Практика переноса сознания

Scroll for more

Page 1

С. В. Дмитриев ПРАКТИКА ПЕРЕНОСА СОЗНАНИЯ В ТИБЕТСКОМ БУДДИЗМЕ СОГЛАСНО САДХАНАМ РАЗЛИЧНЫХ ШКОЛ Значительную роль в формировании психотехнической традиции различных школ тибетского буддизма сыграл комплекс «шести йог Наропы». Он сложился в кагьюпинской школе пакмо, был воспринят другими последователями кагью, затем были усвоены сакьей, ньингмой и, через сакью, – школой гелуг. Лама Пакмо Дугпа классифицировал практики таким образом: 1) йога внутреннего тепла; 2) йога иллюзорного тела; 3) йога [ясного] света; 4) йога переноса сознания в высшие сферы; 5) йога переноса сознания в другое тело (форсированной проекции); 6) йога бардо. «Молодые» школы традиции кагью не получили передачи пятой йоги, и потому, для сохранения шестеричной модели, разделили второй комплекс на йогу сновидения и собственно йогу иллюзорного тела. В нашем исследовании мы хотели бы рассмотреть ряд текстов, объясняющих психотехнику, относящуюся к четвертому комплексу йог Наропы. Йогические практики переноса сознания в высшие сферы и переноса в другое тело называются «дополнительными». Они опираются на технику «исторжения сознания» (тиб. ‘pho ba, «пхова»). Она служит для осознанного переноса сознания в момент смерти в дхармакаю, самбхогакаю или создает благоприятное воплощение в нирманакае. Упоминание об «исторжении» встречается уже в «Бардо тхёдол»1, впрочем, без разъяснения. Позднейшая традиция утверждает, что единый комплекс наставлений по переносу сознания был передан Марпой своему ученику Дхарма Доде2. Перенос в высшие сферы практикуется до 1

«Прежде всего следует изучить наставления, посредством чего непременно освободятся йогины, достигшие наивысших ступеней; прочим же следует осуществить в бардо предсмертного мига исторжение сознания – практику, которая освобождает спонтанно, как только о ней подумаешь». – Карма-Линпа. Великое освобождение посредством слушания // Фримантл Ф., Трунгпа Ч. Тибетская книга мертвых. М., 2003. С. 79–80. 2 Первоначально две формы переноса сознания – в высшие сферы и в мертвое тело – считались двумя отдельными йогами Наропы. Восходя к практикам неарийских верований Северной Индии и тибетскому шаманизму, они были по-разному ассимилированы буддийской традицией. Если исторжение сознания было обосновано в свете общемахаянской идеи «чистых земель» и учения о самбхогакае, то техника перевоплощения в подходящее тело только что умершего живого существа – «вхождение в городок» (тиб. ‘grong ‘jug bka’ ‘babs) – явно контрастировала с духом и целями махаянского подвижничества, хотя и обосновывалась как «способ продлить жизнь подвижника для служения всему живому». Поэтому не случайно, что в молодых школах кагью передача этой практики не закрепилась. Тем не менее, описание, ставшее без самаи почти бесполезным, сохранилось, вплоть до позднейших текстов гелуг: «...Для всех трех [практик] – (1) особого переноса, (2) введения своего сознания в мертвое тело другого и (3) переноса сознания другого из его тела в собственное – требуется умение задержать ветры при помощи созерцания слогов в девяти отверстиях [тела], способность ввести прану в дхути благодаря очищению этих отверстий [пранаямой] кувшина [вет263


сих пор, он описан в садханах сакьи, ньингмы и гелуг, а также в текстах различных школ дзогчена. Согласно трактату Лонгчена Рабджампы, выдающегося учителя традиции ньингма, «Сердце Ясного Света переноса сознания» (тиб. ‘Pho-ba ‘od-gsal snying-po), практика пховы опирается на визуализацию: сначала йогин созерцает авандуди, центральный канал, по которому циркулирует прана. Этот канал проходит от нижней чакры до «отверстия Брахмы» – точки соединения коронарного и сагиттального швов черепа. Затем в сердце визуализируется слог «аḥ» цвета индиго (в отличие от других садхан по пхове, здесь не говорится о том, что этот слог – бинду) в окружении пяти сфер цвета (индиго соотносится с изначальным Буддой, сферы – с Пятью Татхагатами, известными нам по «Гухьясамаджа-тантре» и последующей традиции). Лонгченпа описывает переживания практикующего так: «В такое созерцание ум свой направил, тогда Ясный Свет самовозникшей Мудрости ясности и шуньи появится. Он же есть основа возникновения Самбхогакаи – Исконный Защитник, неизменный свет, нераздельные Отец и Мать Самантабхадра – такое сосредоточение сотворил» ... «В небе надо мной обитель совершенной Самбхогакаи. В ней разместились Пять Родов самосовершенной полноты богатства. В сердце их Господина – Отца и Матери Вайрочаны – стремглав пришел. Обитель же эта, все выше и выше поднимаясь в пространство невообразимого неба, где нет мыслей, в область нераздельности пришла, по ней разлившись»1.

Далее повторением мантры «аḥ» 108 раз слог поднимается из сердца и выводится наружу сквозь «отверстие Брахмы», и удерживается там. Сознание пребывает в созерцании самбхогакаи. Если исполнять пхову в течение недели – утверждает Лонгченпа – то швы черепа чуть разойдутся, и выступит капля лимфы2. Это будет свидетельством освоения практики, позволяющей в момент ров]. Также необходимо умение практикуя туммо, с помощью [созерцаемого] в пупе А-тунга, красного, [как пламя] побуждать слог HŪṂ – умственное сознание, которое несет тонкий жизненный ветер сердечной [чакры]. … [Следует найти неповреждённый труп человека и положить его на мандалу.] Визуализировав себя в образе идама и отбросив цепляние за обыденное представление о своем теле, осознай, что все явления мира является иллюзией, … соверши подношение ритуальных пирогов (балинов) учителям и стражам Учения (дхармапалам). Помолись им, чтобы они устранили препятствия. Затем в сердце – и в своем, и трупа – тоже представляемого в образе божества – визуализируй слоги HŪṂ. Затем, прильнув лицом к лицу трупа, созерцай, что твой сердечный HŪṂ вместе с выдыхаемым воздухом выходит через твою правую ноздрю и входит в труп через левую ноздрю; отождествив прочно свое сознание со [слогом] HŪṂ [в сердце трупа] сильно выдохни воздух, больше не вдыхая…». Чже Цонкапа. Последовательное руководство к глубокому пути шести учений Наропы обладающее троичной надежностью. СПб., 2004. С. 84–85. 1 Лончен Рабжампа. Сердце Ясного Света Переноса Сознания // http://www.pravidya.ru/rus/ theory/phova.html/ 2 Практика пховы дошла до наших дней. Тензин Вангьял Ринпоче, современный последователь бон, описывает в своей книге «Чудеса естественного ума» (Tenzin Vangyal Rinpoche. Wonders of the Natural Mind. The Essence of Dzogchen in the Native Bon Tradition of Tibet. New York, 1993) свой собственный опыт осуществления переноса. Когда «отверстие Брахмы» открылось, в него можно было вставить лист осоки. Несколько дней он под надзором своего учителя ходил с листом в голове. 264

смерти узнать Ясный Свет, и воплотиться в обители Самантабхадры (т. е. наивысшей из возможных «чистых земель»). Примечательно, что текст Рабджампы не дает никаких предостережений от злоупотребления практикой – это отличает его от целого ряда других садхан. Напротив, использование короткой мантры для выведения сознания является типичным приемом пховы. Единственное исключение – очень своеобразная «Великая Пхова» Дрикунг Кагью1. Она включает весьма значительные по объему тексты – призывание ламы, обращение к ламам линии передачи, медитацию Будды Амитаюса и несколько молитв об успешном перерождении в Дэвачен. Подвижник обращается к Ваджрадхаре, главе всех семейств, затем к учителям линии передачи: Тилопе, Наропе, Марпе, Гамбопе, Дордже Гьялпо, Джигтену Сумгену, Цултриму Дордже, СангьеОну, Ченнге, Дордже Дракпе, Тхокгаве и другим. Затем визуализируется Белый Ваджрасаттва в окружении цепочек мантр. Он очищает омрачения живых существ, озаряя их светом, а затем источает нектар, проникающий в тело йогина через «отверстие Брахмы». В молитве о перерождении в Дэвачен присутствует момент визуализации: Эмахо! Изумительно! Прекрасный Будда безграничного Света (Амитабха), справа от тебя Владыка Великого сострадания (Авалокитешвара), а слева – Доблестный властелин могущественных средств (Ваджрапани). Вас окружает несчетное количество будд и бодхисаттв. Вы все – в этой чистой стране удивительного неизмеримого счастья и радости, называемой «Дэвачен». Когда мне и другим настанет момент переместиться из этой жизни, пусть мы сразу, не задерживаясь на другие рождения, родимся там и увидим лик Безграничного Света.2

Есть все основания предположить, что наставления по собственно технике исторжения сознания, по мнению учителей дрикунг-кагью, должны существовать исключительно в виде устных наставлений, тогда как «Великая Пхова» призвана стать опорой в медитации и молитвенном воззвании к линии Прибежища. Поэтому мантра и техника визуализации семенного слога и каналов в традиции дрикунг-кагью нам не известны. С другой стороны, ниже мы увидим текст, который, весьма вероятно, подвергся влиянию со стороны садханы «Великой Пховы Дрикунг», где интересующий нас момент описывается. Интересен текст, относящийся к традиции дзогчен-нингтиг. Он называется «Пова Джагдзугма» и был написан Нидой Санге. Русскому читателю он может быть доступен в изложении Патрула Ринпоче, в его масштабном труде «Слова моего всеблагого учителя». Данный текст весьма обстоятельно излагает порядок пховы, ее типы, структуру визуализации и надлежащие молитвословия. Однако, в отличие от «Великой Пховы Дрикунг», основной акцент здесь делается не на призвании благословений со стороны линии преемственности, а на детальной визуализации. Патрул Ринпоче отмечает, что перенос собственного сознания по качеству практики может быть отнесен к четырем типам: наивысшему – переносу «в дхармакаю благодаря печати воззрения», среднему – 1 Великая Пхова Дрикунг // Сборник тибетских практик. Ритуальные тексты Дрикунг Кагью. Ч. I. М.: Белые альвы, 2006. 2 Там же. С. 381.

265


переносу «в самбхогакаю благодаря единству стадий зарождения и завершения», низшему – переносу «в нирманакаю благодаря безмерному состраданию», а также обыкновенному – с использованием «трех образов»1. Этими образами являются срединный канал, бинду и страна Сукхавати. Сам же йогин визуализирует себя в качестве Ваджрайогини – полупрозрачной алой девы с тремя очами и мирноярым ликом. Ваджрайогини играет на барабанчике-дамару и сжимает нож, отсекающий корень трех ядов. В центре ее тела визуализируется лазурный канал, четыре качества которого – цвет индиго, тонкая оболочка, яркое свечение и прямота – символизируют реальность дхармакаи, незначительность омрачений, свободу от тьмы неведения и несгибаемость по отношению к ложным путям. Канал раскрывается в отверстие Брахмы, а снизу он закрыт на уровне второй чакры. Бинду визуализируется как красный «hriḥ» в сердце. Над головой подвижника предстает Будда Амитабха, в сопровождении Ваджрапани и Авалокитешвары, со всем семейством просветленных. К ним обращаются с молитвой, культивируя преданность, от которой, по мнению школы, зависит успех практики: «Почтительно приветствую Будду Амитабху, / Молюсь Лотосорожденному из Уддияны. / О милостивый коренной учитель, поддерживай меня своим состраданием! / О коренные учителя и учителя линии передачи, направляйте меня на пути! / Ниспошлите благословения, дабы я смог освоить глубокий путь повы. / Ниспошлите благословения, дабы этот быстрый путь повы привел меня в небесную обитель [будды]. / Ниспошлите благословения, дабы я и другие, как только закончится наша жизнь, / Родились в Обители Великого Блаженства»2.

Для перемещения ригпа используется мантра «hriḥ hriḥ hriḥ hriḥ hriḥ», для выведения – «kha». Выходящий слог-ригпа сливается с сердцем Амитабхи и нисходит в тело, преображая йогина в Будду Амитаюса. Для защиты от возможного вреда здоровью последователи дзогчен нингтиг используют мантру «Oṃ amarani jivanti ye svaha», считая подобную защиту достаточной. Налицо ряд общих моментов в визуализации последователей дзогчен-нингтиг и дрикунг-кагью, в особенности присутствие образов Амитабхи, Авалокитешвары и Ваджрапани. При этом сопровождающие практику тексты молитвенных обращений весьма отличаются. Исчезнувшая ныне эзотерическая ньингмапинская традиция паюл опирается на текст «Глубокая Дхарма естественного освобождения с помощью созерцания мирных и гневных – наставления стадии завершения по шести бардо», ставший теперь общедоступным. Согласно этому трактату, основная практика включает в себя шесть комплексов «естественного освобождения»: основу, заблуждение, ригпа, память о практике переноса, видение и рождение. Каждая область соответствует тому или иному промежуточному состоянию потока сознания – бардо, в целом же система пересекается с комплексом «шести йог Наропы». 1 Патрул Ринпоче. Слова моего всеблагого учителя. Устные наставления по предварительным практикам учения Дзогчен лонгчен нингтиг. СПб., 2004. С. 469–470. 2 Нида Санге. Пова Джагдзугма // Патрул Ринпоче. Слова моего всеблагого учителя С. 487.

266

Освобождение памяти о практике переноса соотносится с бардо предсмертного мига и, соответственно, с йогой переноса. В паюл садхана, посвященная пхове, особо отмечает необходимость блокировки всех отверстий тела посредством визуализации темно-синих слогов «huṃ». Переносимое по золотому центральному каналу сквозь макушку в Тело Будды бинду визуализируется в свадхиштхана-чакре и перемещается мантрой «hik-kha». Паюлпа считают интенсивное выполнение пховы недопустимым для здоровых людей. Также практика будет иметь свои особенности в зависимости от того, в какую область совершается перенос: для переноса в дхармакаю следует полностью отречься от привязанностей и сосредоточится на Пустоте-Свете; перенос в самбхогакаю включает созерцание йидама; перенос в нирманакаю предполагает визуализацию «источника дхарм». Таким образом, сам принцип классификации пховы по уровням присутствует в нескольких традициях, однако число типов и принцип их разграничения не совпадают. Практики завершения в Гелуг также организованы по шестеричной схеме. Гелугпинская садхана по пхове, по-видимому, представляет собой синтетическую технику, созданную по материалам наставлений разных школ. Особое внимание уделяется предварительному «созерцанию кувшина ветров» – втягиванию пран, обыкновенно рассеивающихся из органов восприятия – это напоминающее элементы наставлений паюлпа по созерцанию дхарматы. Визуализация слогов строится по модели линии Нгопы: «Визуализируя себя в образе божества, и созерцая сжатые ветры в [центре] тайного места или пупа, представь в пупочной [чакре] красную А, в сердечной – темносиний HŪṂ и в отверстии Брахмы – белый KṢĀ . Потом, поднимая сильно нижний ветер, созерцай, что он толкает вверх «пупочную» букву А; она толкает поднявшись [слог] HŪṂ, который тоже поднимается и толкает KṢĀ. Когда [этот слог] выпадает наружу (phyuir dbab), опять представь в сердце HŪṂ, а в пупочной [чакре] – А… Так наставляют [тибетские Учители]. При этом некоторые советуют представлять, что [буква] А [поднявшись] растворяется в [слоге] HŪṂ, но вышеописанный способ более удобен. Так упражняйся неустанно, пока не появятся такие признаки, как зуд и пульсация в макушке»1.

Выведение осуществляется мантрой «аḥ hik» – по садхане Чатухпитхи. Защитой от возможного вреда здоровью становится уже сама визуализация «кувшина ветров». Возможно, внимание к этому аспекту практики обусловлено внутренней логикой традиции махамудры – в «Словах моего всеблагого учителя» приводятся следующие строки: «Есть девять врат сансары. / И одни врата махамудры. / Закрой девять врат и открой одни – / Не сомневайся, что это врата освобождения»2.

Теперь можно выделить ряд общих моментов относительно практики переноса для вышеупомянутых школ. 1 2

Чже Цонкапа. Последовательное руководство… С. 82. Патрул Ринпоче. Слова моего всеблагого учителя. С. 476. 267


1) Представление о выводе сознания из «отверстия Брахмы» посредством проведения визуализированного тигле по центральному каналу, сопровождаемому чтением мантры. При этом и мантра, и тигле могут быть различными: мантра «аḥ» и индиговый слог «аḥ» в «Cердце Ясного Света»; мантра «hriḥ» и красный слог «hriḥ» в «Словах моего всеблагого учителя»; мантра «hik-kha» и бесформенное бинду в «Глубокой Дхарме естественного освобождения»; три слога (что примечательно – безо всякой мантры) в традиции Нгопы. Световая и звуковая символика садхан в большинстве случаев может быть прочитана: так, красный цвет соответствует Татхагате Амитабхе и его манифестациям – семейству Падма – то есть именно тому Татхагате, образ которого является центральным в визуализации, содержащей данный слог. Кроме того, слог «hriḥ» ассоциируется с сердцем и бодхисатвой Авалокитешварой, который также является эманацией Амитабхи. Индиговый цвет, понимаемый как небесный, символизирует изначального Будду. В одной из садхан этим цветом сияет слог-бинду, в другой – центральный канал. 2) Практика пховы в большинстве случаев осмысляется как опасная. Наиболее «строгим» в этом смысле является предупреждение «Глубокой Дхармы естественного освобождения», не рекомендующей прибегать к технике пховы без необходимости. Два других текста – «Слова моего всеблагого учителя» и «Последовательное руководство к глубокому пути» предлагают средства к тому, чтобы обезопасить практику – соответственно, чтение мантры и «созерцание кувшина ветров». Однако стоит отметить и то, что существуют садханы пховы, где о подобной защите ничего не говорится: пример – «Сердце Ясного Света». 3) Сопровождающие визуализацию каналов и бинду молитвословия весьма разнообразны. Судя по тому материалу, который имеется в «Словах моего всеблагого учителя» конкретные молитвы не образуют неразрывного комплекса с собственно практикой переноса, а, напротив, заимствуются из одной линии передачи в другую, создавая своеобразное «обрамление» для центральной психотехники. Исключением следует признать «Великую Пхову Дрикунг», центральным моментом которой следует считать именно момент обращения к учителям данной традиции. Социальная роль данного текста была осознана и самими тибетцами: «Пхова Дрикунг стала настолько сильна, что в Тибете стало традицией проводить церемонию … каждые двенадцать лет в Дро-нго Сум-до в провинции Дрикунг … Слава об этой Пхове столь велика, поскольку тысячи практикующих получают знаки Пховы еще во время “Лунга1”». 4) Визуализация будд, осуществляемая в практике пховы, вписывается в общеваджраянский контекст и соответствует общим принципам тантрической визуализации. Данное исследование не претендует на то, чтобы охватить все многообразие текстов, посвященных практике переноса сознания. Наша задача заключается в другом – привлечь внимание к интереснейшему феномену религиозного опыта и психопрактической культуры, которым является пхова, отметить, где 1

это возможно, специфическое и общее в конкретных садханах, выделить некоторые семиотические ключи, связывающие данный феномен со всем символическим пространством буддизма ваджраяны. По существу, феномен пховы все еще остается малоисследованной областью буддийской психопрактики.

Великая Пхова Дрикунг. С. 341. 268

269