Page 1

VOLUME PHOTO MAGAZINE

No4


ФОТОГРАФИЯ КАК СПОСОБ ВИЗУАЛИЗАЦИИ ГЛОБАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ СОВРЕМЕННОСТИ.

Автор: Федотова Вера

Перегруженность современного общества проблемами социального характера и поиск путей решения глобальных проблем привели к необходимости рассказать людям об элементарных, казалось бы, всем понятных вещах. Необходимо не только рассказать, но и показать многое из того, чему не удиляется должного внимания. Поэтов и писателей невсегда вдохновляли и вдохновляют романтические чувства и природа, но и революции, катастрофы и войны. В своём эссе я хочу вернуться именно к фотографии. Фотография, в отличие от живописи, современный и «честный» способ запечатления реальности, она несет в себе силу факта. Фотограф обладает уникальной возможностью показать людям свое видение окружающего мира. И именно он выбирает, как и какой мир показывать: глянцевый мир красивых и счастливых людей или другой, проблемный мир. Мир, в котором вырубаются леса, загрязняются воды, воздух. Мир, в котором голодают и умирают дети и женщины, где есть место войнам и насилию. Мир, о котором рассказывают социальные рекламы и проекты современных фотохудожников. Хорошим примером может послужить Ли Джеффрис с проектом “Черно-белые портреты”[1]. Ли начинал свою карьеру как спортивный фотограф, но встреча с бездомной девушкой перевернула его взгляды в том числе и на профессиональную деятельность. Посредством своих фотографий, он показал глаза, которыми смотрят голодающие, не имеющие крыши над головой люди. Он приблизился к этому

миру, насколько это было возможно, общаясь со своими моделями на равных. Мы не знаем, помог он несчастным каким-то образом или нет, но мир узнал о них. В Интернете можно посмотреть огромное количество фотографий бездомных. Например, жители Лос-Анджелеса, которые были запечетлены во время пересчета лиц, числившихся как “человек без определенного места жительства”[2]. Подобные фотографии координально отличаются от фотографии Ли Джеффриса тем, что бездомные сфотографированы на улицах, в подвалах, в подземных переходах. Мы видим, как они встраиваются в городское пространство, но это уже не портреты, и не видя лиц, мы не индентифицируем их как отдельных личностей. Если перейти к военной тематике, то необходимо упомянуть военного фотографа с семилетним стажем, одного из самых лучших военных фотографов мира – Джейсона Хоува. Однажды он решил изменить всю свою жизнь: бросил работу в магазине фототехники и отправился «на войну». Освещал конфликты в Латинской Америке, Ливане, Афганистане. Сейчас работает на Ближнем и Дальнем Востоке и в Азии. Но между Ли Джеффрисом и деятельностью NG, Джейсона Хоува и многих других фотожурналистов есть одно значительное различие: для первого бездомные, голодающие люди послужили источником вдохновения, а для Джейсона Хоува - это просто род профессиональной деятельности. Хоув делал общие репортажи путешественника, потом же он просто сузил деятельность, решил заняться чем-то


более «экстремальным». Для него военная фотография – это своего рода экстремальный вид спорта. А вот для Криса Хондорса увлечение военной фотографией оказалось в буквальном смысле смертельным. Знаменитый военный фотограф погиб 21 апреля 2011 года от ранения в Ливии. Он стал третьим фотожурналистом, погибшим там с момента начала гражданской войны. Его самый знаменитый снимок – это Йозеф Дуо, либерийский командир милиции, запечатлённый после выстрела из гранатомета по повстанцам Монровии. Он изображен в прыжке с ликующим выражением на лице. Но все они сделали одно и то же: показали нам реальность с максимальной обьективностью. Постарались вызвать у зрителей какие-либо эмоции, мысли, побудить на действия. Это является задачей и многих других социальных проектов и реклам. Все социальные рекламы направлены на изменение модели поведения общества, а их эффективность напрямую зависит от смелости и неординарности автора. Чтобы привлечь внимание современного общества, необходимо подходить к рекламе креативно. Например, рекламы Всемирного фонда дикой природы, Гринпис, Всемирной организации здравоохранения и т.д. - все они, безусловно, так или иначе влияют на наше сознание. И далеко не на последнем месте находится роль фотографии, которая говорит правду, говорит тише, но вкрадчивее любых слов. [3] Огромную роль играют средства массовой информации. Непосредственно благодаря им широкая аудитория может видеть такие снимки. В Интернете в свободном доступе находится безграничный фотоархив, который пополняется каждую секунду. Но есть и вторая сторона медали- потеря остроты восприятия. Огромное количество медийных продуктов создает нескончаемый поток информации. И уже очень сложно вызвать эмоции, открыть что-то новое человеку, просмотревшему десятки видео и не одну сотню фотографий. Какое-либо влияние на человека ослабевает. Самым обыденным примером являются рекламы против курения и алкоголя, слова на пачках сигарет и на упаковках спиртных напитков, предупре-

ждающие о вреде этих продуктов. Все знают, что там написано, но ни у кого это не вызывает никаких эмоций. Но при этом огромное количество видеороликов и фотографий на эту тему, которые можно назвать “рекламой не для слабонервных”. Так появляются и запрещенные рекламы, доступ к которым, при большом желании, может получить любой находчивый пользователь интернета. [4] Наше сознание устойчиво по отношению почти ко всему. И, чтобы пробиться через эту стену, иногда лучше утрировать или показывать самое страшное таким, как есть, чем недоговаривать. Запрещать должны аморальные и не несущие никакого смысла рекламы. Так , время от времени, министерство здравоохранения запрещает рекламы алкогольных напитков, табачных изделий или вредных для здоровья продуктов питания. Все рекламы и социальные проекты можно разделить на две категории: в помощь другим и в помощь нам. Одни из них действительно побуждают нас помочь кому-то, другие побуждают нас спасти самих себя, часто – от себя же. Несмотря на то, что человек, по своей сути, больше эгоист, чем альтруист, общество гораздо острее реагирует на проблемы других, нежели на свои. Активно сдает кровь, выделяет средства на благотворительность, подаёт милостыню бездомным, спасает животных и борется за жизни тяжелобольных детей. Создается впечатление, что сделать все это гораздо проще, чем бросить курить, пристегнуть ремень безопасности или не садиться за руль в нетрезвом виде. В настоящее время люди намного острее реагируют на небольшие рекламы в метро о просьбе донорства, чем на билборды о вреде курения. Все видят фотографии с почерневшими легкими, но не все - связь между больными детьми и курящими родителями. Задача создателей социальных реклам - показать четкую связь между действиями человека и результатом, а не показывать все по отдельности. Важна последовательность, чтобы каждый видел не только свою проблему, которую он вправе и не решать, а то, что будет дальше, если не начать с себя. От того, как визуализируется конкретная проблема зависит решение зрителя. А именно: реагировать или нет. В рекламе фотография перестает быть


искусством ради искусства, это больше не просто красивая картинка, а изображение, при использовании которого учитывается множество психологических факторов. Учитывается то, на какую аудиторию она рассчитана. То, запрещает она или пропагандирует. Но в любом случае, фотография в социальной рекламе не должна говорить все напрямую, всегда должна оставаться недосказанность, побуждающая людей на мыслительный процесс. И это именно то, что служит нитью между картинкой и сознанием людей. Одним из ярких примеров рекламных фотографов является Оливьеро Тоскани [5]. За 18 лет работы в Доме моды Benetton он не побоялся коснуться ряда глобальных проблем, он «говорил» своими фотографиями о СПИДе, расовой дискриминации и наркотиках. Его работы шокировали, но ведь именно это и эффективно. Вызывать эмоции - вот одна из главных задач любой фотографии. И у Тоскани это прекрасно получилось, особенно его одна из последних известных работ, фотография Изабель Каро. Тоскани фотографировал девушку, вес которой на тот момент составлял 28 килограмм, для фотосессии под названием «Нет анорек-

сии». Также его работы под слоганом ‘United Colors of Benetton’ бесспорно достойны нашего внимания. Вокруг работ Тоскани были споры и недопонимания. Он заставлял мыслить и переосмысливать. Он говорил своими работами: мы все одинаковые и цвет кожи не имеет значения. Об этом и «рассказывает» нам одна из его фотографий, на которой изображены три человеческих сердца, которые, по сути, ничем не отличаются. На сердцах подписи «белый», «черный», «желтый». Наглядный пример того, что мы все – люди, которые должны иметь равные права и возможности. Некоторые рекламы Тоскани можно отнести к тому, что называют shockvertising. Shockvertising – это шокирующая реклама. Эта разновидность рекламы очень популярна в Европе. Привлекая общественное внимание, шокирующая реклама ушла в социальную область, где и оправдывает себя на все 100 процентов. Шокирующая реклама не создается для продажи какого-либо продукта. Рекламная кампания сумок Eastpak была не единственной из тех, которую запретили еще до размещения в прессе, из-за сильного эмоционального


содержания.[6] Продать продукт, рекламируемый таким образом, трудно. А вот донести какую-либо мысль с билборда – это и есть основная задача подобных реклам. Отношения к шокирующим публику рекламам - разные, у каждого своего мнение и свой взгляд на это. Я считаю, что показывать все, как оно есть, как бы это страшно не выглядело - это один из самых эффективных и, как кажется, простых способов достучаться до людей. Фотография не должна подвергать риску психическое состояние зрителя, но она просто обязана вызвать у него какую-либо реакцию. Смотря на фотографию мы видим то, что на ней изображено, и , возможно, видим совсем не то, что хотел показать нам автор. Умение правильно донести аудитории свою идею - это необходимое умение для любого фотографа. Но есть фотографии, которые говорят сами за себя. Там ничего не придумаешь, их невозможно «не понять» или понять неправильно. Фотография играет огромную роль в

визуализации войн и катастроф. Никакие цифры, в которых исчисляются погибшие и пострадавшие , не зацепят так, как изображения поля боя. Ни один солдат не сможет так рассказать на словах все то страшное, что он пережил. Все, что видели его глаза. Никакие диаграммы и измерения силы вулканов, наводнений и пожаров не передают, как это на самом деле, каково находится там, какие потери последовали за катастрофой. Ни один журналист не сможет выразить словами все то, что он видит на месте происшествия. Фотографии опустевших домов и городов говорят за него. Рассказывают как повлияла невидимая радиация на тысячи людей, на новые поколения. Фотографии, на которых изображены мутирующие дети и все то, что мы не увидим выйдя из дома, но то, что несмотря на наше незнание, существует. Фотография сегодняшней ситуации может рассказать нам и о будущем, стоит только подумать, порассуждать, попробовать сделать какие-то прогнозы самостоятельно. Все упомянутые мною фотографы визуализировали, посредством фотографии,


современные глобальные проблемы, рискуя своей жизнью и репутацией. Они делали и делают свое дело по разным причинам. Для кого-то это просто работа, для кого-то это то, что вдохновляет, это их творчество. Кто-то ездит в экзотические страны с целью привезти и показать нам красивые горизонты, радующие глаз, а кто-то показывает миру людей, умирающих от нищеты и болезней, не существующих уже в цивилизованном мире. Рассказывает, как люди спасаются от жары и засухи, как выглядят дома после страшных происшествий. Такие фотографы, которые не боятся показать миру то, о чем нам не хочется думать, ведь у нас все хорошо и мы, как кажется, не рискуем оказаться на месте этих страшных происшествий и бедствий, действительно делают гораздо больше, чем просто показывают нам что все эти ужасы действительно имеют место в нашей современности. Они нам показывают то, о чем мы постоянно слышим. Как говорят англичане: «A picture paints a thousand words» (картинка стоит тысячи слов). И с этим невозможно спорить. Человеку нужно видеть, чтобы не только знать, но и верить в свои знания. Нужны факты, доказательства. Общество нуждается в визуальных продуктах, посредством которых оно начинает видеть то, что на самом деле видно «невооруженным взглядом». Люди нуждается в том, что заставит думать. Общество нуждается в фотографии. Источники: 1. http://photar.ru/cherno-belye-portretybezdomnyx-ot-li-dzhefris/ 2. http://bigpicture.ru/?p=118558 3. http://smashingtips.com/35-creative-adsthat-makes-you-look-twice 4.http://www.adme.ru/tvorchestvo-reklama/ v-metro-poyavilas-shokiruyuschaya-reklamaprotiv-kureniya-154005/ 5. http://www.adme.ru/tvorchestvofotografy/portfolio-genialnogo-oliverotoskani-449355/ 6. http://www.adme.ru/tvorchestvo-reklama/ luchshaya-pechatnaya-reklama-evropy128605/#image1239355


ФОТОПРОЕКТ «ДЕФОРМАЦИЯ ЛИЧНОСТИ». Автор: Ольга Апиненко

Для работы над проектом я использовала технику, которая мне наиболее близка – коллаж. На мой взгляд, именно коллаж способен передать смыслы, которые ежедневно конструируются в СМИ. Болезненная деформация и наложение кадров раскрывает свойства современной культуры – производить монстров. Мои работы отражают существование личности сегодня, под властью моды, технологий, рекламы и всего того, что якобы расширяет границы, дает нам свободу и выбор. Но, на самом деле, превращает человека в добровольного раба, чье «я» стремительно сливается с искаженными  ценностями, которые он сам начинает производить. В фотопроекте «Деформация личности» задействованы снимки сделанные на  iPhone. Я фотографировала себя и своих друзей. После чего распечатала их на черно-белом принтере, и совместила с вырезками из журналов. Некоторые из них я дополнила мазками черной акриловой  краски. Таким образом, мне удалось соединить плоское изображение реального человека, лишенное ярких красок, вытертое и размытое с совершенными снимками и произведениями искусства (Энди Уорхол «200 однодолларовых купюр», Рой Лихтенштейн «Drowning Girl»). Обилие selfie в качестве материала для работ и iPhone как способ документации, отлично передают новые способы автобиографической памяти, навязанные технологиями.


Основная тема, которую я затронула, это одиночество и депрессия современного человека. Все то, что скрывается под красивыми фотографиями в глянцевых журналах и социальных сетях. Грусть, которая сквозит через совершенные улыбки красавиц и новые дизайнерские платья. Страх перед смертью и попытка сделать свою жизнь идеальной. Искажение человеческих желаний под воздействием невидимой власти капитализма.


ЭСТЕТИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМАТИКА СОЦИАЛЬНОЙ ФОТОГРАФИИ. Автор: Федотова Вера

Одной из возможных функций фотографии является документальность. Так, например, «прямая фотография» иллюстрирует реальность объективно, никак не видоизменяя ее. С течением времени у фотографии появляется иной облик, а, следовательно, и видоизменяется облик запечатленной реальности. Так с появление направления пиктореализм, фотография становится живописной, а также, и символичной. И в связи с тем, что фотография теперь способна к преображению действительности, возникает вопрос: какие темы (либо обьекты) и каким образом могут или не могут изображаться с помощью фотографии? Автор книги «Когда мы смотрим на боль других» Сьюзен Зонтаг пишет как раз о том, что фотография, при условии, что она показывает нечто негативное, как, например, страдания и бедствия, не должна выглядеть эстетичной и иметь много общего с произведением искусства, иначе такое произведение фотографического искусства подвергается строгой критике. Теперь при создании такого «двустороннего» объекта как фотография, несущего в себе как функцию документа, так и функцию произведения искусства, фотографу необходимо контролировать «эстетичность» снимка: либо в сторону «документальности», так и в сторону «произведения искусства». Такова эстетика шатка. С течением времени меняется восприятие изображенных событий, а также меняется отношение к самому снимку. «Время возводит большинство фотографий, даже самых любительски неумелых, на уровень искусства»[2,c.1]- утверждает Сьюзен Зонтаг. Сегодня, чтобы побудить человека к действию, средства массовой информации демонстрируют шокирующие материалы.

Но непрекращающаяся и только усиливающаяся демонстрация какого-либо насилия вызывает сильный шок только изначально. Вероятнее всего, что острота восприятия и эмоциональность реакции уменьшается за счет приспосабливания или же привыкания к ежедневно поступающей шокирующей информации. И как результат, повторная демонстрация ужаса не вызывает эмоций, сравнимых с первичным шоковым состоянием. Более того, они больше не вызывают в зрителе сострадания или сочувствия, а ставят такие изображения в один ряд с фотографиями спортивных либо политических событий. В статье «Немного ужаса к утреннему кофе. Репортажная фотография в поисках правды и «драматического эффекта»»[3] Светлана Полещук пишет о том, как нечто «драматическое» или же «ужасное» может выглядеть прекрасно и , как пишет автор, являться «красотой ужаса». Как и в книге Сьюзен Зонтаг, в данной статье рассматривается диссонанс «красивых» и эстетичных фотографий, показывающих миру сцены и жертв насилия, с самой темой. Так, например, афганская девушка Биби Айша, известная миру ее фотографией с обложки журнала «Тайм», была изображена на снимке не так, как в большинстве случаев изображают жертв физического насилия в СМИ. А это был классический студийный портрет, на котором изображена изуродованная, но красивая девушка. Красота и ужас фотографии вызывает противоречивые чувства, но, тем не менее, привлекает внимание общественности не только к судьбе Биби Айши, но и ктеме бытового насилия в Афганистане. И необходимо отметить, что публикация этой фотографии позволила собрать средства не только на переезд Биби в США и пластическую операцию.


Примечательно, что вышеописанный снимок является лучшей фотографией 2010 года по решению жюри World Press Photo (http://www.worldpressphoto.org/). Это говорит о изменении фотожурналистики в целом. В такой ситуации главную цель фотожурналиста можно сформулировать как: не показать правду такой, какая она есть, а показать миру свое видение проблемы. А это чревато тем, что авторский подход в фотожурналистике «затмит» рассказ непосредственно о событии. Объективность и драматичность «Новостной фотографии» Cегодня визуальный образ находится в самом центре массовой коммуникации, так как у зрителю сформировалась необходимость видеть документальное подтверждение любого произошедшего события. Так приоритет образа повлиял на содержание печатных изданий, и визуальный образ становится ключевым элементом новостной коммуникации. Особенно широкое распространение фотография получила в Интернет СМИ, и теперь такое направление журналистики, как фотожурналистика имеет немалое влияние на сознание общества. Словосочетание «новостная фотография» описыается как: «это жанр, в котором зритель оказывается как будто в самой гуще событий»[4, с.511]. В данном жанре всегда доминировала идея достоверности и объективности, когда фотография является именно доказательством того, что событие действительно имело место быть и показывает, каким образом оно протекало. Так фотография становится не чем иным, как документом, который подтверждает, что написанное, например, в статье - правда. В контексте печатных изданий фотография также несет в себе вспомогательную функцию, как ыизуализация проблемы (пример с портретом афганской девушки Биби Айша ). Такие драматические фотографии будут потрясать зрителя автономно, но нельзя недооценивать важность того визуального контекста, в котором они присутствуют.  Таким образом, фотографии- это прямое обращение к читателю, которое в полной мере иллюстрирут текстовый материал. Новостные фотографии обязаны быть аутентичными, так как фотожурналист исполняет роль не вовлеченного в события наблюдателя, который беспристрастно

документирует происходящее. И не важно, в каком именно смысловом полюсе была размещена фотография, ведь ее роль - это фиксация образов окружающего мира. А все остальное - это уже работа фотографа как ретушера или фотографа как вовлеченного наблюдателя, тогда уже фотография перестает быть объективной и наполняется авторским взглядом на то или иное событие. Необходимо также отметить и иной жанр пресс фотографии, как «обьективный репортаж». Такой стиль съемки представляет собой фотографичекое наблюдение, о котором не подозревает фотографируемый объект и , тем самым, ведет себя естественно. Но , при этом, фотограф не должен быть ни коем образом вовлеченным в то, что происходит перед камерой. Обратной стороной создания таких фотографий , когда фотограф «сконструировал» ситуацию, является ситуация с фотографом издания «Picture Post» Бертом Харди. На фотографии изображен американский солдат, делящийся водой с умирающим крестьянином, во время корейской войны. Фотограф признался, что это он попросил солдата дать воду нуждающемуся для удачного кадра, солдат согласился, при условии, что вода будет из фляги фотографа. Так была рождена весьма известная военная фотография. Мы живем в эпоху цифровых технологий, что позволяет ставить под сомнение точность передачи смыслов и объективность фотожурналистики, ведь фотография может нести в себе культурное, политическое, а также и историческое значение. Источники: 1.Зонтаг, С. Когда мы смотрим на боль других. [online]. [просмотрено 10 ноября 2013; 20:00]. Доступ через Интернет: http://www.index.org.ru/journal/22/ zontag22.html 2. Сонтаг, С. О фотографии/ Пер. Викт. Голышева. М.: Ад Маргинем Пресс, 2013. — 272 с. ISBN 978-5-91103-136-7 3. Полещук, C. Немного ужаса к утреннему кофе. [online]. [просмотрено 10 ноября 2013; 21:30]. Доступ через Интернет: http://www.photographer.ru/events/ review/5243.htm


ФОТОПРОЕКТ «ВОТ ВАШ ДОКУМЕНТ». Автор: Мишина Алина

В Эстонии не так давно легализовали однополое партнёрство и это заставляет задуматься геев и лесбиянок в Литве, Латвии, Беларуси, России «Какую бумажку я должен принести «наверх», чтобы они наконец признали, что моя любовь есть, что мои отношения существуют?» Я делаю серию фотографий под названием «Вот ваш документ» для университетского курса. Я сканирую поцелуй двух парней или двух девушек: размытые черты лица, сплющенные щёки, но счастливые и целующиеся- это как попытка засунуть свои отношения в такую форму, чтобы их увидела холодная машина бюрократии, сделать из своих отношений документ. Имена людей на фотографии не указаны и фотографии не будут использоваться как настоящие документы. На каждую фотографию уходило минимум 40 минут. Сперва люди привыкали к тому, где они находятся, привыкали друг к другу в этом месте, привыкали ко мне. Потом они ложились на сканер и привыкали к тому, что они просто лежат на сканере. И только потом они начинали целоваться на сканере. Где-то только с 15-ой попытки сканирования люди привыкали к такому поцелую на сканере и на фотографиях начинали проявляться особенности их характера или их отношений. Например, на одной фотографии у девушки, которая была капризна, получился интересный изгиб угла улыбки. Или, другой пример, при сканировании одной пары девушка, которая доминировала в отношениях, постоянно смещала с кадра свою партнершу. Поиск людей тоже стал отличительным. Сперва я пыталась найти через объявление на тематических сайтах. Я писала в литовские LGL (Lithuanian gay league) и gaylines.lt и в белорусские MakeOut и

гей-беларусь. И только одна пара нашла через LGL, всех остальных я находила через личные знакомства. Это стало ещё одним показателем особенности ЛГБТ коммуны в Беларуси и Литве. Проект был невероятным опытом, потому что сперва я старалась сперва раствориться и быть незаметной для пары. И когда меня действительно становилось не видно, я как будто невидимо входила в отношения и эмоции между двумя людьми. И тогда я начинала всматриваться через стекло сканера и искать в них, пытаться вытянуть из глубины между ними на поверхность сканера то, что не видно сразу, не видно другим, что существует только между двумя. После каждой съемки люди, которых я фотографировала, не могли быть больше просто знакомыми мне. Я чувствовала, как сильно погрузилась в них и полюбила красоту каждого из них вместе с недостатками. У меня получилось 5 фотографий женских пар и две фотографии мужских. Для полного проекта мне не хватает ещё три фотографии мужских пар и я буду продолжать сканировать эти недостающие работы и после завершение нашего курса.


ПИНХОЛ: ПРИКЛЮЧЕНИЕ ПО ТУ СТОРОНУ РЕАЛЬНОСТИ. РАЗГОВОР О ПИНХОЛЕ С МИНСКИМ ФОТОГРАФОМ, АЛЕКСЕЕМ ИЛЬИНЫМ Автор: Евгений Нарушевич Алексей Bertran Ильин: фотограф, преподаватель общей теории фотографии (техника и технология) на курсах при Белорусском союзе дизайнеров, положил начало консолидации пинхолистов Беларуси, создал в Минске арт-проект «Экватор» ). Однажды на просторах Всемирной сети, я обнаружил занимательные снимки, которые поражали своей необычностью и художественной свободой. Так я впервые столкнулся с пинхол-фотографией. Я решил разобраться и, заглянув в историю, обнаружил, что пинхол-камера зародившись задолго до всех фотоаппаратов, являла плоды своего творчества еще в глубокой древности. А потом, пройдя путь от камеры-обскура Кеплера до специальной камеры для фотографирования, обрела популярность в 90-х годах 19 века. Пинхол-фотографию знали и в США, и в Европе, и в Японии, выпускались даже специальные наборы для съемки и печатания фотографий, издавалась справочная литература, создавались общества. Однако массовое производство линзовых камер вскоре отодвинуло пинхолы на задний план. Но в 60-х годах прошлого столетия произошла реинкарнация, а вернее реализация этой идеи, и во многом благодаря появлению светочувствительной пленки. С того времени и по сей день пинхол объединяет профессионалов и любителей во всем мире, которые обращаются

к безлинзовым камерам в поисках тайны и мистики первых фотографий начала прошлого века. У меня возник интерес, а есть ли у нас в Беларуси фотографы, практикующие это направление. Благодаря социальным сетям я познакомился с Алексеем Ильиным. И вот удача -- попал на фотопрактикум, на котором по стечению обстоятельств у одного из участников оказался пинхол-фотоаппарат. Вообще по теме пинхола любители этого направления собираются по средам в кафе в кинотеатре Центральный в Минске, делятся опытом и обсуждают свои снимки. А в этот раз фотопрактикум проходил в так называемом формате «фотоприключения», как обозначил Ильин. Маршрут пролегал вдоль улицы Раковской с ее живописными двориками и закачивался на улице Интернациональной в кафе «Штолле», где и состоялся наш разговор. О пинхоле Алексей Ильин рассказывал вдохновенно, как человек, бесконечно преданный искусству фотографии. – Пинхол – это приключение. И это самое важное, что он дает. Цифровыми камерами можно снимать все что угодно. Но не хватает самого главного – они очень много думают за нас (в смысле современная техника прим. автора) – мы теряем ту самую прелесть самого процесса, который дорогого стоит. Мы теряем удовольствие от фотографической


Алексей Ильин

Алексей Ильин


Алексей Ильин в “Штолле” съемки. Поэтому люди обращаются как к простым камерам, которые на пленку снимают, так и к пинхол, в первую очередь. Потому что это не камера - просто коробочка картонная с дырочкой, но и она уже позволяет делать отличные фотографии. Реально отличные, потому что кадры получаются великолепные, стоит только приловчиться. Либо даже еще интереснее, доверять этой камере, как своему единомышленнику. То есть доверять ей часть волшебства, которое происходит в момент съемки. Камера добавляет что-то свое. Получается чудо, которое не запланируешь, не отредактируешь в фотошопе. Каждый кадр – это открытие. Вот за этим приключением, собственно и идут в эту область съемки. – Что может стать пинхолом? – Любая коробка, любая какая-то темная ёмкость. Два года назад летом проходил в Питере фестиваль «Пинхолекон» Там ребята вообще делали невероятные вещи. Например, рот -- это, ведь тоже своего рода темная емкость. Кусочек фотобумаги закладывают в рот, придерживают языком и сквозь зубы вот этой щелочкой фотографируют. Получались

картинки, тут же проявляли, тут же печатали с негатива контактом позитив – и на стенку. Вот это настоящее творческое приключение. Все это дает тот самый «бензин», который питает творческую энергию художника. Я слушал и понимал: с одной стороны — это художественное хулиганство, а с другой - самое настоящее перформативное искусство в жанре фотографии. Алексей Ильин увлеченно показывал и рассказывал, как даже при помощи ладоней можно сделать объектив пинхола – и уже получится кадр, картинка. Это ощущение чуда. Ради этого-то и занимаются пинхолом. Пинхол – это не аксессуар, это не модная статусная фишка, это скорее аскетический путь к художественному видению и осмыслению реальности. *«Пинхолекон» (Санкт-Петербург) – фестиваль (артконгресс) энтузиастов пинхол-фотографии: увлечённые люди показывают и рассказывают. Демонстрируют (т.е., лишают какой бы то ни было монструозности) камеры и снимки. https://vk.com/ pinholecon

– Можно фотографировать и коробкой от телевизора. Закрепить фотоматериал и сделать один снимок. Пинхол -- это не фотография на показ, это чудо для себя.


Камера


Разборка камеры

Пинхол фотография при помощи рта


Разборка камеры Получится что-то интересное – можно поделиться со зрителями. Но в первую очередь – это приключение для самого снимающего. Сейчас, конечно любят все это облекать в некие эстетские концептуальные слова, дабы выделиться из толпы. Например, сформулировать, что молодой креативный автор работает в стиле «альтернативных фотографических процессов». Я поинтересовался, как давно Алексей Ильин занимается фотографией. Он сказал, что с класса седьмого, как подарили камеру. Вообще у него это в генах заложено. Оказалось, что он фотограф в третьем поколении. Оба его деда снимали еще до Второй мировой войны. Один из них был фотокором. Да и отец отметился на этой ниве: и фильмы любительские снимал и фотографией страстно увлекался. Ну а сам Ильин открыл в себе еще и педагогический талант. – Мне нравится общаться с людьми, лекции читать о фотографии, когда рассказываешь, объясняешь, то и сам докапываешься до сути вещей. Участие в выставках для меня не самоцель – это тоже своего рода способ коммуникации,

творческого непринужденного общения. Мне куда интереснее экспериментировать. Я по духу экспериментатор. – Ну ведь и пинхол – это в первую очередь эксперимент? – Пинхолом меня увлек Валерий Дмитриевич Лобко*, с которым мы вместе работали в Академии Искусств. Он тогда горел идеей пинхола. Предлагал наделать всяких банок и емкостей, выйти на съемку все это расставить поснимать. Ведь для фотографии не важно какая техника – важен ты, как личность, как фотограф. Важно, что у тебя за душой есть. Важно то, что ты хочешь изобразить, выражая себя, а инструмент всегда вторичен, им может быть даже баночка от кукурузы или коробка. И это идея мне настолько понравилась, что мы даже и студентов к этому приобщали. Первый опыт у меня самого был не очень удачный – пленка засветилась. А потом, в определенный момент понял, что созрел для этого эксперимента. Я сделал камеру для себя и пошло дело. *В.Д. Лобко, фотограф, критик, автор оригинальных методов и технологий в области бескамерных фотографий


Фотографии ртом


Фотографии ртом


Камера


– Так что же для вас фотография? – Фотография, прежде всего, − это способ коммуникации. Коммуникации визуальными образами. Это другой невербальный язык. Сегодня мы даже сами не отдаем себе отчета в этом, будучи окруженными всевозможными камерами, начиная от веб- до камер мобильного телефона. Если говорить о фотографии как о языке, то все эти снимки, по сути, превращаются в мычание, в шум. Мы не умеем фотографировать, мы не умеем общаться на языке фотографии. Этому нужно учиться. Нужно стараться выражать что-то более внятное. И пинхол дает как раз возможность всмотреться не в готовое изображение, а внутрь себя, в зеркало, в котором мы видим свое отражение, и осуществить этот переход бессознательного в сознательное. И здесь важно не только что ты снимаешь и как. А важно осознание результатов съемки, и как ты к ним относишься, что ты способен увидеть. Это чистейшая философия. Здесь нужно уйти от мелких подробностей и сохранить самое главное – образ.

снимки ярких пересветов, как в обычных камерах. Создается такая гармоничная тональная гамма. Это и есть ни с чем не сравнимое волшебство пинхола. Картинки получаются всегда изумительные по цветам. Ни с чем не сравнимая пластика передачи пространства и самого света. Вот в этом осознании и происходит эффект «переоткрытия мира». Алексей Ильин достаточно подробно рассказывал о технических и художественных возможностях пинхола, сравнивая его с оптическими камерами. А мне уже как начинающему фотографу захотелось собрать свой пинхол, правда, спичечной коробки рядом не оказалось. Но я уже готов приобщиться к магии пинхола. И когда все звезды сойдутся и вдохновение как бабочка попытается ускользнуть, достаточно лишь приоткрыть крышку на пару секунд - и получится замечательный снимок, который подобен снам самого фотографа, его бессознательному...

– И это можно реализовать с помощью пинхола? – Есть некая обобщающая технология, как например съемка на крупнозернистую пленку, когда портрет снимают или съемка с размывающими фильтрами и прочими устройствами, позволяющими нивелировать детали, уйти от них. Пинхол по сути – одна из таких технологий. За счет того, что изображение формируется не точками, как в сфокусированном изображении, а такими кружочками, световыми пятнышками. Это не замыленное изображение, а как будто бы мягко нарисованное. Это очень необычное изображение, позволяющее переосознавать реальность, которую ты видишь, сфотографировав ее пинхол-камерой. И потом если тебя это вдохновляет и ты словил какую-то эмоцию, то через некоторое время ты снова можешь вернуть это состояние, взглянув на фотографию. Потому что эти фотографии очень реалистичные, благодаря отсутствию объектива. Это особый вид трансформации реальности, когда она становится сверхнастоящей. Наверное, это ощущение в пинхол-снимках складывается за счет физических свойств пленки выравнивать тона. Это лишает

Фотограф разбирает камеру


Участник практикума


Разборка камеры


Разборка камеры


Маргарита Солянова (Пинхол Беларусь)


Маргарита Солянова ( Пинхол Беларусь)


Маргарита Солянова ( Пинхол Беларусь)


Маргарита Солянова ( Пинхол Беларусь)


Пинхол Андрей Федеров ( Беларусь)


Пинхол Андрей Федеров ( Беларусь)


No name, Ильин


Крым, Ильин


В поезде, Ильин


Камера Омега. Конверсия Смены-Символ.


Поезд Минск-Феодосия. автор Ильин

Крым, Ильин


ТУДА, ОТКУДА ПОЯВИЛАСЬ: УТРОБА МАТЕРИ. Автор: Ирмина Ластовская

Часто в моей жизни случаются такие моменты, в которые думаю, что как бы было хорошо вернуться в утробу матери и переродиться. Потребность в возвращении в прошлое без бытия чувствуется очень часто и остро, потребность в новом пространстве и ощущениях – еще острее. Как бы это иронично не звучало, но мне удалось найти воплощение непреодолимого желания. Мой фотопроект «Туда, откуда появилась: утроба матери» - перевод некоторых внутренних ощущений на визуальный язык. Безусловно, я не помещала себя в утробу матери в буквальном смысле, в силу многих факторов, не позволяющих сделать это. Но мне удалось сделать это благодаря своим изображениям, сделанным при помощи сканера. Самое важное то, что этот фотопроект спонтанное, не запланированное явление. У людей критически настроенных может возникнуть вопрос: «как можно ощутить что-то, и дать этому конкретное определение, если до этого никогда не сталкивался с подобным опытом?» Не знаю. Просто не знаю. Но получившиеся изображения будто пробудили во мне то, что до этого спало. Как будто где-то глубоко внутри меня, где-то на бессознательном уровне были чувства в виде рудиментов, потерявших свое значение с того момента, когда из плода я стала ребенком, но теперь опять живущих. Фотографии, созданные мной спонтанно уникальны для меня, потому что, мне кажется, глядя на них я ощущаю тот самый пунктум, описанный Р. Бартом. Они стали током, пробежавшим по проволоке, соединяющей начало меня и меня настоящей, взрослой.


Момент создания изображений стал для меня моментом отвлечения от себя самой. Я придалась этому процессу, который подарил мне ощущение умиротворенности, спокойствия и уверенности. Наверное, можно сказать, что я вернулась к истокам себя. Абстрагирование от повседневной жизни, привычного пространства и окружения обратило меня в существо, не видевшее еще в своей жизни ничего. Мне стали интересны самые обыкновенные материальные объекты, от взаимодействия с которыми я получила удовольствие.


ЛОМОГРАФИЯ: ФОТОГРАФИЧЕСКИЙ ДОСУГ ИЛИ ИСКУССТВО? Автор: Нарушевич Евгений

Сегодня мир фотографии становится на самом деле безграничным с точки зрения самовыражения. Тяга к эксперименту, поиск новых технологий и идей приводит многих людей к ломографии. Уникальность ломографии в том, что этот эксперимент с реинкарнацией старых советских фотоаппаратов «ЛОМО» перерос в настоящее художественное движение и даже стал чем-то большим − стилем жизни, философией, современной субкультурой. История ломографии как культовой фотокамеры, увлечения, течения и индустрии началась со старого, дешевого советского малогабаритного фотоаппарата «Ломо комкакт-автомат» («ЛК-А»), доживавшего свой век в пражской комиссионке. Однако весной 1991-го студенты Венской школы искусств Маттиас Фигль и Вольфганг Странцингер приобрели это чудо советской инженерной и конструкторской мысли и сразу пустили в дело. Не знаю, были ли они скептически настроены к советскому фотоаппарату за 12 долларов, но результат превзошел все их ожидания. Снимки, сделанные на просроченной пленке, что называется спонтанно (от бедра, из-за плеча, на вытянутой руке) были великолепны: яркие интенсивные цвета, необычная перспектива пространства и другие изыски. Все это говорило о том, что объектив камеры из-за значительных цветовых и геометрических искажений имел свой особый взгляд на мир. И этот взгляд всем очень понравился. Первая выставка фотографий снятых на «ЛК-А», которую организовали австрийские студенты, имела потрясающий успех. Очень скоро поклонников «ломографии», так теперь называли этот взгляд на мир, зафиксированный с помощью нашего «соот-

ечественника», становилось все больше и не только в Вене. Многие хотели иметь такой фотоаппарат. Вот тут-то друзья Маттиас и Фольфганг осознали, что открыли нечто большее, чем необычные снимки на старый раритет. Это, без ложной скромности, тянуло на «новое направление в фотографическом искусстве». Студенты обратились в Венский муниципалитет и зарегистрировали Международное Ломографическое общество (DIE LOMOGRAPHISCHE GESSELSCHAFT), стали его президентами и лично начали скупать во всех комиссионных магазинах Восточной Европы тот самый «ЛК-А». Продавали же его страждущим фотографическим гурманам предприимчивые австрийцы уже за 100 долларов. Неплохой бизнес. Однако запасы «ЛК-А» достаточно быстро закончились. Чтобы набирающее силу движение продолжало развиваться, нужно было возобновить производство этих фотокамер. В этой части сюжета, как и положено культовым историям, наличествует несколько версий. Согласно одной из них уже зимой 1991 года ломопрезиденты познакомились с директором «ЛОМО» Ильей Клебановым, подкараулив его у заводской проходной охраняемого военного завода, по другой – встреча произошла только в 1994-м на выставке ломографов в Москве. Но как бы там ни было, знакомство состоялось, производство «ЛОМО-компакта» было возобновлено, а Международное Ломографическое общество получило право эксклюзивного поставщика ломокамер по всему миру. Так движение любителей фотографировать всегда и везде получило новый импульс. Само слово «ЛОМО» стало интерпретироваться, как «LOve&MОtion» («Любовь и Движение»),


Filsplash автор damon

став девизом всех ломографов.. Так что же такое ломография? Глобальная коммерческая сеть, креативная индустрия или все-таки общественное и художественное движение? Всем этим предположениям мы найдем подтверждения. Как общественное и культурное движение ломография проявляет себя в различных социальных и творческих проектах. Например, проект ломостены – многометровые коллажи из снимков, где ломографы пытаются запечатлеть коллективный поток сознания; или проект «lomo@ home» , в рамках которого проводилась гуманитарная акция с раздачей фотоаппаратов детям, спортсменам и политикам совершенно бесплатно. Итог этой акции – тысячи фотографий, которые экспонировались на гигантской ломостене в рамках всемирно известной книжной ярмарки во Франкуфурте-на-Майне. На официальном сайте Ломографического общества в режиме реального времени можно найти информацию о всех проектах, выставках и других культурных акциях, проходящих в мире http://www.lomography.com/. А с другой стороны на поверхности все черты превращения ломографии в ломоиндустрию, в некую глобальную коммерческую сеть. Производство ломокамер и сопутствующих аксессуаров давно

налажено предприимчивыми китайцами, концерн «AGFA» выпускает пленку в коробочках с эмблемой «Лoмографического Общества». Существует огромное количество сайтов и интернет магазинов во всех странах мира, предлагающих разные усовершенствованные модели фотокамер и пленок, которые созданы специально для ломографии. (http://shop.lomography.com/ by/cameras?p=1) Но нельзя отрицать влияние ломографии на многие аспекты массовой культуры и такой глобальной индустрии как реклама, в которых используется ломографический стиль, эстетика ломокадра. О ломографии известно и в Беларуси, есть даже несколько небольших интернет-сообществ в социальных сетях, где молодые ломографы показывают себя и свои работы - https://vk.com/club23195218 . А также проводятся различные мероприятия и конкурсы по ломографии. http:// lomography-by.livejournal.com/ . Два года назад в галереи портала TUT.by прошла выставка ломографии под брендовым названием “LОve&MОtion», где экспонировались работы ярких представителей ломографии в Беларуси -- Кирилла Мажая и Алексея Ждановича. По мнению Алексея Ждановича: “Движение любителей ломографии пери-


Lone Wolf Annex автор Nick Tauro Jr.

одически пытается подняться в Беларуси, но у него не получается. Все это быстро затухает”. Конечно, нельзя утверждать, что это альтернативное направление в фотографии слишком популярно в нашей стране, но тем не менее и у него есть немало сторонников. Кроме того, как известно, попадая в выстовочное пространство, многие объекты все-таки приобретают статус искусства. Здесь срабатывает феномен места. Объект, вырываясь из миллионов таких же как он и практически не меняя физической сути, просто меняет контекст. Но в этом контексте как раз- таки и происходит приобретение некого художественного смысла и ценности. Да и лидер дадаизма Марсель Дюшан ни раз убеждал нас, что искусскуство зависит не от качества, даже не от эстетической ценности, а от места, которое занимает. Так что по сути любая вещь из повседневной жизни может стать произведением искусства. Таким образом, можно говорить о том, что ломография, перенесясь в пространство галлереи, в некотором смысле, освобождается от стереотипа любительской и бытовой фотографии. И более того, я считаю, что вне контекста проектов и выставок, ломографию

сложно считать в полном смысле фотографическим искусством. Да и вообще, можно ли считать искусством случайные снимки, весь колорит которых в основном сводится лишь к заранее заданным камерой искажениям? Для многих адептов ломодвижения это лишь мода, чисто субкультурное отношение. Для них одно из правил ломографии - это фотографировать « не целясь», фотографировать всегда и везде, т.е. по сути это инстаграмм на пленку, только еще с таким необычным «фотиком». И в этом, как мне кажется, проявляется утопичность этого движения. Ведь суть фотографии вовсе не в персонализации и превращении фотоаппарата в часть своего повседневного стиля. Симпатию же вызывает само движение, которое образовалась вокруг этой индустрии и объединяет людей в общем-то гуманными и позитивными идеями и стремлениями. Многие любители этого направления находят и магию в этих снимках, и, наверняка, эстетику. И скорее всего она есть. Мне кажется, я близок к разгадке этой магии «ЛК-А». Снимать весь мир глазами счастливого советского человека, который жил в своем искусственном выдуманном мире, доверчивый и ранимый, откровенный и добрый….


Yellow mobile автор Olelukoe

If you can see the lights shine in front of me автор damon


Фотографии Алексея Ждановича ( LOVE MOTION)


Фотографии Кирилла Мажая ( LOVE MOTION)


Фотографии Кирилла Мажая ( LOVE MOTION)


Фотографии Кирилла Мажая ( LOVE MOTION)


Фотография ломостены. Авторство не известно.


Фрагменты фотографического поно Алексея Ждановича


FLAT FOOD. Автор: Томас Ляшук

В данном проекте я пробую работать с контектом «общества потребления», переосмысляя его как утопический проект будущего. Главным объектом съемки становятся продукты быстрого питания, которые являются неотъемлемый элементом обозначенного общества. Работая с эстетикой этих объектов, я стараюсь критически переосмыслить их, в первую очередь, как объекты потребления, одновременно предпринимая попытку репрезентировать будущее утопического общества. ! Распечатывая изображения продуктов быстрого питания, вырезая, а затем создавая из них натюрморт, я лишаю их одного из измерений, оставляя лишь двухмерную плоскость для каждого из них. Объекты полученных фотографий стремятся казаться реальными, но в этом случае их референтом является простая бумага. Вторичное использование изображения как второсортный продукт - аллегория на быстрое питание.! В то время как получившиеся натюрморты выглядят как коллаж или инсталляция (в случае когда они смяты), сам принцип работы с уже существующим изображением это кивок в сторону readmade, а принцип выбора объекта - в сторону поп-арта. Стилизуя при этом яркую и контрастную фотографию под рекламную съемку, а также используя белый фон как отсылку к фешн индустрии, с одной стороны я обличаю пародию на культивацию и производство образов, с другой стороны - рефлексирую на сам принцип работы с эстетикой.


ЕСЛИ БЫ ДЖЕССИ ДРАКСЛЕР НЕ ЛЮБИЛ ГЛЯНЕЦ. Автор: Настасья Хазянина

Рабочее название моего проекта достаточно странное, но оно отражает то, с чем я работала: стилистику фотографа Джесси Дракслера и мое рефлексивное, отчасти критическое восприятие глянцевых журналов на примере Vogue. Я думала над тем, какой взять материал для создания своих фотколлажей, и в итоге именно материал направил меня на общую концепцию серии. Сначала я пыталась работать со своими фотографиями, но у меня не получилось воспринимать их как материал, с которым можно что-то выдумывать, быть свободной в манипуляциях. Поэтому я решила просмотреть готовый материал и случайно выбрала журнал Vogue. Именно такие фэшн фотографии оказались удачным материалом для меня. С одной стороны они очень «вычищенные» визуально, с другой стороны они очень концептуальны, идеологичны (я имею ввиду всю фэшн эстетику и модельную съемку в частности), поэтому они рождают новые образы и находят отклик моей фантазии. Дальше мне нужно было заново освежить свои знания графического редакто-

ра и я начала пробовать разные инструменты. Быстрое выделение случайным образом открыло мне то, как средствами таких графических редакторов можно деконструировать изображение, работу визажистов, фотографов в постановке света и ретушеров. Если использовать это быстрое выделение, то почти всегда на портретах неизбежно выделяется четкая маска. И я стала играть с ней, подкладывая другие изображения, тем самым обнажая эту маску. Другим элементом моей концепции стало мое критическое отношение к фэшн фотографии. Я достаточно негативно отношусь ко всем этим неудобным позам, ломаным телам. Поэтому мои коллажи с фотографиями в полный рост являются своеобразной визуальной критикой такой работы с телом модели. Таким образом, на мой взгляд, у меня получилось передать мое критическое воприятие исходного материала, сохранив при этом визуальную целостность и определенную эстетику в стиле Джесси Дракслера.


ЗАБЫТЫЕ СНЫ, ИЛИ ИХ ОТСУТСТВИЕ. Автор: Ирма Ластовская

Сон – прекрасное, мягко звучащее и мелодичное слово. На мой взгляд, оно прекрасно для определения того процесса, который происходит с нами, когда мы находимся в разрыве с кипящей жизнью дня. В этом определенном временном отрезке мы полностью преданы (т.е. всецело погружены) себе и своему организму. Почему-то люди часто отделяют сны от жизни, протекающей во время бодрствования. Они относятся к ним как к чему-то сверхъестественному, некоторые рассматривают их как предсказания. Для творческих людей сны часто являются источником вдохновения. Посмотрев на несколько уже сделанных для фотопроекта работ, я задалась вопросом: «Что это? О чем мои коллажи?» И затем внезапная мысль пронеслась в голове: «Забытые сны? Их отсутствие?» Я редко помню свои сновидения, потому это точно не о них. К тому же я не отношусь ко снам как к чему-то мифическому, тайному. Для меня они являются продуктом собственного мозга. Сон – это смешение и накладывание событий, образов, мыслей, желаний, действий и всего того, что прожито за день, два, три или больше друг на друга. В итоге, я решила назвать свой фотопроект - «Забытые сны или их отсутствие», чтобы позволить себе высказаться о том, что сумасшедшие, неординарные образы могут рождаться из трезвого, самого обычного человеческого сознания, но открывшего проход для того, что находится под ним. Из толстого массива всякого опыта своего взращу я дерево цвета белого.


НОВОГОДНИЙ АЛЬБОМ» “NEW YEAR’S ALBUM. Автор: Ненарокомова Наталья Проект «Новогодний альбом» представляет собой серию фотографий президентов разных стран, сделанных с телевизора во время их новогоднего обращения. Идеей для этого проекта послужила единичная фотография, сделанная автором случайно во время семейного празднования нового 2014-го года (рис.1). Это изображение привлекло к себе внимание отражением новогодних украшений на экране и телевизионных помех, которые придают фотографии своеобразный комичный эффект. Продолжив данный эксперимент в 2015 году, я поняла, что возникающие «дефекты» обнаруживают медиум, делают видимой «телевизионность» этих фотографий, проводят границу между вещающей главой государства и людьми, слушающими во время семейного (во всей его вариативности) праздника. Более того, сделанные в разные годы фотографии, по сути, отличаются лишь размещением декораций и качеством картинки телевизора (который несколькими месяцами ранее был заменен на более новую модель) (рис.2). Таким образом, раздражающая неровность изображения (полосы, размытость, искаженный ракурс и др.) на представленных фотографиях помогают донести этот несколько «уставший» взгляд фотографа. Изначальная идея заключалась в создании серии фотографий со всех обращений президента Беларуси за время его правления. Однако недоступность информации за девяностые годы повлекла за собой трансформацию концепта. В результате, финальный альбом представляет собой фотографии президентов разных стран (а также королей и королев), поздравляющих с наступающим 2015-м годом. Процесс работы над проектом состоял из нескольких этапов: поиска выступлений и проигрывания их с телевизора, размещения декораций (которые варьировались для каждого выступления), непосредственно фотографирования и компьютерной обработки. Таким образом, данные фо-

тографии представляют своеобразную имитацию празднования и намеренную случайность фотографирования с телевизора. Подобный прием позволяет запечатлеть эмоции, мимику и жесты глав государств, которые менее заметны во время просмотра видео. Здесь также интересно отметить трансформацию взгляда фотографа в процессе работы. Если первые фотографии были сделаны преимущественно случайным нажатием на кнопку, последующие были построены на «замечании аспекта», для фотографирования которого порой приходилось перематывать видеозапись несколько раз. В серию вошли фотографии президентов преимущественно Европейского континента, а также США и Австралии. Данные фотографии были сделаны из личного интереса автора, с целью посмотреть на разницу организации изображения. И ее можно заметить: фотографии №22, 23 оказываются наименее символически нагруженными. Если в выступлении остальных президентов можно увидеть схожие моменты в организации, в частности, в сценографии (на фоне стабильно присутствуют флаги, портреты и тд.), то фон на данных портретах оказывается не в фокусе, и только по общим очертаниям можно рассмотреть внешний и внутренний облик здания. Серия представлена преимущественно в виде портретных фотографий, так как вышеотмеченные эмоции оказались определяющим критерием в процессе съемке. Однако фотографии также предоставляют зрителю возможность увидеть разницу организации пространства и тщательное, или даже «идеологическое», вписывание в него героя. Я также считаю, что потенциал данного визуального исследования не ограничивается 23-мя представленными фотографиями, а может быть расширен и представлен зрителю в формате масштабного коллажа.


Рисунок 1. Фотография создана 31 декабря 2013 года.

Рисунок 2. Фотография создана 31 декабря 2014 года.


YOU ARE THE CLOCK. Автор: Юля Гродович

В своем проекте я работала с домашним архивом моей семьи. Я отобрала снимки, которые были сделаны, когда я была в возрасте 3-10 лет, и воссоздала их сейчас, используя ту же старую “мыльницу”, на которую были сделаны оригиналы. При работе снимки разделились на три главы: отсутствие, старение и перемены. На них оказались ключевые пункты - люди и места, вокруг которых структурировался мой опыт детства. Я задавалась вопросом, как (не)изменилось пространство, в котором я провела детство: города, в котором я родилась, дома, в котором я жила, как (не)изменились люди, окружавшие меня, и мои отношения с ними. Название серии - ‘You are the clock’ - отсылка к фразе героя Уиллема Дефо в “Небе над Берлином-2”, в которой время коротко и вместе с тем безвременно, и мы и есть тот механизм, который определяет наше собственное время. Мне хотелось пропустить время через себя, подчинить его, замедлить как можно сильнее, оглянуться и подумать, что делать с ним дальше.


CHAPTER 1. ABSENCE


CHAPTER 2. AGING


CHAPTER 3. CHANGE


Volume 4 (1)  

Выпуск №4 журнала студентов ЕГУ Volume по фотографии.

Volume 4 (1)  

Выпуск №4 журнала студентов ЕГУ Volume по фотографии.

Advertisement