена. Классики, классики жанра, забытые и полузабытые журналисты, юмористы и прочие литераторы. Донливи, Сароян, Воннегут, Генри Миллер, Брет Гарт, Дороти Паркер, Твен, По, Бирс (этих вы знаете, разумеется), а также Майк Куин, Элвин Брукс Уайт, Джеймс Тербер, Ринг Ларднер, Генри Луис Менкен и прочие (а этих – необязательно). Вот, например, кое-что из последнего: «Ад. Место, где Десять заповедей преследуются по закону», «Богословие. Наука, согласно которой оптическим обманом являются не только искры из глаз после удара в челюсть, но и сам удар, а также челюсть и глаз», «Женщина. До брака – провокатор, после брака – жандарм». Парламентаризм в России и Германии: История и современность. – М.: РОССПЭН, 2006, 584 с. Книга выпущена к 100-летию отечественного парламентаризма. Философы, историки, политологи и социологи из России, Германии, Италии размышляют об историческом опыте и перспективах развития парламентаризма в наших двух странах в частности и в Европе в целом. Эффективность и легитимность парламента, Повседневная жизнь Парижа во времена Великой революции / Пер с франц. Н.А. Тэффи, Е.А. Лохвицкой. – М.: Молодая гвардия, 2006, 336 с. Чрезвычайно популярные в дореволюционной России книги Жоржа Лентора были впоследствии запрещены – за расхождение с марксистско-ленинской концепцией. Во-первых, революцию Лентор не любил. Во-вторых, он изображал не «революционное творчество масс», а обыденную жизнь тех, кому довелось «посетить сей мир в его минуты роковые», в их домашней обстановке, родственных связях, увлечениях и привязанностях. В основу настоящего издания лег перевод, сделанный в 1895 году Надеждой Тэффи и ее сестрой, известной в свое время писательницей Еленой Лохвицкой. 50 лет назад. И это хорошо. Михаил Ардов. Все к лучшему... Воспоминания. Проза. – М.: Б.С.Г.-Пресс, 2006, 800 с. Михаил Ардов – сын известного советского сатирика Виктора Ардова, протоиерей и писатель. Книга его воспоминаний больше смахивает на анекдоты. Среди персонажей Ахматова, Зощенко, Олеша, Пастернак, Шостакович, Ильинский, Раневская, Ильф, Утесов, Бродский, Тарковский и др. По материалам виртуального журнала НГ Ex Libris© (http://exlibris.ng.ru).


Литературная газета

No. 1

Литература в 2006 году словами писателей Накануне новогодних праздников мы Олег Зайончковский спрашивали писателей о литературных 1.Премия «Большая книга». Надо быть итогах уходящего года. Вопросы были большим оригиналом, чтобы ответить иначе. примерно такие: Не вручение, но само образование этой новой грандиозной институции – безусловно, 1. Что, на ваш взгляд, стало событие года. И не только медийное; я знаю, литературным событием (и, если угодно, оно широко и горячо обсуждалось в антисобытием) уходящего года? литературном сообществе. Не мне судить о достоинствах и недостатках БК, но, похоже, и 2. Какие книги из прочитанных в этом никто сейчас не готов вынести ей году вам хотелось бы перечитать или хотя окончательной оценки. Так и должно быть. бы кому-то посоветовать? Поживем – увидим. 2. С книгой сложнее. Одно могу сказать: были в истекшем году «большие» книги. Здесь и роман Ольги Славниковой «2017», и Андрей Битов «Золото бунта» Алексея Иванова, и «Учебник 1. Не люблю и не уважаю термин рисования» Максима Кантора. Прочесть их, «литературный процесс» и считаю, что конечно, не мешает, а перечитывать – это уж событие года всегда обнаруживается потом, а кто как захочет. не в тот год, когда оно произошло. А на Владимир Козлов второй вопрос ответить могу! 2. Перечитывать я уже не успеваю – 1.Событие и, одновременно, даже то, что мне нравиться. А антисобытие – «Духless» Минаева, который порекомендовать могу. Можно еще раз однозначно показал, что при умелом поздравить с юбилеем Вячеслава Пьецуха, он промоушне и благоприятном социальновыпустил в этом году несколько книг, он в культурном контексте книга нежанровая и по полной писательской форме, там есть вещи, формальным признакам «некоммерческая» которые написаны только что. Их советую! может стать национальным мега-хитом (о Отличную книгу эссе выпустил Владислав качестве текста речь не идет, это – вообще Отрошенко, а из менее известных имен, к вторичный показатель). которым бы я хотел привлечь внимание, 2. «Возможность острова» Мишеля назову Алексея Лукьянова – в этом году его Уэльбека. книга «Спаситель Петрограда» вышла Анатолий Королев отдельным изданием, там очень здорово загнуто, а еще петрозаводского прозаика 1.Событием года стал выход Дмитрия Новикова (все, что мне ни двухтомника критика Сергея Чупринина попадается у него, по журналам, в основном «Русская литература сегодня» (особенно том хорошо!), Сухбата Афлатуни – прозаика из «Жизнь по понятиям»!). Это наша таблица Узбекистана и Олега Хафизова. Это те, кого я Менделеева. На хаос судеб и книг наброшена перечитывать не буду, но если что-то прочная интеллектуальная сеть понятий. напечатают, то обязательно прочитаю. Каждой бытийной точке можно найти координаты. Это событие. Денис Гуцко 2. Из прочитанного я бы выделил 1. Событием считаю роман Прилепина блистательный дебют человека, который «Санькя». Ненавижу русские революции – и скрылся за псевдонимом мастер Чэнь. Его те, что в прошлом, и те, что в мечтах новых книга «Любимая мартышка дома Тан» – революционеров. Народ в них всегда поэтический шедевр, хотя выглядит как инструмент, стенобитное орудие. Когда триллер на темы китайского средневековья. крепость пала, и власть взята, народ не Второй книгой назвал бы работу нужен, он опять не тот, его бы как-нибудь американского трансгуманиста Роберта подправить, перевоспитать, улучшить. Не Эттингера «Перспективы бессмертия». Автор разделяю ни взглядов героя романа, ни убедительно доказывает, что замороженное взглядов автора. В романе многое несколько тело можно будет воскресить после смерти поспешно, вскользь. И все же – в нем есть уже лет через 100. Рекомендую всем, кто главное. В нем есть боль, и вера, и страсть, и боится смерти. нежелание мириться с отупляющей – усыпляющей – ложью. Этот роман кричит «не Эдуард Лимонов спи – не проснешься!». Страстной литературы 1. Прежде всего это книга моего как-то очень мало сегодня. Все больше партийного товарища Захара Прилепина похотливой – ради того, чтобы прельстить «Санькя». Я пожалел, что не я ее написал. Он читателя, готовой потрафить его самым меня опередил. А на все остальное у меня низменным чувствам. Роман Прилепина просто времени не было обращать внимание, утверждает, что быть честным – значит быть я был занят исключительно газетными голодным, быть за чертой. Это более чем статьями и всякими кусками текстов, спорно. Но он говорит о честности как таковой плавающих в клоаке интернета. Не до – талантливо, с привкусом крови – а это литературы было. всегда событие. 2. Книги во мне вызывают отвращение. 2. Если о том, что буду перечитывать, – Когда я нахожусь среди большого количества то это Катулл в переводе Максима Амелина. книг, мне на них смотреть противно. Надеюсь, Если вспомнить, что советовал прочитать это когда-нибудь пройдет. Что поэтому знакомым, – «Живых смертниц не бывает» посоветовать? Я советую читателю свое Вадима Речкалова. отвращение.

Владислав Отрошенко 1.Хорошо почти все. Что писатели пишут. Что читатели читают. Что решением ЮНЕСКО Турин был объявлен «книжной столицей мира» (событие литературное и город почти русский: там сам Тютчев служил… там Ницше сошел с ума, а его любили в России многие). Что в Ясной Поляне показали фильм писателя Антона Уткина «Степь», снятый на озере МанычГудило (Антон звал меня туда ехать – поучаствовать в съемках, но я испугался, знаю: страшное озеро, фантастическое, гудит по неизвестной причине, на острове живут мустанги, летом жара выше сорока градусов и грозы такие, будто конец света). Что поэт Глеб Шульпяков только что выпустил книгу «Жёлудь». Плохо то, что нет солнца. Беспрерывно в течение двух месяцев не было солнца. И опять то же самое затевается. 2. Грядет грандиозный юбилей Гоголя, и поэтому в пику чиновникам, которых Николай Васильевич всегда любил запутать, советую нарочно читать Пушкина. Захар Прилепин 1. Литературное событие и антисобытие в одном лице – Дмитрий Быков, который столько всего написал, что игнорировать его просто невозможно. Его роман «ЖД» достоин спора, внимания, интереса, и я, конечно, не приемлю этот роман всеми фибрами своей варяжской души. 2.Мне по-прежнему было радостно читать новые стихи Геннадия Красникова и Геннадия Русакова, старейших, прекрасных и в полной мере неоцененных поэтов. Мне было радостно читать новые вещи моих друзей, столь дико не похожих друг на друга – Сергея Шаргунова и Дмитрия Новикова. Я с интересом прочитал новую повесть Василины Орловой «Пустыня», рад появлению первой серьезной книги у Дмитрия Орехова «Будда из Бенареса». Перечитываю и читаю Льва Толстого и нахожу, что традиции семейного романа в современной русской литературе, к сожалению, похерены и хотелось бы вернуться к тому уровню, который великий и бородатый нам завещал. Ольга Славникова 1.Главное литературное событие подоспело к концу года. Это новый роман Людмилы Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик». Можно спорить (и спорят) о художественных качествах этого романа. Но книга зафиксировала знаковый для нашего времени тип личности. Это большое достижение и редкая удача. В номинации «антисобытие» у меня победил роман Максима Кантора «Уроки рисования». Два громадных тома про все плохое, что у нас было, есть и будет. Такая текстовая антиматерия. Действительно, антисобытие, и действительно – большое. 2. Читайте Сигизмунда Кржижановского. Это великий писатель. Его я буду перечитывать постоянно.

Александр Вознесенский и Сергей Шаргун

3


Литературная газета

No. 1

Русская литература сегодня: Жизнь по понятиям ГРАФОМАНИЯ От лат grapho– пишу и mania – страсть, безумие. Определяя графоманию как болезненную страсть к сочинительству, не подкрепленную природным дарованием, толковые словари вслед за бытовым словоупотреблением предлагают пользоваться этим термином как своего рода вкусовой оценкой или, если угодно, диагнозом. Слово “графоман” воспринимается как синоним бездарности, причем бездарности амбициозной, воинствующей, а графоманские тексты прочитываются как “плохая”, “низкокачественная” литература, лишь имитирующая (зачастую с незаметным для самого автора конфузным эффектом) внешние признаки словесного искусства, но не способная порождать собственно художественные смыслы. Так графоманию понимали еще в XVIII-XIX столетиях - см. комедию французского поэта А.Пирона “Метромания” (1738), высмеивающую массовую одержимость модным в ту пору стихотворчеством, творчество графа И.Хвостова (1757-1835), чье имя благодаря насмешкам современников стало в русской традиции нарицательным, или стихи воспетого Ф.Достоевским капитана Лебядкина. И в этом словоупотреблении не было никакой беды – вплоть до ХХ века, когда все усиливающаяся тяга к ценностному релятивизму размыла границы конвенциально одобренного обществом единого художественного вкуса и когда на волне стремления взломать стандарты бесцветно грамотной литературной речи возникли новые художественные явления (например, авангардизм или, позднее, концептуализм), применительно к которым традиционная оппозиция таланта и графомании (бездарности), либо не срабатывает, либо открывает избыточно широкое поле для оценочного произвола и/или плюралистических интерпретаций. Выяснилось, что стихи графа Хвостова и даже капитана Лебядкина не только не так уж плохи, но и могут рассматриваться как отправная точка для художественных инноваций. Оказалось, что свои претензии на гражданство предъявляет наивная литература, позиционно располагающаяся между современным фольклором и профессиональным творчеством. Пришлось признать и права авторов на использование литературной маски (в том числе маски графомана), и то, что во многих случаях (выразительным примером здесь могут служить стихи поэтов- обэриутов) одно и то же произведение, в зависимости от того, кому принадлежит его авторство, может быть прочтено либо как образцовая графомания, либо как свидетельство художественной новизны и дерзости. Так, скажем, стихотворение: Почему я плачу, Шура? Очень просто: из-за Вас. Ваша чуткая натура Привела меня в экстаз, которое любой эксперт определил бы как графоманское, с полным основанием печатается теперь в томе престижной “Библиотеки поэта”, ибо оно принадлежит не кому-нибудь, а Николаю Олейникову. Именно с утратой хоть сколько-нибудь мотивированного представления о дистанции между графоманией и собственно литературой стало возможным появление и телевизионного журнала “Графоман”,и магазина элитарной книги с тем же названием, и специального журнала “Соло”, где стопроцентно графоманские опусы публиковались под рубрикой “Клуб им. полковника Васина”. Поэтому целесообразно отвлечься от сугубо оценочной доминанты в толковании термина “графомания”, определяя ее в дальнейшем как разновидность непрофессиональной литературы, отличающуюся от эпигонства тем, что она создается художественно невменяемыми авторами, принадлежащими по своему образовательному и интеллектуальному цензу, как правило, к среде неквалифицированного читательского большинства. “Графоман, - по наблюдению Всеволода Бродского, - живет в отдельном мире, где творчество – лишь способ письменно зафиксировать свои личные радости и печали, где место, допустим, Мандельштама занимает Эдуард Асадов, где истории искусств вовсе не существует. Графоман выпадает из привычного литературного пространства”. Причем, подчеркивает Игорь Шайтанов, - “стиль русской графомании часто

4

исполнен стилистической архаики, придающей важность речи, несколько тяжеловесен, даже когда шутлив, то, что В.Кюхельбекер называл у Хвостова “возвышенностью глупости”. КАЧЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА Еще совсем недавно это выражение воспринималось бы как бессмысленно тавтологичное, поскольку традиция однозначно предписывала относить к литературе лишь произведения, отличающиеся безусловными художественными достоинствами (т.е. высоким качеством), а все остальное считать недолитературой, псевдолитературой или просто нелитературой (макулатурой, халтурой и т.п.). То, что такой подход и по сей день сохраняет права гражданства, показывают не утихающие в критике (прежде всего непрофессиональной) споры о том, являются ли писателями, например, Виктор Ерофеев, Дмитрий Пригов, Баян Ширянов и Полина Дашкова или в их (и не только в их) случае мы имеем дело с явлениями, вообще не достойными называться литературой. Тем не менее это выражение (и синонимичные ему – внежанровая литература, серьезная литература, высокая литература, литература категории “А”) все увереннее обживаются в современном словоупотреблении, чему есть, по крайней мере, две причины – разноприродные, но совпадающие по своим векторам. Во-первых, это потребность стратифицировать книжный рынок, выделив особую нишу для книг, возможно, и не пользующихся массовым спросом, но содержащих в себе набор признаков, позволяющий отождествить эти книги с литературой в самом что ни на есть строгом, т.е. классическом смысле этого слова. Во-вторых же, введения такого рода идентифицирующего термина требует и все более распространяющийся взгляд на словесность как на своего рода мультилитературу, т.е. как на конгломерат равноправных, хотя и разноориентированных по своему характеру, а также разнокачественных по уровню исполнения литератур. В обоих этих смыслах качественная литература (Борис Гройс называет ее “архивной”, а большинство критиков и читателей – “традиционной”) выглядит альтернативой, с одной стороны, актуальной словесности, стремящейся разомкнуть границы текстового пространства, а с другой, словесности массовой, развлекательной и/или познавательной. Произведения именно этой литературы чаще всего печатаются в толстых журналах, отмечаются премиями, входят в рекомендательные списки, привлекают внимание критиков, хотя некоторые из них время от времени и зявляют, что “...так называемая “серьезная” литература страшно далека от народа. Это литература самоудовлетворения, нужная самим авторам и десятку обслуживающих их критиков” (Павел Басинский). В любом случае качественная литература для большинства экспертов по-прежнему либо является синонимом понятия художественной литературы вообще, либо вычленяется как мейнстрим, как центральный из всех потоков, составляющих современный литературный процесс. Это заставляет и издателей (в том числе “маркетоориентированных”, т.е. нацеленных исключительно на извлечение прибыли) раз за разом испытывать рыночный потенциал “литературы для немногих”, заявляя, - как это сделал один из руководителей издательства “ЭКСМО” Олег Савич, - что “качественная современная литература это интересная и достаточно емкая ниша. Конечно, не такая емкая, как детектив, но ведь в последние годы стартовые тиражи книг той же Улицкой приблизились к 100 тысячам экземпляпров, а это совсем неплохо. (...) Спрос именно на такую литературу стабильно растет”.

(В следующих выпусках газеты читайте подборку статей из словаря С.И.Чупринина: «Название произведения», «Звёзды в литературе», «Массовая литература», «Порнография в литературе», «Нарциссизм в литературе», «Жанровая и внежанровая литература», «Иронический детектив», «Актуальная литература», «Занимательность, интересность и увлекательность в литературе», «Бронзовый век в литературе», «Сентиментализм в литературе», «Авантюрная литература» и другие.)


Литературная газета

No. 1

Способы изображения человека в различных видах очерка Очерк называют “королем” художественно-публицистических жанров. Это, пожалуй, наиболее трудный жанр, потому что он требует от журналиста настоящего литературного мастерства... ...В очерке соединяется аналитическое и образное начало. Иными словами, поднимая какую-то проблему или создавая портрет какогото человека, журналист, работающий в этом жанре, должен опираться не только на фактический материал, но и использовать художественные методы выразительности. В качестве примера отрывок из очерка Светы Алексеенко «Последний солнца луч…:»:

«…На пустом дворе ничего интересного не было. Маленький палисадник, побеленный дом с двумя окнами во двор, высокая зеленая ель, огражденная забором из маленьких прутиков. Заходящее солнце уже поджигало верхушки деревьев вдали и малиновое зарево образовало на небе удивительную дугу. Маленькому Диме нестерпимо хотелось нарисовать подожженное закатом небо. Боясь, что увиденное исчезнет, он быстро принес табуретку, положил на нее чистый листок бумаги. На мгновение десятилетний мальчик растерялся. Он смотрел то на дугу в небе, то на чистый лист бумаги и не знал, с чего начать, боясь испортить неудачным штрихом то впечатление, которое произвел на него закат. И тут небо стало стремительно темнеть, малиновый свет меркнуть, секунда – и от волшебной дуги в небе ничего не осталось… Так рождалась первая картина Дмитрия Павловича Стоянова, который уже на протяжении пятидесяти лет рисует практически только небо на закате. «Ни один закат не похож на другой» – говорит он. Он рассказал мне, что его «первая картина», так и оставшаяся нетронутым листом бумаги, висит у него в комнате на стене и всегда возвращает его в то состояние очарованного десятилетнего мальчика. На просторном балконе его квартиры на двенадцатом этаже всегда стоит мольберт и заготовлены краски. Каждый вечер, в час, когда солнце начинает прощаться с землей, в доме Дмитрия Стоянова раздается бой часов и художник бросает все свои дела и спешит на балкон. Он знает, что у него всего несколько минут, чтобы уловить и передать на холсте неповторимую красоту каждого заката». Очерковая публицистика всегда представляла собой уникальный пласт человековедения. В очерках русских писателей и публицистов всегда поднимались самые актуальные проблемы современности, на философском и социально-психологическом уровнях осмыслялись судьбы отдельных людей и представителей целых социальных слоев. Особенно четко выразилась данная тенденция в, так называемых, физиологических очерках, приобретших особую популярность в 40-е годы XIX столетия. Несмотря на то, что само понятие «физиология»[54] в литературном аспекте было введено французским писателем и юристом Б. Савареном, автором легкой нравоописательной книжечки «Физиология вкуса» (1826), русский «физиологический» очерк существенно отличался от «физиологии» французских писателей. Прежде всего — своей острой социальной направленностью. Продолжая лучшие традиции нравоописательных очерков[55], русские очеркисты пытались вскрыть социальные нравы низших слоев общества. При этом социальные типажи выводились ими по профессиональным признакам, например «петербургский дворник», «шарманщик», «портной» и т.д. «В 1845 г. Н. Некрасов, — отмечает В.И. Кулешов, — издал в двух частях альманах "Физиология Петербурга", который произвел своего рода сенсацию в русской литературе и оказался программной заявкой формировавшейся гоголевской "натуральной школы". Именно в эти годы русская литература стремилась к широкому охвату жизни всех сословий, постижению, если можно так выразиться, "механизма" общественной, иерархически-государственной деятельности. "Физиологический очерк", конечно, не означал отказа от типизации, он придавал ей хотя и односторонний, но самоочевидно осязаемый детерминистический характер. В очерковой литературе выдвигался на первый план демократический герой, в ней "выказывали" себя люди "фона". Высшая цель этой литературы — сосредоточение внимания как раз на "эпизодических людях"». В последующие десятилетия русские писатели, работавшие в жанре «физиологического» очерка, значительно расширяют проблематику своих выступлений. Их интересуют не только отдельные

социальные типы, но и целые социальные прослойки. Показательны в этом смысле очерки Г. Успенского, выходившие в 70-е годы XIX столетия под названиями: «Деревенская молодежь», «Люди среднего образа мыслей», «Новый тип купца» и т.д. Таким образом, благодаря подобного рода очеркам читатели могли не только познакомиться с теми или иными социальными типами, но и получить основные их характеристики. По мнению исследователей, «физиологический очерк» внес значительный вклад в развитие «натуральной школы». Считается, что без «физиологических очерков» не было бы «Бедных людей» Ф.М. Достоевского и «Записок охотника» И.С. Тургенева[57]. С 60-х годов XX столетия, следуя традициям «физиологов», в публицистике происходит кардинальный поворот в сторону научного познания человека. Журналисты активно обращаются к данным, полученным в области социологии и психологии. Они не только вбирают все самое ценное, что было достигнуто названными науками в плане новых теоретических представлений о человеке, но и перенимают различные методы познания личности. Социологический аспект изучения личности предполагает исследование взаимоотношений личности и общества и развития ее в историческом процессе, а психологический — нацелен на исследование различных психологических характеристик индивида. В отличие от писателей, воссоздающих человеческие типажи посредством художественного воображения, очеркисты используют иные приемы в изображении документального героя. Исследование человека и его характера ведется с помощью научных методов анализа, а художественная интерпретация осуществляется методами искусства. Обозначенные подходы наиболее характерны для портретных и проблемных очерков, где наряду с исследовательским началом присутствует и художественно-образная трактовка событий. Рассмотрим разновидности портретного очерка. Термин «портрет», первоначально означающий «описание внешности человека», со временем трансформировался в более объемное понятие. В публицистическом творчестве он стал обозначать не только внешние, но и внутренние особенности человека, — все, что связано с. духовной жизнью личности. Поэтому объектами отображения в портретном очерке могут выступать как социальные отношения человека с его непосредственным окружением (социологический аспект), так и внутренние психологические процессы, происходящие в жизни отдельного индивида. Социологический анализ личности, дополненный психологическим, безусловно, расширил возможности портретного очерка в плане целостного изображения человека. Журналисты обращают внимание на наиболее важные вехи в судьбе героя (имеются в виду биографические сведения), на его духовные искания, жизненный опыт, наконец, на особенности его профессиональной деятельности. Конкретная человеческая жизнь представляет многоуровневое образование, поэтому перед автором стоит сверхзадача показать героя не просто как носителя определенных социальных ролей или функций, а в тесной взаимосвязи с общественно-политическими, экономическими и социально-психологическими процессами в обществе. Учитываются такие понятия, как среда и обстоятельства, воспитание, характер и т.п., влияние которых на жизнь человека имеет исключительное значение. Но, согласитесь, что показать всю «многоэтажность» человеческой натуры в очерке невозможно в силу его малого объема. Многоплановость в изображении человека обусловила видовое многообразие портретного очерка. Среди них можно выделить: биографический портретный очерк, портретно-проблемный, психологический и политический портрет. У каждой разновидности портретного очерка есть конкретные задачи, свои формы публицистического жизнеописания, специфические возможности в показе героя произведения, способы психологической и социальной характеристики, типизации человеческих натур, наконец, приемы композиционного построения произведения. Рассмотрим, что же лежит в основе той или иной разновидности портретного очерка. Биографический портретный очерк. Здесь ведущее место занимает биография. Обратившись к ней, журналист может получить разнородные сведения о наиболее значимых для человека этапах жизни, о его жизненном опыте, о смене социальных статусов, о жизненных приоритетах и целях и т. п.

(Продолжение следует...)

5


Литературная газета

No. 1

Орфоэпический словарик Сколько удивительного порою узнаешь, читая лингвистические словари! Но, пожалуй, ни один другой словарь так не удивляет, как орфоэпический... Да, ударение в русском языке разноместное, и орфоэпические нормы довольно жёсткие. Так что ничего не поделаешь: придётся их заучивать. Красным в словаре выделены ударные гласные. А агент, агрономия, алиби, алкоголь, алфавит, альков, альтовый, анатом, антик, апостроф, априори, арахис, арба, арбуз, арест, астролог, атлет, афинянин, аэропорты, аэропорта. Б баловать, баловник, балованный, банты, бармен, блага, благами, благовест, благостыня, блокировать, бронировать билеты, бронировать танкетку, броня танков, бутыль, полной бутыли, полной бутылью, брюшко, быстрина.

отрочество, отступ, отчасти. П памятуя, паралич, партер, пасквиль, пертурбация, пиала, пимы, планёр, плато, плевелы, плесневеть, площадная брань, поварское дело, пять повестей, повторим, повторены, повторённый, подовый хлеб, есть поедом, покаянный, покупщик, полшага, помочи, помочей, понять, поняла, понял, понявший, посажёный отец, посаженный под замок, два порта, похороны, похорон, на похоронах, вы правы, предвосхищенный, преминуть, преминули, не премину, премировать, премирую, премированный, претить, претит, прибыть, прибыл, прибывший, прибывшего, приговор, приданое, принудить, принять, приняла, принял, приняли, приобретение, продал, продала, продали, прозорливый, проклятый богом, проклятый камень, просека, простолюдин, две простыни, пять простынь(простыней), прядильный, пряла, пряли, погода прояснела, глаза прояснели, пуловер, пурпур.

В вагон-ледник, валовой, вандал, вероисповедание, ветряная оспа, верба, визирь, вила гнездо, включит, вкрапить, вкраплю, всех Р возрастов, волка, волку, вора, вору, ворвалась, воспринять, равно как, раджа, разблаговестить, развитая промышленность, воспринял, восприняла, вот и вся недолга, волхвы, волхвов, врала развитее, развитая лектором мысль, разниться, рассредоточение, всем, вручат втридорога. ремень, не ровён час.

Г С гадливое чувство, газопровод, гастрономия, генезис, герба столицы, силос, сирота, нет сироты, сирот, свёкла, скит, скита, в скиту, гербы, гладильный, государя, гравёр, гусеница. складчина, склады сливовый, снастями, соболезнование, совестливый, созыв, сорокаведёрный, сосредоточение, хожу в баню Д по средам, люди различаются по средам общения, средства, даровать, дарую, даруешь, дарованный, диалог, диспансер, добыча, средствами, статус, статут, статуя, стограммовый, столяр, столяра, догмат, дозвонишься, донельзя, две доски, досуг, дояр, два дояра, воздать сторицею, строчная буква, ступня, две ступни, большие драла пеньку, древко, дремота, дровяник, духовник. ступни, сукровица, сулея, сумерничать. Е единовременный, еретик, епитимья. Т табу, тавро, таинство, таможенник, таможня, танцовщик, Ж танцовщица, терпящий, торта, торты, тигровый, ткала ковер, тотем, жалюзи, жерло, жестоко. тотчас, туника, тефтелька. З У завидно, загнутый, заговор, задолго, зазвонить, заимка, мы убывший, углубить, углубиться, закусить удила, узилище, украинский, заключим, Он заключит, законнорождённый, закупорка, закупорить, умерший, упрочение. закупоришь, закупорю, запасник, заплесневеть, заслюнить, звонит, знамение, значимость, знахарь, зубчатый. Ф фавор, факсимиле, фарфор, фетиш, флюорография. И избаловать, избалованный, избрала, (два) картуза, икота, иноходь, Х иноходец, инструмент, икса, иксу, зацвел ирис, сладкий ирис, исполу, хаос, ходатай, ходатайствовать, ходатайство, хозяева, холодность, истопник, исчерпать, исчерпаю. христианин. К Ц каталог, катыш, манная кашица, кашица из мела, каучук, квартал, цемент, центнер, цепочка, цыган. кедровый, километр, киноварь, острая кирка, кладовая, кобура, кожух, коклюш, колледж, колос (злак), колосс (великан), конура, корысть, Ч крапива, красивее, красивейший, кремень, на круги своя, черпать, честить, чистильщик. купированный, кухонный. Ш Л шарфы, шасси, швея, шелковица, шестерня, шкафы, начертание лассо, лгала друзьям, ледник (глетчер), ломота, лубочный. шрифта, штабы. М Щ магараджа, мастерски, маркетинг, медикаменты, мессия, мизерный, щавель, щавеля. миллиметр, миллиграммовый, мусоропровод, мытариться, мытарство, многовековая. Э эксперт, эскорт, электропровод. Н надоумить, намерение, начать, начала, начал, недоговорённость, Ю недоимщик, недуг, недюжинные способности, некролог, ненавистный, юродивый. наносного, ненецкий, неподалёку, неприязнь, нефтепровод, новорождённый, ножны. Я О языковая колбаса, языковая мышца, языковая норма, языковое чутье, обеспечение, оборвал, оборвала, оборвали, облегчить, обострить, ясли, яслей. обувной, обыдёнщина, оговорено, озлобленный, оптовый, опериться, (Материал печатается со станиц сайта кафедры межъязыковых осведомить, осведомиться, осталась дома, откупорка, отрок, коммуникаций и журналистики.) Литературная газета

No. 1

6


Что читал Иван Алексеевич Бунин Краткая выборка реплик о том, что читал Иван Алексеевич Бунин - о чем сохранились записи в его письмах и дневниках 1881-1953гг. Перечитывал «Путешествие в Арзрум»,— так прочел вслух Вере и Юлию первую главу. Баратынского (прозу). «Перстень»—старинка и любили прежде рассказывать про чудаков, «странности»!

хорошо, что быть, я ошибаюсь насчет этой части. Может быть, она особенно Перечитывал хороша, только особенно проста? пустяки. Как про разные Понемножку читал эти дни «Село Степанчиково». Чудовищно! Уже пятьдесят страниц — и ни на йоту, все долбит одно и то же! Пошлейшая болтовня, лубочная в своей литературности! ... Всю Перечитывал Мопассана. Многое воспринимаю по-новому, жизнь об одном, «о подленьком, о гаденьком»! сверху вниз. Прочитал рассказов пять — все сущие пустяки, не оставляют никакого впечатления, ловко и даже неприятно Читаю «Волхонскую барышню» Эртеля. Плохо. Мужицкий язык щеголевато-литературно сделанные. по частностям верен, но в общем построен литературно, лживо. И потом, эта тележка, ныряющая по грязи, лукавая пристяжная, и На днях прочитал (перечитал, давным-давно не перечитывал) заспанный мальчик, ковыряющий в носу... Никогда не скажет: «Мальву» и «Озорника» Горького. Вполне лубок. И хитрый, «надел пальто», а всегда — «облачившись в пальто». преднамеренный. Читал отрывки из Ницше — как его обворовывают Андреев, Перечитывал «Петра» А. Толстого вчера на ночь. Очень Бальмонт и т. д. Рассказ Чулкова «Дама со змеей». Мерзкая смесь талантлив! Гамсуна, Чехова и собственной глупости и бездарности. Как Сибирь, так «паузка», «пали» и т. д., еще «заимка»... Читал (перечитывал) эти дни Бруссона «A. France en pantoufles» — много интересного, но много и скучной болтовни. На ночь опять читал «Обрыв». Как длинно, как умно нередко! А все-таки это головой сделано. Скучно читать. [...] Сколько томов Дочитывал 1-й т. стихов Полонского, вспоминал, как читал в культивировалось в подражание этому Марку! Даже и Горький из Beausoleil. Теперь в последний раз в жизни? Вероятно. Вспоминал него. те чувства, что были в ранней молодости, в Озерках, при чтении некоторых стихов. 9/10—скука, риторика и часто просто Вчера до 2-х дочитал «14 Декабря». Взволновался, изменилось непонятная. Зато 1/10 превосходно. отношение к таланту Мережковского, хотя, думаю, это не он, а тема такая. Перечитывал стихи А. К. Толстого — многое удивительно хорошо,— и свои «Избр. стихи». Не постигаю, как они могли быть Заснул поздно, читал «Палату ном. 6». Волнение,— очень не оценены! нравится,— мучительное желание и себе писать, и чувство, что ничего не могу, что я полный банкрот — и что вот-вот откроется эта Погода прекрасная. Вообще лето удивительное. Собрать бы все тайна. И тоска, тоска, и мысль, что теперь каждый день дорог, что людские жестокости из всей истории. Читал о персидских старость уже на пороге,— да, уже форм [енная] старость. мучениках Даде, Тавведае и Таргала. Страшное описание Мощей Дмитрия Ростовского84. ... На ночь читал Белого «Петербург». Ничтожно, претенциозно и гадко. Читал житие Серафима Саровского. Лежал, читал «Письма» Мансфильд, потом закрыл глаза и не то Житие юродивых. Записки Дашковой. подумал (соверш. неизвестно, почему) о кукованье кукушки, о дали какого-то весеннего вечера, поля, леса, не то услыхал это кукованье Перечитал «Дядю Ваню» Чехова. В общем, плохо. Читателю на и тотчас же стал действительно слышать где-то в далекой и глухой трагедию этого дяди, в сущности, наплевать. глубине души, вспомнил вечер нынешней весной, похожий на русский, когда возвращались с Фондаминскими из С. Валье, Читал Мопассана, потом Масперо о Египте,— волновался, вспомнил его, этот вечер, уже как бесконечно-давний молодой и грезил, думая о путешествии Бауку в Финикию, потом читал Вернон счастливо-грустный, и все это связалось с какими-то Ли и думал о Неаполе, Капри, вспоминал Флоренцию. воспоминаньями и чувствами моей действительной молодости... Читал (и нынче читаю) «Завоевание Иерусалима» Гарри.

За последнее время опять — в который раз! — перечитал «Анну К[аренину]» и «Войну и м[ир]». Нынче кончил почти четвертый том Перечитал «Жестокие рассказы» Вилье де Лиль Адана. Дурак и — осталась посл. часть «Эпилога». Про Наполеона неотразимо. плебей Брюсов восхищается. Рассказы — лубочная фантастика, Испытал просто ужас, и до сих пор обожествлен! изысканность, красивость, жестокость и т. д.— смесь Э. По и Уайльда, стыдно читать. Читал последние дни «Василия Теркина» Боборыкина. Скука адова, длинно, надумано. Продолжал перечитывать Чехова. За Читал Жемчужникова. Автобиография его. Какой такт, некоторыми исключениями, все совершенно замечательно по уму и благородство! таланту. «Иванов» совершенно никуда. Перечитал «Что такое искусство» — Толст[ого]. Скучно,— кроме нескольких страниц,— неубедительно. Давно не читал, думал, что лучше. Привел сотни определений того, что такое красота и что такое искусство,— сколько прочел, какой труд проделал! — все эти определения, действительно, гроша настоящего не стоят, но сам не сказал ничего путного. Дочитал «Каренину». Самый конец прекрасно написан. Может

Вчера еще читал «Вечерние огни» Фета — в который раз! (Теперь, верно, уже в последний в жизни.) Почти все из рук вон плохо. Многое даже противно — его старческая любовь. То есть, то, как он ее выражает. Хорошая тема: написать всю красоту и боль такой поздней любви, ее чувств и мыслей при всей гадкой внешности старика, подобного Фету,— губастого, с серо-седой бородой, с запухшими глазами, с большими холодными ушами, с брюшком, в отличном сером костюме (лето), в чудесном белье,— но чувств и мыслей тайных, глубоко ото всех скрытых.

7


Литературная газета

No. 1

Теория литературоведения ПОЭЗИЯ (от греч. poiesis - создавать, творить) - литературнохудожественное творчество в стихах, искусство ритмической организации слова; произведение в стихах в отличие от художественной прозы; совокупность стихотворных произведений какой-либо эпохи (поэзия 18 века, поэзия 60-х и пр.), народа (немецкая поэзия, русская поэзия...), поэта (поэзия Лермонтова, поэзия Шиллера и т.п.), группы или течения (поэзия символизма, поэзия сумароковской школы...). "Поэзия есть лучшие слова в лучшем порядке" (Кальридж). "Поэзия есть то, что сотворено и, следовательно, не нуждается в переделке" (Теодор де Банвиль). До середины 19 века поэзией считалась любая художественная литература в отличие от нехудожественной.

Теория стихосложения СТРОФА (греч. strophe - поворот) - группа стихов с периодически повторяющейся организацией ритма и (или) рифмы. Как правило, каждая строфа посвящена какой-то одной мысли, и при смене строфы меняется и тема. На письме строфы разделяются увеличенными интервалами. Основной признак строфы - повторяемость её элементов: cтоп, размера, рифмовки, кол-ва стихов и пр. Лишь тому, чей покой таим, Сладко дышится... Полотно над окном моим Не колышется.

ЛИРИКА (от греч. lyrikos - произносимый под звуки лиры) - род Ты придёшь коль верна мечтам, литературных произведений, преимущественно поэтических, выражающих Только та ли ты? чувства и переживания. Лирика объединяет в себя множество стихотворных Знаю: сад там, сирени там жанров: стихотворение, элегия, романс, сонет, песня и т.п. Яркие Солнцем залиты. представители: Саади, Ф. Петрарка, Дж. Байрон; А.С. Пушкин, А. А. Блок, (И.Ф. Анненский) С. Есенин... ВИДЫ СТРОФ: СТИХОТВОРЕНИЕ - небольшое поэтическое произведение в стихах. ДВУСТИШИЕ (дистих) - простейший вид строфы из двух стихов: в СТИХ (греч. stichos — ряд, строка) античной поэзии - дистих, в восточной - бейт, в силлабической - вирши. 1. Единица ритмически организованной художественной речи, строка Если двустишие образует самостоятельную строфу – это строфическое стихотворения. двустишие. Графически такие двустишия отделяются друг от друга. 2. Художественное произведение, написанное такими строками (стихотворение, поэма…). Дано мне тело - что мне делать с ним, 3. Произведение старинной устной народной поэзии на библейскую, Таким единым и таким моим? религиозную тему (духовные стихи). Стих может быть безрифменным, белым, холостым и рифмованным. См. За радость тихую дышать и жить виды стиха. Кого, скажите, мне благодарить? (Осип Мандельштам) СТИХОВЕДЕНИЕ - раздел литературоведения, изучающий стихи. Подразделы стиховедения: фоника, метрика, ритмика, строфика. Нестрофические двустишия входят в состав более сложных строф и определяются по смежному способу рифмовки. СТИХОСЛОЖЕНИЕ – способ, искусство организации стихотворной речи. Второе название – версификация (лат. versus – стихи, facio – делаю), также В мире как в море: не спят рыбаки, просодия. Версификатор – ироническое название поэта. Сети готовят и ладят крючки. В сети ли ночи, на удочку дня ПОЭТИКА (греч. poietike - поэтическое искусство) - учение о поэтическом Скоро ли время поймает меня? творчестве; раздел теории литературы, изучающий строение (Расул Гамзатов ) художественных произведений и систему средств выражения в них. ТРЁХСТИШИЕ (терцет) - простая строфа из трёх стихов. СИЛЛАБО-ТОНИЧЕСКОЕ СТИХОСЛОЖЕНИЕ (греч. syllabe - слог и В беспечных радостях, в живом очарованье, tonos - ударение) - разновидность тонического стихосложения, основанная О дни весны моей, вы скоро утекли. на упорядоченном расположении ударных и безударных слогов в стихе: на Теките медленней в моём воспоминанье. сильных местах метра располагаются исключительно ударные слоги, на (А.С. Пушкин) слабых - безударные. Основные метры силлабо-тонического стихосложения — ямб, хорей, дактиль, амфибрахий, анапест. Силлабо-тоническое ЧЕТВЕРОСТИШИЕ (катрен) – простая строфа из 4 стихов, самая стихосложение было введено на Руси Тредиаковским и Ломоносовым, употребительная в европейской поэзии. заменив силлабическое стихосложение. Попрыгунья Стрекоза ТОНИЧЕСКОЕ СТИХОСЛОЖЕНИЕ (греч. tonos - ударение) - система Лето красное пропела; стихосложения, основанная на упорядоченности появления ударных слогов в Оглянуться не успела, стихе. Употребительна в языках с сильным динамическим ударением и Как зима глядит в глаза. ослаблением безударных гласных - русском, немецком, английском и др. (И.А. Крылов) Внутри тонического стихосложения различаются «чисто-тоническое» стихосложение и силлабо-тоническое стихосложение; в 1-м учитывается ПЯТИСТИШИЕ (квинтет) – строфа из пяти стихов. только число ударений, во 2-м также и расположение их в стихе; промежуточное положение занимают дольник и тактовик. Хотя я судьбой на заре моих дней, О южные горы, отторгнут от вас, НАРОДНОЕ СТИХОСЛОЖЕНИЕ - русская устная народная поэзия. Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз; Различают 3 вида: Как сладкую песню отчизны моей, - говорной стих (пословицы, поговорки, загадки, прибаутки и пр.), чистоЛюблю я Кавказ. тонический, с парными рифмами без внутреннего ритма (раешный стих); (М.Ю. Лермонтов) - речитативный стих (былины, исторические песни, духовные стихи), нерифмованный стих с женскими или (чаще) дактилическими окончаниями. ШЕСТИСТИШИЕ - строфа из шести стихов. В основе ритма лежит тактовик. - песенный стих («протяжные» и «частые» песни) - ритм тесно связан с Мороз и солнце; день чудесный! напевом и мелодией. Ещё ты дремлешь, друг прелестный, Пора, красавица, проснись: НАРОДНЫЙ СТИХ - тонические стихотворные формы устного народного Открой сомкнуты негой взоры творчества: говорной (поговорки, пословицы, загадки, прибаутки), Навстречу северной Авроры, речитативный (былины, баллады, исторические песни, духовные стихи), Звездою севера явись. песенный (лирические песни). С народным стихом тесно связана обрядная (А.С. Пушкин) поэзия (причитания, заговоры, свадебные песни, хороводные песни и пр.) (Продолжение читайте в следующем номере.)

8


Литературная газета

No. 1

Тропы и стилистические фигуры ТРОПЫ (греч. tropos — поворот, оборот речи) - слова или обороты речи в переносном, иносказательном значении. Тропы - важный элемент художественного мышления. Виды тропов: метафора, метонимия, синекдоха, гипербола, литота и др. СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФИГУРЫ - обороты речи, применяемые для усиления экспрессивности (выразительности) высказывания: анафора, эпифора, эллипс, антитеза, параллелизм, градация, инверсия, хиазм и др. ГИПЕРБОЛА (греч. hyperbole — преувеличение) разновидность тропа, основанная на преувеличении («реки крови», «море смеха»). Противоположность – литота. ЛИТОТА (греч. litotes — простота) - троп, противоположный гиперболе; намеренное преуменьшение («мужичок с ноготок»). Второе название литоты – мейосис. Противоположность литоте – гипербола. МЕТАФОРА (греч. metaphora — перенесение) троп, скрытое образное сравнение, перенесение свойств одного предмета или явления на другой на основании общих признаков («работа кипит», «лес рук», «тёмная личность», «каменное сердце»…). В метафоре, в отличие от сравнения, слова «как», «словно», «как будто» опущены, но подразумеваются. Век девятнадцатый, железный, Воистину жестокий век! Тобою в мрак ночной, беззвездный Беспечный брошен человек! (А. Блок) МЕТОНИМИЯ (греч. metonymia переименование) - троп; замена одного слова или выражения другим на основе близости значений; употребление выражений в переносном смысле ("пенящийся бокал" - имеется в виду вино в бокале; "лес шумит" - подразумеваются деревья; и т.п.). Театр уж полон, ложи блещут; Партер и кресла, всё кипит... (А.С. Пушкин) ПЕРИФРАЗА (греч. periphrasis - окольный оборот, иносказание) - троп; замена одного слова описательным выражением, передающим смысл («царь зверей» - вместо «лев» и т.п). ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ (прозопопея, персонификация) - вид метафоры; перенесение свойств одушевленных предметов на неодушевленные (душа поёт, река играет…). Колокольчики мои, Цветики степные! Что глядите на меня, Тёмно-голубые? И о чём звените вы В день весёлый мая, Средь некошеной травы Головой качая? (А.К. Толстой) СИНЕКДОХА (греч. synekdoche - соотнесение) – троп и вид метонимии, название части вместо целого или наоборот. - Скажи-ка, дядя, ведь недаром

АЛЛИТЕРАЦИЯ (лат. ad - к, при и littera - буква) - повторение однородных согласных, придающее стиху особую интонационную выразительность. Москва, спалённая пожаром, Вечер. Взморье. Вздохи ветра. Французу отдана? Величавый возглас волн. (М. В. Лермонтов) Близко буря. В берег бьется Чуждый чарам черный челн… СРАВНЕНИЕ – слово или выражение, (К. Бальмонт) содержащее уподобление одного предмета другому, одной ситуации - другой. («Сильный, как АЛЛЮЗИЯ (от лат. allusio - шутка, намек) лев», «сказал, как отрезал»…). В отличие от стилистическая фигура, намёк посредством метафоры, в сравнении обязательно присутствуют сходнозвучащего слова или упоминания слова «как», «как будто», «словно» . общеизвестного реального факта, исторического Буря мглою небо кроет, события, литературного произведения («слава Вихри снежные крутя; Герострата»). То, как зверь она завоет, То заплачет, как дитя… АНАФОРА (греч. anaphora - вынесение) (А.С. Пушкин) повторение начальных слов, строки, строфы или фразы. ОБРАЗ - обобщённое художественное отражение Ты и убогая, Ты и обильная, действительности, облечённое в форму конкретного индивидуального явления. Поэты Ты и забитая, мыслят образами. Ты и всесильная, Матушка-Русь!… Не ветер бушует над бором, Не с гор побежали ручьи, (Н.А. Некрасов) Мороз - воевода дозором АНТИТЕЗА ( греч. antithesis - противоположение) Обходит владенья свои. (Н.А. Некрасов) - стилистическая фигура; сопоставление или противопоставление контрастных понятий или АЛЛЕГОРИЯ (греч. allegoria - иносказание) - образов. "Так мало пройдено дорог, так много образное изображение отвлеченной мысли, идеи сделано ошибок..." (С.Есенин). или понятия посредством сходного образа (лев Ты богат, я очень беден; Ты прозаик, я поэт; сила, власть; правосудие - женщина с весами).В отличие от метафоры, в аллегории переносное Ты румян, как маков цвет, значение выражено фразой, целой мыслью или Я, как смерть, и тощ и бледен. (А.С. Пушкин) даже небольшим произведением (басня, притча). В литературе многие аллегорические образы взяты из фольклора и мифологии. АНТИФРАЗ – употребление слова в противоположном смысле («герой»,«орёл», ГРОТЕСК (франц. grotesque – причудливый, «мудрец»…). комичный) - изображение людей и явлений в фантастическом, уродливо-комическом виде и АПОКОПА (греч.apokope – отсечение) основанное на резких контрастах и искусственное укорачивание слова без потери его значения. преувеличениях. Взъярённый на заседание врываюсь …Как вдруг из лесу шасть лавиной, На них медведь разинул пасть … Дикие проклятья дорогой изрыгая. (А.Н. Крылов) И вижу: сидят людей половины. О дьявольщина! Где же половина другая? Лай, хохот, пенье, свист и хлоп, (В. Маяковский) Людская молвь и конский топ! (А.С. Пушкин) ИРОНИЯ (греч. eironeia - притворство) выражение насмешки или лукавства посредством иносказания. Слово или высказывание обретает в БЕССОЮЗИЕ (асиндетон) – предложение с контексте речи смысл, противоположный отсутствием союзов между однородными словами буквальному значению или отрицающий его, или частями целого. Фигура придающая речи динамичность и насыщенность. ставящий под сомнение. Слуга влиятельных господ, Ночь, улица, фонарь, аптека, С какой отвагой благородной Бессмысленный и тусклый свет. Громите речью вы свободной Живи ещё хоть четверть века Всех тех, кому зажали рот. Всё будет так. Исхода нет. (Ф.И. Тютчев) (А. Блок) САРКАЗМ (греч. sarkazo, букв. - рву мясо) презрительная, язвительная насмешка; высшая МНОГОСОЮЗИЕ (полисиндетон) - избыточное повторение союзов, создающее дополнительную степень иронии. интонационную окраску («И скучно и грустно, и АССОНАНС (франц. assonance - созвучие или некому руку подать…» М.Ю. Лермонтов). откликаюсь) - повторение в строке, строфе или Противоположная фигура - бессоюзие. фразе однородных гласных звуков. ГРАДАЦИЯ стилистическая фигура, О весна без конца и без краю последовательное нагнетание или, наоборот, Без конца и без краю мечта! ослабление силы однородных выразительных ( А. Блок) Чуждый чарам черный челн… (К. Бальмонт)

9


Литературная газета

Тропы и стилистические фигуры

No. 1

Тропы и стилистические фигуры

Виды стоп

(окончание) средств художественной речи.

Он весь, как божия гроза. (А. С. Пушкин) Не жалею, не зову, не плачу РИФМА (греч. «rhythmos» - стройность, Всё пройдёт, как с белых яблонь дым. соразмерность) - разновидность эпифоры; Увяданья золотом охваченный, созвучие концов стихотворных строк, создающее Я не буду больше молодым. ощущение их единства и родства. Рифма (С. Есенин) подчёркивает границу между стихами и связывает стихи в строфы. Более подробно о рифме см. ИНВЕКТИВА (позднелат. invectiva oratio - «Словарь разновидностей рифмы» или бранная речь) – резкое обличение, осмеяние «Лаборатория». реального лица или группы лиц; разновидность сатиры(«А вы, надменные потомки…», М.Ю. СИЛЛЕПС (греч.syllepsis – захват) – объединение Лермонтов) неоднородных членов в общем смысловом или синтаксическом подчинении («У кумушки глаза и ИНВЕРСИЯ (лат. inversio - перестановка) - зубы разгорелись», А.Н. Крылов). Часто изменение обычного порядка слов в предложении используется в комических целях («за окном идёт для придания им особого смысла. Как правило, в дождь, а у нас – концерт»). обратном порядке ("Преданья старины глубокой" А.С. Пушкин). СИМПЛОКА (греч. symploke - сплетение) повторение начальных и конечных слов в КОЛЬЦО - звуковой или лексический повтор в смежных стихах или фразах при разной середине начале и конце какой-либо речевой конструкции или середины при разных начале и конце («И я («Коня, полцарства за коня!», В. Шекспир). сижу, печали полный, один сижу на берегу»). МЕТАТЕЗА (греч. metathesis – перестановка) – СТЫК - звуковой повтор на грани двух смежных перестановка звуков или слогов в слове или фразе. слов, стихов, строф или предложений. Используется как комический приём (обветрится – обвертится, перепёлка – пеперёлка, в траве кузнел О весна без конца и без краю сидечик…) Без конца и без краю мечта! Узнаю тебя жизнь! Принимаю! КАТАХРЕЗА (греч.katachresis - злоупотребление) И приветствую звоном щита! - сочетание несовместимых по значению слов, тем (А. Блок) не менее, образующих смысловое целое (когда рак свиснет, поедать глазами...). Катахреза сродни ЭВФЕМИЗМ (греч. euphemismos, от eu – хорошо, оксиморону. phemi – говорю) – замена неприличных, грубых, деликатных слов или выражений более ОКСИМОРОН (греч. oxymoron - остроумно- неопределёнными и мягкими (вместо глупое) - сочетание контрастных, противополож- «беременная» - «готовится стать матерью», вместо ных по значению слов (живой труп, гигантский «толстый» - «полный» и т.п.). карлик...). ЭЛЛИПСИС (греч. elleipsis - выпадение, ПАРАЛЛЕЛИЗМ - тождественное или сходное опущение) - пропуск в речи подразумеваемого расположение элементов речи в смежных частях слова, которое можно восстановить из контекста. текста, создающих единый поэтический образ. День в тёмную ночь влюблён, В синем море волны плещут. В зиму весна влюблена, В синем небе звезды блещут. Жизнь – в смерть… (А. С. Пушкин) А ты?... Ты в меня! (Г. Гейне) Мчаться тучи, вьются тучи... (М.Ю. Лермонтов) ЭМФАЗА (греч. emphasis – указание, выразительность) - эмоционально-экспрессивное Параллелизм может быть, как словесно-образный, выделение части высказывания посредством так и ритмический, композиционный. интонации, повторения, порядка слов и т. п. («Я это вам говорю»). ХИАЗМ (греч. chiasmos) - вид параллелизма: расположение двух частей в обратном порядке ЭПИТЕТ (греч. epitheton - приложение) («Мы едим, чтобы жить, а не живем, чтобы есть»). образное определение, дающее дополнительную художественную характеристику кому-либо или ПАРЦЕЛЛЯЦИЯ экспрессивный чему-либо («парус одинокий», «роща золотая»…). синтаксический прием интонационного деления Я помню чудное мгновенье! предложения на самостоятельные отрезки, Передо мной явилась ты, графически выделенные как самостоятельные Как мимолётное виденье, предложения («И снова. Гулливер. Стоит. Как гений чистой красоты. Сутулясь» П. Г. Антокольский).ПЕРЕНОС (франц. (А.С. Пушкин) enjambement - перешагивание) - несовпадение синтаксического членения речи и членения на ЭПИФОРА (греч. epiphora - повторение) стихи. При переносе синтаксическая пауза внутри стилистическая фигура, противоположная стиха или полустишия сильнее, чем в его конце. анафоре: повторение последних слов или фраз. Рифма - вид эпифоры (повтор последних звуков). Выходит Пётр. Его глаза Вот на берег вышли гости, Сияют. Лик его ужасен. Царь Салтан зовёт их в гости... Движенья быстры. Он прекрасен, (А. С. Пушкин)

10

СТОПА – единица длины стиха; повторяющееся сочетание ударных и безударных слогов. Стопа изображается с помощью схемы, где « у » ударный слог, а «б » - безударный. Пример: "уббубуб" Двухсложные (двухсложники).

стопы:

ямб

и

хорей

Трёхсложные стопы: дактиль, амфибрахий, анапест (трёхсложники). Четырёхсложные (четырёхсложники).

стопы:

пеон

ЯМБ - двухсложная стихотворная стопа с ударением на втором слоге. Наиболее употребительная стопа русского стиха. Cхема « уб ». Основные размеры: 4-стопный (лирика, эпос), 6-стопный (поэмы и драмы 18 в.), 5-стопный (лирика и драмы 19-20 вв.), вольный разностопный (басня 18-19 вв., комедия 19 в.). Мой дядя самых честных правил, Когда не в шутку занемог, Он уважать себя заставил И лучше выдумать не мог. (А.С. Пушкин) ХОРЕЙ (греч. choreios - плясовой) или ТРОХЕЙ (греч. trochaios - бегущий) - двухсложная стихотворная стопа с ударением на первом слоге. Cхема « бу ». Мчаться тучи, вьются тучи Невидимкою луна Освещает снег летучий; Мутно небо, ночь мутна. (А.С. Пушкин) ДАКТИЛЬ (греч. daktylos - палец)– трёхсложная стихотворная стопа с ударением на первом слоге. Схема «убб». В рабстве спасённое Сердце народное Золото, золото Сердце народное! (Н.А. Некрасов) АМФИБРАХИЙ (греч. amphibrachys - с обеих сторон краткий) - трёхсложная стихотворная стопа с ударением на втором слоге. Схема «буб». На севере диком стоит одиноко На голой вершине сосна И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим Одета, как ризой , она. (М.Ю. Лермонтов) АНАПЕСТ (греч. anapaistos - отраженный, т.е. обратный дактилю) - трёхсложная стихотворная стопа с ударением на последнем слоге. Схема « ббу ». Есть в напевах твоих сокровенных Роковая о гибели весть. Есть проклятье заветов священных, Поругание счастия есть. (А. Блок) (Продолжение читайте в следующем номере.)


Литературная газета

No. 1

Поэтический словарь

"Поэтический словарь" А. П. Квятковского — лучший отечественный справочник по теории поэзии. В нем содержится около 670 терминов из области стихосложения и поэтики стихотворных текстов. Книга посвящена русской литературной и народной поэзии, а кроме того, содержит информацию по античной поэтике и риторике, формам и жанрам западноевропейской поэзии и важнейшие сведения по терминологии восточных стиховых культур.

А́ВТОРСКАЯ ГЛУХОТА́ — условный термин, предложенный М. Горьким: явные стилистические и смысловые ошибки в художественном произведении, не замеченные автором. Причины этих ошибок объясняются поразному: в одних случаях А. г. является результатом небрежности или неряшливости писателя, в других случаях — возникает непроизвольно, когда увлечение главной задачей вытесняет из поля внимания отдельные детали. Явления А. г. свойственны не только рядовым писателям, но и большим мастерам. Подобные ошибки у классиков русский критик и пародист начала 20 в. А. А. Измайлов назвал «пятнами на солнце». Вот несколько примеров А. г. у А. Пушкина: Вот испанка молодая Оперлася на балкон (вместо на перила балкона); у М. Лермонтова: И Терек, прыгая, как львица С косматой гривой на хребте... (грива растет только у льва и не на хребте, а на шее); у А. Плещеева: Дам тебе [ласточке] я зерен, А ты песню спой. (ласточка питается насекомыми, а не зернами); у А. Фета: О первый ландыш! Из-под снега Ты просишь солнечных лучей. (из-под снега вырастает подснежник, а не ландыш, который появляется уже в разгар весны); у В. Маяковского в прологе к поэме «Во весь голос»: Поэмы замерли, к жерлу прижав жерло нацеленных зияющих заглавий. (поэт хочет сказать «к стволу прижав ствол»; это настолько ясно, что читатель может сразу не заметить ошибки. Однако, очевидно, пушки-поэмы, прижатые жерло к жерлу, стали бы стрелять друг в друга); у Э. Багрицкого в «Думе про Опанаса»: На руке с нагайкой крепкой — Жеребячье мыло; Револьвер висит на цепке От паникадила (вместо от кадила); у И. Уткина: Не твоим ли пышным бюстом Перекоп мы защищали? (советские войска в гражданскую войну не «защищали», а штурмовали Перекоп).

Виды стиха

Способы рифмовки

АКРОСТИХ (греч. akrostichis – крайние РИФМОВКА – порядок чередования рифм стих) – стих, первые буквы всех строк которого в стихе. образуют слово или фразу, чаще всего имя самого автора. Акростих ведёт своё начало из магических Основные способы рифмовки: текстов и был популярен в поэзии Средневековья. 1.Смежная рифмовка «ААBB». Прозаики от рифмы далеки, От четкого размера, тайны света, Чтоб дружбу товарищ пронёс по волнам, Эфирного дыхания строки Мы хлеба горбушку – и ту пополам! Того, что позволяет стать поэтом. Коль ветер лавиной, и песня – лавиной, (Семён Цванг) Тебе – половина, и мне – половина! (А. Прокофьев) ТЕЛЕСТИХ - стих, в котором последние буквы каждой строки образуют слово или фразу. 2. Перекрёстная рифмовка «АBАB». Разновидность акростихов. О, есть неповторимые слова, КОЛОКОЛ Кто их сказал – истратил слишком много, Произнося чудесный чистый звуК, Неистощима только синева Вишу на колокольне. ВысокО! Небесная и милосердье Бога. Неоднократно сам звенеть хотеЛ, (А. Ахматова) Разлиться песней сердца далекО, Но мой язык во власти чьих-то руК. 3. Кольцевая рифмовка Вздохнул бы я свободно и легкО, (охватная, опоясывающая) «АBBА» Когда бы сам, не по заказу, пеЛ. (И. Чудасов) Уж подсыхает хмель на тыне. За хуторами, на бахчах, БЕЛЫЙ СТИХ – стих без рифм. В нежарких солнечных лучах Разновидностью белых стихов являются народные Краснеют бронзовые дыни… стихи и их имитации, среди которых есть (А. Бунин) шедевры, удивляющие своей неповторимой напевностью и мелодичностью: 4. Холостая рифмовка «АВСВ». Первый и третий стих не рифмуются. Сяду я за стол да подумаю: Как на свете жить одинокому? Травка зеленеет, Нет у молодца молодой жены, Солнышко блестит, Нет у молодца друга верного. Ласточка с весною (А. Кольцов) В сени к нам летит. (А.Н. Плещеев) Далёким предком белого стиха был т.н. рифмы как своеобразный художественный приём. СМЕШАННАЯ РИФМОВКА (вольная) – способ чередования и взаимного расположения ВЕРЛИБР (свободный стих) – нерифмованные рифм в сложных строфах. Наиболее известные стихи без метра, расчлененные на стихотворные формы: октава, сонет, рондо, терцина, триолет, строки и не обладающие постоянными лимерик и пр. признаками их соизмеримости. Пример смешанной рифмовки: Она пришла с мороза, Раскрасневшаяся, Ревёт ли зверь в лесу глухом, Наполнила комнату Трубит ли рог, гремит ли гром, Ароматом воздуха и духов, Поёт ли дева за холмом Звонким голосом На всякий звук И совсем неуважительной к занятиям Свой отклик в воздухе пустом Болтовнёй. Родишь ты вдруг. (А. Блок) (А.С. Пушкин)

СТИХОТВОРЕНИЯ В ПРОЗЕ - небольшое ТЕРЦИНА – ряд трёхстиший с рифмовкой ABА эмоционально насыщенное лирическое BCB CDC...(«Божественная комедия» Данте). произведение в прозаической форме без признаков метра и рифмы. Отличительные черты Земную жизнь пройдя до половины, – мелодичность и напевность. Я очутился в сумрачном лесу, Утратив правый путь во тьме долины. Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, Каков он был, о, как произнесу, Ты один мне поддержка и опора, о великий, Тот дикий лес, дремучий и грозящий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Чей давний ужас в памяти несу! Не будь тебя – как не впасть в отчаянье при виде всего, что свершается дома? Так горек он, что смерть едва ль не слаще. Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан Но, благо в нем обретши навсегда, Скажу про все, что видел в этой чаще… Квятковский А. П. Поэтический словарь / великому народу! (И. С. Тургенев) (А. Данте) Науч. ред. И. Роднянская. — М.: Сов. Энцикл., (Продолжение читайте в следующем номере.) (Продолжение читайте в следующем номере.) 1966. — 376 с. No. 1

Литературная газета

11


Энциклопедия литературных героев Характеристики и сведения о всех героях литературных произведений АХИЛЛЕС (АХИЛЛ) — герой поэмы Гомера «Илиада» (между Х-VIII вв. до н.э.). В греческой мифологии А. — сын морской богини Фетиды и Пелея, царя города Фтии в Фаессалии. По имени отца в «Илиаде» А. именуется Пелидом или Пелеевым сыном. Мифы рассказывают, что А. была предсказана гибель в сражении от стрелы, пущенной врагом. Стремясь уберечь сына и сделать его тело неуязвимым, Фетида держала младенца над огнем, погружала в воды Стикса, реки подземного царства мертвых. При этом она держала А. за пятку, которая и осталась единственным его уязвимым местом. Так возникло выражение «ахиллесова пята». Воспитывал А. мудрый кентавр (человек с туловищем коня) Хирон, взрастивший таких героев, как Геракл и Ясон. Прорицатель Калхас предсказал, что греки выиграют войну с Троей, первопричиной которой было похищение Парисом, сыном троянского царя Приама, жены царя Менелая Прекрасной Елены, только в том случае, если в сражениях будет участвовать А. Когда Менелай и его брат Агамемнон начали собирать войско, Фетида спрятала А. во дворце царя Ликомеда на острове Скиросе. А. жил здесь среди дочерей царя, одетый в женскую одежду. Но прорицатель Калхас разгадал замысел Фетиды. Соратники Менелая Диомед и Одиссей, царь Итаки, отправились на Скирос, взяв с собой богатые подарки для царевен: ткани, расшитые золотом одежды, ожерелья и другие украшения. Все это принесли в покои царевен, разместив между подарками также оружие и воинские доспехи. Именно последние подарки и выбрал А. Узнав о готовящемся походе против Трои, А. с радостью согласился участвовать в нем. Вместе с ним отправился его друг Патрокл. Отплыв из гавани Авлиды, корабли греков отправились к Трое. Но пристали они к берегам Мизии, где царствовал Те-леф, сын Геракла. Приняв мизийцев за троянцев, греки вступили с ними в битву. А., сражаясь с Телефом, обратил его в бегство. Обнаружив ошибку, греки снова отправились в путь, но буря разметала их корабли, и они принуждены были вернуться в Авлиду. Здесь они поняли, что правильный путь в Трою им может указать лишь Телеф, которого тяжело ранил А. Пифия — предсказательница из города Дель-фы — сказала, что рану может исцелить лишь А., что последний и сделал, посыпав язву железом, которое соскреб со своего копья. Но отплыть из Авлиды все же не удалось, ибо не было попутного ветра. Калхас предсказал, что ветер появится только в том случае, если в жертву богам будет принесена дочь Агамемнона Ифигения. Девушку привезли в Авлиду, сказав ее матери Клитемнестре, что с нею хочет обручиться А. Узнав об этом, А. начинает помогать Ифигении, которую в последний момент перед жертвоприношением спасает богиня Артемида. Обо всем этом рассказано в трагедии Еврипида «Ифигения в Авлиде» (V в. до н.э.). х Греки осаждали Трою в течение 10 лет. Главным героем Троянской войны стал А., которого «Илиада», рассказывающая о последнем годе осады, именует «благородным», «быстроногим», «бессмертным подобным», «любимцем богов». «Илиада» начинается описанием гнева А., у которого Агамемнон отнял его пленницу Брисеиду. Главный герой троянцев, сын царя Приама Гектор убивает друга А. Патрокла. А. тяжело переживает его гибель и клянется отомстить. Один из кульминационных пунктов поэмы — битва А. с Гектором, описанная в книге XXII «Илиады». Убив Гектора, А. оплакивает и погребает Патрокла. Этим и заканчивается поэма Гомера. Образ А. в «Илиаде» противоречив. Он и благороден и вместе с тем предельно жесток. О дальнейшей судьбе А. рассказывают мифы и литературные произведения древнегреческих и римских писателей. В т.н. киклической поэме «Эфиопида» (VIII в. до н.э.), приписываемой Арктику, сыну Телеса из Милета, и дошедшей до нас лишь в позднем пересказе, рассказано о пришедших на помощь к троянцам женщинах-воительницах амазонках во главе с царицей Пенфесилеей. А. убивает ее, но, стоя над ее телом, проникается к ней любовью. Сюжет этот затронут в поэмах Овидия «Героини» и Вергилия «Энеида». В «Эфиопиде» рассказано и о битвах с эфиопами, которых их царь Мемнон привел на помощь троянцам. Мемнон погибает в поединке с А. Но и героя ждет неминуемый, заранее предсказанный ему конец. Он погибает от стрелы Париса, которую бог Аполлон, покровительствовавший троянцам, направил в пятку А., — единственное его уязвимое место. Греки и поднявшаяся из морской пучины Фетида оплакивают героя и, согласно древним обычаям, на восемнадцатый день сжигают его тело на погребальном костре. Золотая урна с прахом А., Патрокла и еще одного героя — Антилоха, была погребена в высоком кургане. Скрываясь на острове

Скиросе, А. полюбил Дайдамию, одну из дочерей царя Ликомеда. От их союза родился уже после отплытия греков к Трое сын Неоптолем. После гибели отца его привозят к стенам Трои, и он участвует во взятии города, убивает Приама и многих его сыновей. В XI песне «Одиссеи» рассказано, как Одиссей, спустившись в царство мертвых, встречает там тень А. и рассказывает своему погибшему другу о подвигах его сына. Образ А. неоднократно разрабатывался в изобразительном искусстве, начиная с древнегреческой вазовой живописи и кончая литографским циклом «Ахиллес», созданным немецким художником Максом Слефогтом в 1907г. АСЯ — героиня повести И.С.Тургенева «Ася» (1858). А.— один из самых поэтичных женских образов Тургенева. Героиня повести — открытая, самолюбивая, пылкая девушка, с первого взгляда поражающая своей необычной внешностью, непосредственностью и благородством. Трагизм жизни А. в ее происхождении: она дочь крепостной крестьянки и помещика; этим во многом обусловлено ее поведение: она застенчива, не умеет вести себя в обществе и т.п. После смерти отца девушка оказывается предоставленной самой себе, она рано начинает задумываться над противоречиями жизни, над всем, что ее окружает. А. близка к другим женским образам в произведениях Тургенева, больше всего в ней сходства с Лизой Калитиной («Дворянское гнездо»). С ними ее роднит нравственная чистота, искренность, способность к сильным страстям, мечта о подвиге. А. дана в повести через восприятие господина Н.Н., от лица которого ведется повествование. Н.Н. встречается с ней во время путешествия по Германии, где А. живет со своим братом, ее своеобразное обаяние пробуждает в нем любовь. Сама А. впервые в своей жизни сталкивается с этим чувством, Н.Н. представляется ей необыкновенным человеком, настоящим героем. Любовь окрыляет героиню, придает ей новые силы, внушает веру в жизнь, но ее избранник оказывается безвольным и нерешительным, он не может достойно ответить на ее пылкие чувства. Решимость А. пугает его, и Н.Н. оставляет ее; первая любовь героини оказывается несчастной. Подробный анализ повести представлен в статье Н.Г.Чернышевского «Русский человек на rendez-vous» (1858). В этой работе подробно описаны причины той ситуации, в которой оказалась А., когда ее благородная решимость поступиться общественными приличиями ради любви была отвергнута. Критик объясняет реакцию общества на поведение героини тем, что в нем приветствуется благородство на словах, поэтому к А. относятся благосклонно, пока она лишь говорит о своих убеждениях и не пытается осуществить их на деле. Н.Н. принадлежит к этой среде. Он один из «лишних людей», и трагедия А. в том, что она встретила именно такого человека. Образ А. нашел свое воплощение на экране в фильмах «Ася», снятых в 1928 и 1978 гг. АСТРОФИЛ (англ. Astrophel — от греч. названия звезды; букв, любящий звезду) — герой первого английского цикла сонетов «Астрофил и Стелла» (1582?) Филипа Сидни, одного из создателей литературы английского Ренессанса, современника Эдмунда Спенсера и предшественника У.Шекспира. В истории литературы у А. как бы двойная жизнь. Во-первых, он выразитель умонастроения своего создателя, носитель идеи нравственного совершенствования человека под влиянием истинной и земной, а не идеальной (по Петрарке) любви. Этот живой, противоречивый, мечущийся между долгом и страстью персонаж владеет таким богатым языком, столь искренен и ироничен по отношению к собственному несовершенству, что стал явлением не только второй половины XVI в., но и истории английской словесности, вызвав к жизни множество подражаний и отголосков на протяжении нескольких веков. Во-вторых, с течением времени А. как будто отделился от Стеллы (возлюбленной), чье имя значит «звезда», и даже отчасти от автора, переняв в процессе создания кое-какие биографические черты и уже в процессе независимой жизни многие черты характера «самого очаровательного джентльмена», как говорили современники о Сидни, который стал идеалом ренессансной личности. Парадоксально, что А. в истории литературы живет на равных правах со своим создателем — воином, дипломатом, философом, политиком, поэтом Филипом Сидни, у которого забирает все больше его заслуг, так что в XX веке нередко Филипа Сидни называют Астрофилом. (Продолжение следует...) Литературная газета

No. 1

12


Техника рассказа Эффективные приёмы в построении прозы Композиция (построение, структура, архитектоника) рассказа – это расположение отобранного материала в таком порядке, которым достигается эффект большего воздействия на читателя, чем было бы возможно при простом сообщении фактов. Перемены в последовательности и соседстве эпизодов обусловливают разное ассоциативное, эмоциональное смысловое восприятие материала в целом. Удачная композиция позволяет добиться максимума смысловой и эмоциональной нагрузки при минимуме объема. 1.Прямоточная композиция. Наиболее древний, простой и традиционный способ передачи материала: какая-то несложная история с минимальным количеством значимых действующих лиц рассказывается в последовательности событий, связанных единой причинно-следственной цепью. Для такой композиции свойственна неторопливость и подробность изложения: такой-то сделал то-то, а потом было так-то. Это позволяет обстоятельно углубиться в психологию героя, дает читателю возможность отождествить себя с героем, влезть в его шкуру, сочувствовать и сопереживать. Внешняя простота, как бы бесхитростность и безыскусность такого построения вызывают дополнительное доверие читателя, единая нить повествования позволяет не рассеивать внимание и целиком сосредоточиться на изображаемом. Так, к примеру, построен рассказ Ю. Казакова «Голубое и зеленое» – ностальгическая история первой юношеской любви: вечная тема, банальный материал, несложный городской язык, но, проживая вместе с героем день за днем, читатель радуется, печалится, тоскует. 2. Окольцовка. Обычно отличается от композиции предыдущего типа только одним: авторским обрамлением в начале и в конце. Это как бы рассказ в рассказе, где автор представляет читателю героя, выступающего в дальнейшем рассказчиком. Таким образом создается двойной авторский взгляд на рассказ: поскольку сначала охарактеризовывается рассказчик, то затем в собственно рассказе может «браться поправка на рассказчика» – образы автора и рассказчика намеренно расподобляются. Автор, как правило, мудрее и информированнее рассказчика, он выступает судьей и комментатором собственной истории. Выгоды такого приема в том, что а) рассказчик может говорить любым языком – не только» грубыми просторечиями, что простительно, но и литературными штампами, что иногда выгодно автору, поскольку просто и доходчиво: у автора развязаны руки, возможные обвинения в примитивности языка, дурном вкусе, цинизме, антигуманизме и т.п. он перекладывает на плечи своего ни в чем не повинного рассказчика, а сам в обрамлении может отмежеваться от него и даже осудить; б) достигается дополнительная достоверность: обрамление нарочито просто, обыденно, от первого лица, – читатель как бы подготавливается к дальнейшей истории; в) «двойной взгляд» может играть провокационную роль: читатель не соглашается с мнением как рассказчика, так и автора, он как бы вовлекается в дискуссию, подталкивается к собственным размышлениям и оценкам, коли не получает в готовом виде оценку единую. В качестве примеров – такие известные рассказы, как «Счастье Мопассана», «Под палубным тентом» Лондона, «Судьба человека» Шолохова; прием это распространенный. Окольцовка применяется и с более сложными видами композиции, но уже реже. 3. Точечная (новеллистическая) композиция. Отличается тем, что какоето количество мелких подробностей и обстоятельств веером привязано к одному событию незначительного масштаба. Соблюдается триединство времени, места и действия. Характерна для бытовой прозы. Автор как бы наводит увеличительное стекло на одну точку и пристально разглядывает ее и ближайшее окружающее пространство. В «точечной» новелле нет ни развития характеров, ни изменения ситуации: это картинка из жизни. Наиболее ярко это выражено в новеллистике Шукшина и Зощенко. Вот рассказ Шукшина «Срезал». Говорится о деревне, о семье Журавлевых, о Глебе Капустине: предыстория, характеры, обстоятельства. Затем – суть; застольный разговор, когда Глеб «доказывает» кандидату наук его «необразованность». Детали, лексика, эмоциональное напряжение превращают жанровую зарисовку в принципиальное столкновение торжествующего и завистливого хамства с наивной интеллигентностью. Можно сказать, что точечная новелла – это один малый штрих из жизни, под пристальным взглядом автора принимающий масштабы и глубину художественного произведения. Таковы знаменитые короткие рассказы Хемингуэя. Через жест, взгляд, реплику единичный и внешне незначительный случай превращается в показ всего внутреннего мира героя, всей окружающей его атмосферы.

No. 1

Различие прямоточной и точечной композиции в том, что в последней «ничего не происходит». 4. Плетеная композиция. Действие в ней есть, есть и последовательность событий, но русло повествования размывается в сеть ручейков, авторская мысль то и дело возвращается к прошлому времени и забегает в будущее, перемещается в пространстве от одного героя к другому. Этим достигается пространственно-временная масштабность, вскрывается взаимосвязь различных явлений и их взаимовлияние. На ограниченном пространстве рассказа сделать это нелегко, данный прием характерен скорее для таких романистов, как Томас Вулф. Однако поздняя новеллистика Владимира Лидина – пример удачного применения композиционной «плетенки», где за нехитрыми поступками обычных людей стоит все их прошлое, весь круг интересов и симпатий, память и воображение, влияние знакомых и следы былых событий. Если каждый тип композиции вообразить в виде графикаиллюстрации, то длинная нить «плетенки» выпишет немало кружев, пока доберется до конечной цели. 5. Остросюжетная композиция. Суть ее в том, что наиболее значительное событие ставится в самый конец повествования, и от того, произойдет оно или нет, зависит жизнь или смерть героя. Как вариант – противоборство двух героев, которое разрешается в самом конце. Короче – кульминация является развязкой. В общем это коммерческий, спекулятивный ход – автор играет на природном человеческом любопытстве: «Чем все кончится?». По такой схеме строятся триллеры Чейза, на таком приеме построен самый знаменитый из романов Хейли – «Аэропорт»: взорвет злоумышленник самолет или нет? Интерес к этому заставляет читателя жадно проглатывать роман, нашпигованный массой побочных подробностей. В новеллистике такой прием ярко проявляется у Стивена Кинга. 6. Детективная композиция. Отнюдь не адекватна предыдущей. Здесь центральное событие – крупное преступление, необычайное происшествие, убийство – выносится за скобки, а все дальнейшее повествование – как бы обратный путь к тому, что уже произошло раньше. Перед автором детектива всегда стоят две задачи: во-первых, придумать преступление, во-вторых, придумать, как его раскрыть, – именно в таком порядке, никак не в обратном! Все шаги и события изначально предопределены преступлением, словно ниточки тянутся из каждого отрезка пути к единой организующей точке. Построение детектива – как бы зеркально: действие его заключается в том, что герои моделируют и воссоздают уже бывшее действие. Из коммерческих соображений авторы детективов развозят их до объемов романов, но изначально, созданный Эдгаром По и канонизированный КонанДойлем, детектив был рассказом. 7. Двухвостая композиция. Самый эффектный, пожалуй, прием в построении прозы. В литературе первой половины XIX века встречался в таком виде: какое-то описываемое событие оказывается сном, и затем произведение оканчивается совсем иным образом, чем, полагал было читатель, уже кончилось. («Гробовщик» Пушкина). Самый знаменитый образец – рассказ Бирса «Случай на мосту через Совиный ручей»: разведчика вешают, веревка обрывается, он падает в воду, спасается от стрельбы и преследований, после тяжких испытаний достигает родного дома, – но все это ему лишь казалось в последние миги жизни, «тело покачивалось под перилами моста». Построение такое сродни инквизиторской «пытке надеждой»: приговоренному предоставляют возможность бежать, но в последний миг он попадает в объятия тюремщиков, ждущих его у самого выхода на свободу. Читатель настраивается на благополучный исход, сопереживает с героем, и сильнейший контраст между счастливым концом, до которого повествование уже добралось, и трагическим, каковой оказывается в действительности, рождает огромное эмоциональное воздействие. Здесь в узловом моменте повествование раздваивается, и читателю предлагают два варианта продолжения и окончания: сначала благополучный и счастливый, затем зачеркивают его, объявляя несбывшейся мечтой, и дают второй, реальный. 8. Инверсионная композиция. Эффект ее, так же, как и предыдущей, основан на контрасте. Какое-то событие изымается из естественной хронологической цепи и помещается рядом с противоположным ему по тональности; как правило, эпизод из будущего героев переносится в настоящее, и соседство полной надежд и веселья молодости – и уставшей, многого не добившейся старости рождает щемящее ощущение быстротечности жизни, тщеты надежд, бренности бытия. В пьесе Пристли «Время и семья Конвей» в первом действии молодые люди строят планы, во втором – десять лет спустя – прозябают, в третьем, являющимся непосредственным завтрашним продолжением первого, продолжают надеяться и бороться (а зритель знает уже, что надеждам их не суждено сбыться). (Продолжение следует...)

Литературная газета

13


Типичные ошибки Часто допускаемые речевые ошибки в текстах Слово — важнейшая единица языка, самая многообразная и объемная. Оно не только называет предмет или явление, но и выполняет эмоционально- экспрессивную функцию. И, выбирая слова, мы должны обращать внимание на их значение, стилистическую окраску, употребительность, сочетаемость с другими словами. Так как нарушение хоть одного из этих критериев может привести к речевой ошибке. Основные причины речевых ошибок: непонимание значения слова; лексическая сочетаемость; употребление синонимов, омонимов, многозначных слов; многословие; лексическая неполнота высказывания; новые слова; устаревшие слова; слова иноязычного происхождения; диалектизмы; разговорные и просторечные слова; жаргонизмы; фразеологизмы; клише и штампы.

Непонимание значения слова. 1.1. Употребление слова в несвойственном ему значении. Пример: Костер все больше и больше распалялся, пылал. Ошибка заключается в неверном выборе слова: Распаляться - 1. Нагреться до очень высокой температуры, раскалиться. 2. (перен.) Прийти в сильное возбуждение, стать охваченным каким-либо сильным чувством. Разгораться - начинать сильно или хорошо, ровно гореть. 1.2. Употребление знаменательных и служебных слов без учета их семантики. Пример: Благодаря пожару, вспыхнувшему от костра, сгорел большой участок леса. В современном русском языке предлог благодаря сохраняет известную смысловую связь с глаголом благодарить и употребляется обычно лишь в тех случаях, когда говорится о причинах, вызывающих желательный результат: благодаря чьейнибудь помощи, поддержке. Ошибка возникает в связи со смысловым отвлечением предлога от исходного глагола благодарить. В этом предложении предлог благодаря следует заменить на один из следующих: из-за, в результате, вследствие.

образец своим подчиненным. Показывать можно пример, но не образец. А образцом можно быть, например, для подражания. Пример: Их сильная, закаленная в жизненных испытаниях дружба многими была замечена. Слово дружба сочетается с прилагательным крепкая - крепкая дружба. Отличать от речевой ошибки следует умышленное объединение, казалось бы, несочетаемых между собой слов: живой труп, обыкновенное чудо... В этом случае перед нами один из видов тропов - оксюморон. В сложных случаях, когда трудно определить, можно ли употребить вместе те или иные слова, необходимо пользоваться словарем сочетаемости. 3. Употребление синонимов. Синонимы обогащают язык, делают образной нашу речь. У синонимов может быть разная функционально-стилистическая окраска. Так, слова ошибка, просчет, оплошность, погрешность стилистически нейтральны, общеупотребительны; проруха, накладка - просторечные; оплошка - разговорное; ляп профессионально-жаргонное. Употребление одного из синонимов без учета его стилистической окраски может привести к речевой ошибке. Пример: Совершив оплошку, директор завода сразу же стал ее исправлять. При использовании синонимов часто не учитывается способность каждого из них в большей или меньшей степени избирательно сочетаться с другими словами. Различаясь оттенками лексического значения, синонимы могут выражать разную степень проявления признака, действия. Но, даже обозначая одно и то же, взаимозаменяясь в одних случаях, в других синонимы заменяться не могут - это ведет к речевой ошибке. Пример: Вчера мне было печально. Синоним грустно сюда вполне подходит: Вчера мне было грустно. Но в двусоставных предложениях эти синонимы взаимозаменяются. Печально я гляжу на наше поколенье....

4. Употребление омонимов. Благодаря контексту омонимы, как правило, понимаются верно. Но все же в определенных речевых ситуациях омонимы не могут быть поняты однозначно. Пример: Экипаж находится в отличном состоянии. Экипаж это повозка или команда? Само слово экипаж употреблено правильно. Но для раскрытия смысла этого слова необходимо расширить контекст. Очень часто к двусмысленности приводит употребление в речи (особенно устной) омофонов (одинаково звучащих, но по-разному 1.4. Неправильное употребление паронимов. пишущихся) и омоформ (слов, совпадающих по звучанию и Пример: Человек ведет праздничную жизнь. У меня сегодня написанию в отдельных формах). Так что, выбирая слова для какойпраздное настроение. либо фразы, мы должны обращать внимание и на контекст, который Праздный и праздничный - очень похожие слова, однокоренные. в некоторых речевых ситуациях призван раскрывать смысл слов. Но значение имеют разное: праздничный - прилагательное к праздник (праздничный ужин, праздничное настроение); праздный5. Употребление многозначных слов. не заполненный, не занятый делом, работой (праздная жизнь). Включая в свою речь многозначные слова, мы должны быть Чтобы восстановить смысл высказываний в примере, нужно очень внимательны, должны следить, понятно ли именно то поменять слова местами. значение, которое мы хотели раскрыть в этой речевой ситуации. При употреблении многозначных слов (как и при употреблении 2.Лексическая сочетаемость. омонимов) очень важен контекст. Именно благодаря контексту ясно При выборе слова следует учитывать не только значение, то или иное значение слова. И если контекст отвечает своим которое ему присуще в литературном языке, но и лексическую требованиям (законченный в смысловом отношении отрезок речи, сочетаемость. Далеко не все слова могут сочетаться друг с другом. позволяющий установить значения входящих в него слов или фраз), Границы лексической сочетаемости определяются семантикой слов, то каждое слово в предложении понятно. Но бывает и иначе. их стилистической принадлежностью, эмоциональной окраской, Пример: Он уже распелся. Непонятно: или он начал петь, грамматическими свойствами и т. д. увлекся; или, пропев некоторое время, начал петь свободно, легко. Пример: Хороший руководитель должен во всем показывать 1.3. Выбор слов-понятий с различным основанием деления (конкретная и отвлеченная лексика). Пример: Предлагаем полное излечение алкоголиков и других заболеваний. Если речь идет о заболеваниях, то слово алкоголики следовало бы заменить на алкоголизм. Алкоголик- тот, кто страдает алкоголизмом. Алкоголизм - болезненное пристрастие к употреблению спиртных напитков.

(Продолжение следует...)

14


Типичные ошибки

No. 1

Литературная газета

Примеры типичных фактических ошибок "Образом Онегина Пушкин в русской литературе открыл галерею "лишних людей": Обломов, Печорин, Базаров. Лишний человек должен обладать двумя качествами: отвергать идеалы общества и не видеть смысла своего существования". В приведенном примере Обломов и Базаров явно выпадают из предложенной цепочки.

( Уважаемый коллега! По поводу высказанного вами предположения...). Неоднозначно решается вопрос о написании прописной или строчной буквы в анкетах, где адресат - неконкретное лицо и отношение пишущего к адресату не имеет значения. По новым (изданным после 2000 г.) справочникам рекомендуется строчная буква (Где вы проживали раньше?); по изданиям предыдущих лет - прописная (Состав Вашей семьи?). Специалисты Института русского языка рекомендуют использование прописной буквы.

"Литература классицизма (Ломоносов, Державин, Фонвизин, Карамзин и др.) оказала большое влияние на творчество А. С. Грибоедова". Здесь сразу две ошибки. Первая: Фонвизин действительно "оказал большое влияние" на "Горе от ума", говорить же о влиянии Ломоносова и Державина вряд ли возможно. Проблема "двух тысяча ... го года". Как с Автор путает факты и роды художественной ней бороться… литературы. Вторая фактическая неточность заключается в том, что Карамзин - представитель С экранов телевизоров, из радиоприемников культуры сентиментализма. мы слышим с завидным постоянством "Tы меня уважаешь?" повторяемое: "В двух тысяча первом году… С двух тысяч первого года… К двух тысяча первому "Ты меня уважаешь?" Обычно в году…" Так, за редким исключением, говорят "классическом" варианте "на троих" этой фразы наши сограждане, вероятно, по инерции бывает достаточно для вежливого и перенесшие форму употребления словосочетания доверительного общения. Однако, когда мы "двухтысячный год" на годы последующие - две выходим за рамки подобного устного общения, тысячи первый (второй, третий и т. д.). перед нами встает вопрос, как обратиться к тому А между тем перед нами не количественное или иному адресату, чтобы соблюсти и "форму числительное, где согласно правилу склоняются вежливости", и грамматические нормы. все его части (например: не проехал и двух тысяч В справочных пособиях (Розенталь Д.И., одного километра, награжден двумя тысячами Теленкова М.А. Словарь трудностей русского одним рублем), а порядковое, склонение которого языка.- М.:Рольф, 2001; Лопатин В. В., Чельцова подчиняется строгим правилам и не имеет Л. К., Нечаева И. В.. Прописная или строчная?: вариантов: склоняется последняя часть составного Орфографический словарь русского языка. М.: поядкового числительного, согласующаяся с АСТ-ПРЕСС, 1999 и др.) рекомендации по поводу существительным. использования личного местоимения "вы" как Можно поздравить кого-то с формы выражения вежливости в русском языке двухтысячепятисотлетием (это таковы: существительное, и изменяется оно как существительное второго склонения), но нельзя c прописной буквы местоимение Вы (Ваш, Вам использовать форму "двух тысяча" и т. д.) употребляется: применительно к обозначению года. Итак: при обращении к одному конкретному две тысячи первый год (именительный) (физическому или юридическому) лицу в две тысячи первого года (родительный) официальных сообщениях ( Поздравляем Вас...; две тысячи первому году (дательный) Сообщаем Вам...; Прошу Вас...; Искренне Ваш... и две тысячи первый год (винительный) т. д.); две тысячи первым годом (творительный) в личных письмах к одному конкретному лицу о (в) две тысячи первом годе(у) (предложный). (факультативное написание - выбор определяет В сочетании с предлогами форма сам пишущий, выражая или не выражая вежливое или уважительное отношение к адресату), в том употребления этого числительного остается неизменной: по две тысячи первый год, с две числе и по e-mail; тысячи первого года. во всех остальных случаях используется строчное НЕ и НИ написание местоимения вы: В известном шлягере поется: "Я отправлюсь при обращении к нескольким лицам (Прошу вас, за тобой, что бы путь мне не пророчил…" Или уважаемый Сергей Петрович и Иван все-таки "ни пророчил"? Что перед нами Васильевич...; Уважаемые господа, ваше утверждение или отрицание? По сравнению с письмо...) в частной и деловой переписке; отрицательной частицей не частица ни употребляется гораздо реже, но именно с в газетных публикациях, в рекламе; различением этих частиц связано немало трудностей в русском письме. в литературных произведениях (диалог, прямая К "прозрачным" случаям употребления ни речь, личное обращение) (...Но пусть она вас относятся: ни в устойчивых выражениях- Ни больше не тревожит; \\ Я не хочу печалить вас дать ни взять; ни свет ни заря; ни днем ни ничем.) ; ночью; ни стать ни сесть; ни жив ни мертв; ни рыба ни мясо; ни то ни се (запятой не при цитировании; разделяются!). - Ни один - т.е. никто (не один - много); ни разу при обращении к пользователю на web-странице; нисколько (не раз - много раз, несколько раз). если обращение гипотетическое, то и в письме

- Ни с места! Ни шагу назад! Парное употребление ни: ни-ни (Ни хлеба, ни зрелищ народ не получил). В подобных предложениях отрицательную частицу ни можно заменить и или вовсе опустить - смысл высказывания сохранится. (И хлеба, и зрелищ народ не получил. Хлеба, зрелищ народ не получил.) К трудным случаям употребления ни можно отнести следующие: ни для усиления отрицания В предложениях, где ни используется для усиления отрицания, обычно уже имеетсяотрицание (нет, не): Нет ни копейки денег. Не дал мне ни рублика. Иногда отрицание только подразумевается: Ни копеечки в кармане. Ни копеечки не было в кармане. Существует еще двойное отрицание с не (Не мог не заметить. Нельзя не сознаться). Это двойное отрицание придает предложению смысл утверждения, а не отрицания (Не мог не заметить - заметил. Нельзя не сознаться - надо сознаться). Чтобы не сделать ошибок, подберите синонимические замены выражениям и словам, тогда многое прояснится; старайтесь не запоминать правила, а понимать их и заострите внимание на примерах, иллюстрирующих правила. Употребление ни при местоимениях и наречиях: Кто ни пройдет, след оставит (кто ни пройдет всякий пройдет). Где бы ни остановился, всюду узнают (где бы ни остановился - где угодно остановился). Какой бы дорогой ни шел, везде тупик (какой бы дорогой ни шел - любой дорогой шел). В таких предложениях местоимения и наречия с ни можно легко заменить синонимическими конструкциями. Ни употребляется с местоимениями и наречиями в тех случаях, когда нет восклицания и вопроса: - в независимых восклицательных и вопросительных предложениях (при наличии или возможности подстановки усилительных частиц только, уж) пишется не: Где он не бывал? Кто не любил его! Какие думы не передумал! - в уступительных придаточных для усиления утвердительного смысла употребляется только ни: "Я отправлюсь за тобой, что бы путь мне ни пророчил..." ("отправлюсь", невзирая на то, что "пророчит путь"). То есть, что бы там ни пелось, писать-то нужно все-таки ни.

Пернатые птицы Можно ли сказать или написать "экспонат выставки"? А "пернатые птицы"? Дублируется ли информация в словосочетаниях коллега по работе, ноябрь месяц, патриот Родины, передовой авангард? Словосочетания патриот Родины, передовой авангард, памятный сувенир, совместное сотрудничество, своя автобиография, взаимно вежливы друг к другу, пернатые птицы и многие другие представляют типичные случаи лексического плеоназма. Плеоназм (от греч. pleonasmos - избыток, чрезмерность) - употребление в речи близких по смыслу и поэтому логически излишних слов. (Продолжение следует...)

15


Литературная газета

No. 1

Немного юмора Внимание, конкурс! В первом выпуске радиопередачи "Литературная кухня" был объявлен конкурс (который перешёл в разряд бессрочных) на самый короткий рассказ. Похвально, что самой первой ласточкой был Георгий Пруслин, который прислал рассказ «Костюм на вырост». "Буду рад, если он вам "покажется", - написал он в своём письменном разрешении на публикацию текста в сети Интернет. Георгий Пруслин - член Союзов писателей и журналистов Москвы, лауреат восьми всесоюзных конкурсов юмористических рассказов, участник Первого всероссийского совещания юмористов, автор книги "59 интервью с интересными людьми". "В Москве мои рассказызы часто передавали по радио и телевидению, а вот в Германии - ни разу", - сообщил он модераторам проекта на радио Л. Пельхен и О. Венцель.

-- Бульвар Фельдмана. -- Какого Хвельдмана? Писатель сидел у себя в комнате за -- Ну, Николаевский бульвар. рабочим столом. Вдруг входит к нему критик. -- Н-но!.. Вот уж двадцать пять годов по Одессе ездию, а не знал, что - Как!- воскликнул он,- вы все еще Николая була фамелия Хвельдман. Писатель и критик

продолжаете строчить, сочинять после всего, что я написал против вас, после всех тех больших статей, фельетонов, заметок, корреспонденции, в которых я доказал как дважды два четыре, что у вас нет - да и не было никогда - никакого таланта, что вы позабыли даже родной язык, что вы всегда отличались невежеством, а теперь совсем выдохлись, устарели, превратились в тряпку!

Доктор Копич очень скромный человек. Все одесские врачи берут за визит рубль и даже два, а доктор Копич берет за визит двадцать пять копеек. Он приходит к больному и ставит своеобразный диагноз: нужно или не нужно звать врача. Если не нужно, что бывает чаще, то расход ограничивается двадцатью пятью Сочинитель спокойно обратился к критику. копейками, если же все-таки нужно, то уже и - Вы написали против меня множество рубля не жалко. Во всяком случае, многие на статей и фельетонов,- отвечал он,- это этом экономят и очень любят доктора несомненно. Но известна ли вам басня о лисе Копича. и кошке? У лисы много было хитростей, а она все-таки попалась; у кошки была только одна: В Одессе всего много. Но больше всего взлезть на дерево... и собаки ее не достали. музыки. Петь начинают с утра. Так и я: в ответ на все ваши статьи - я вывел Наш двор, например. вас целиком в одной только книге; надел на Летнее утро. Ласковое одесское вашу разумную голову шутовской колпак,- и будете вы в нем щеголять перед потомством. солнце. Воздух -- напиток. Если его пить,

закусывая дарами земли, получается

Костюм на вырост

- Перед потомством!- расхохотался неплохо. А дары сами идут к тебе. Каждый критик,- как будто ваши книги дойдут до двор по утрам -- базар. Музыкальный. Костюм на вырост ему купила мама. потомства?! Лет через сорок, много пятьдесят -- Кавуно-ов, на разрез кавуно-ов! -И вот уже несколько месяцев он прямо их никто и читать не будет. истошно орет бас.

мучается с ним. Рукава пиджака все время высовываются из пальто и цепляются за ручку портфеля. За обедом они так и норовят окунуться в суп. Да и вообще все время такое ощущение, что кто-то держит тебя за руки. А брюки! Так и кажется, что они сейчас спадут. Каждую минуту или сам наступаешь на обшлага, или это делает кто-то другой. И в поясе брюки великоваты. Стянешь их ремнем – одни складки. Горе одно с этим костюмом! Незнакомые оглядываются, знакомые смеются…. А что он может сделать, если мама купила и велела носить. На вырост. Он и носит. Хотя совершенно не уверен, что еще вырастет…. Ведь как-никак уже тридцать девять.

- Я с вами согласен,- отвечал писатель,но с меня и этого довольно. Гомер пустил на вечные времена своего Ферсита; а для вашего брата и полвека за глаза. Вы не заслуживаете даже шутовского бессмертия. Прощайте, господин... Прикажете назвать вас по имени? Едва ли это нужно... все произнесут его и без меня.

(ИванТургенев, стихотворение в прозе.) Анекдоты

качалки. Красавица, возьмите. -Почем Ваша скумбрия? -Гривенник десяток. Будем рады, если читатели газеты -Дорого. также примут участие в этом конкурсе. -Вам дорого, так снимите платье, кидайтесь у море и ловите сами –так вам Тел.: 030/54707975 будет бесплатно». E-Mail: radioberlin@gmx.de

© Larisa Pälchen, Berlin

16

Нет ничего удивительного, что я полюбил музыку с детства.

«Бабоньки, посмотрите на эту конопатую, Кажется, что в Одессе все дети она думает, что она красавица. А ну, учатся играть на скрипке. Трехлетние люди бабоньки, возьмите ее на "тю". еще не знают зависти, не то бы я -Тю-у-у! - орет весь рыбный ряд...» завидовал этим гордо шагавшим по улице с оттопыренными «Бабочки, посмотрите, какая дамочка мальчикам музыкальными ушами, которые несли в идет. Красавица. Муж должен быть с ею счастлив. Мадамочка, возьмите у меня одной руке скрипичный футляр, а в другой рыбу. Смотрите на эту скумбрийку.Это же папку с нотами.

Георгий Пруслин

Die Adresse: Bärensteinstr. 32 12685 Berlin Pälchen, Larisa

"Вишня спела, вишня зрела -Три копейки фунт. Мадамочки, спешите, Тарелочки несите. Три копейки фунт! Мадамочки, я вам, Ой, дешево отдам -Три копейки фунт!"

Человек садится на извозчика. -- Куды ехать? -- Бульвар Фельдмана. -- Куды?

Internet http://www.litbund.narod.ru

Каждый папа мечтал, что его сын станет знаменитостью. Некоторые даже и не интересовались, есть ли у их мальчиков музыкальные способности. -Зачем вы хотите учить своего сына музыке? Ведь у него нет слуха! -говорили такому папе. -А зачем ему слух? Он же не будет слушать, он будет сам играть. (Из книги Л.Утёсова «Спасибо, сердце!»)

E-Mail: litbund@list.ru

Literaturzeitung 2007 bibliothek  
Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you