Issuu on Google+

Оглавление

Введение...........................................................................................................................................2 1.Карл Барт - христианин и богослов.........................................................................................6 1.Место доктрины Писания в евангельском богословии.....................................................16 2.Учение Карла Барта о Библии................................................................................................21 3.Взгляды Барта в контексте богословия ЕХБ......................................................................54 Заключение....................................................................................................................................63 Библиография...............................................................................................................................65


2 "Настоящее

богословие

не

терпит

компромиссов. В этом его отличие от церковной власти настолько же насколько от других

вещей.

Богословие

Барта

это

богословие без компромиссов"1

Введение

Библия является высшим авторитетом для всех христиан. Независимо от своего вероисповедания или богословского образования, все христиане рассматривают Библию как важнейший источник для своей веры и практики. Но, при этом, на протяжении существования Церкви были различные взгляды на природу Писания и его место в жизни Церкви и для формирования богословия. Богословие евангельских христиан2 строится в основной мере, а иногда и в полной мере, на Писании. Поэтому осмысление роли Писания в жизни Церкви является определяющим для формирования всего евангельского богословия. Целью данной работы является рассмотрение взглядов на природу Писания одного из величайших богословов уходящего столетия Карла Барта и их возможное использование для формирования богословия евангельских христиан-баптистов в нашей стране. При этом не обойтись без рассмотрения некоторых "острых" вопросов, так как не все евангельские богословы соглашаются с взглядами Барта на Писание. А нужно ли нам вообще рассматривать богословие Барта? Я думаю, что, несомненно, да. Мы живем в мире, когда информация распространяется со скоростью света, а люди 1

Jungel, Eberhard Karl Barth: A Theological Legacy, The Westminster Press, Philadelphia, 1986, p.19 (Здесь и далее перевод с английского автора - А.М). 2 Термином "евангельские христиане" и "евангельские верующие" в данной работе называются большинство протестантов, верящих в высший авторитет Библии, то есть то, что в американском богословии принято называть "evangelical".


3 могут уже передвигаться быстрее звука. Мир стал маленьким. И живя в этом маленьком мире важно и интересно знать, что же делается у соседей. Особенно, если эти соседи близкие тебе по духу братья-христиане. И надо помнить, что христиан не так уж много в этом мире. Еще меньше евангельских христиан. И только находясь вместе, мы сможем сделать, что-то важное и заметное в нашем маленьком мире. Если евангельские христиане не соединяться сердцем к сердцу, волей к воле и разум к разуму, пересекая свои множественные перегородки, и не будут глубоки в их верности Воскресшему Господу Церкви, они могут стать, примерно к 2000 году, пустынническим культом в секулярном обществе, имея общественное значение не больше, чем древние есеи в пещерах Мертвого моря.1 Так писал известный евангельский богослов Карл Генри более 30 лет назад. Наверное, за это время многое изменилось, да и живем мы не в Америке, а в России, но все же есть в этих словах, что-то знакомое и для нас. Как мы встречаем новое тысячелетие? Открыты ли мы в наших взглядах и в нашем богословии? Готовы ли мы к восприятию и переосмыслению других взглядов? Что же касается богословия, то, к сожалению, нам, евангельским христианамбаптистам России, еще предстоит его формировать и развивать на основе опыта и воззрений великих христианских умов древности, основателей евангельского движения в России, и многих наших современников. Карл Барт, казалось бы, является нашим современником, он умер всего немногим более 30 лет назад, но при этом его уже при жизни признавали за классика и современного "отца Церкви".2 В развитии богословия можно идти несколькими путями: можно опираться только на 1

Henry, Carl Evangelicals at the Brink of Crisis, Waco: Word, 1967, pp.10-11 цитируется по Bolich, Gregory G. Karl Barth and Evangelicalism, Downers Grove, Illinois: InterVarsity Press, 1980, p.17 2 См. например: Mueller, D.L. Karl Barth. Makers of the Modern Theological Mind. Waco, Texas: WordBooks, Publisher, 1972, p.18.


4 свои внутренний источники и авторитеты (как, например, делала многие годы Римскокатолическая церковь вплоть до второго Ватиканского собора), можно также брать все, что было и есть, и собирать, компилировать и использовать для построения своей системы. Но при этом легко потерять свою идентичность. Такой подход позволителен, может быть для одного богослова (хотя таких, наверное, нет, а если они есть, то не являются хорошими примерами), но конечно такой подход не приемлем для деноминации. Лучший путь как всегда находиться посередине. К сожалению, понятие "средней линии" у всех разное. Поэтому выходом из данной ситуации будет скрупулезное исследование богатого христианского опыта, рассмотрение различных богословских систем и нахождение приемлемого варианта для практики ЕХБ России. Чем нам интересен Барт? Во-первых, Барт интересен и близок нам своим христоцентризмом. Христос является центром всего его богословия. В том числе, и доктрина Писания у Барта христоцентрична. Так же интересно, что Барт, принадлежащий реформатской традиции, внес вклад и в развитие такой, казалось бы баптистской доктрины, как доктрина крещения по вере. 1 Он пришел к выводу о необходимости крещения только обратившихся людей, через экзистенциальное понимание веры. Крещение по Барту это не сообщение благодати какимлибо способом2, но "этический ответ первоначальной инициативе Бога"3. Интересно, что Барт связан с Востоком, с русскими через экзистенциализм Достоевского, который сильно повлиял на него при написании второй редакции "Послания к римлянам" (1921) - книги показавшей его разрыв с либерализмом. И хотя бартовский кальвинизм и детерминизм не столь близки для нас, но для нас важен ответ человека на 1

Основная работа Барта на эту тему Die Kirchliche Lehre von der Taufe (Учение Церкви о крещении), написанное в 1943 году. Так же он пишет об этом в 4 томе IV части Церковной догматики. 2 По богословию католической церкви, в крещении, в том числе и детском, людям передается благодать независимо от их участия. По выражению одного богослова, благодать "вспрыскивается, как инъекция". Похожие утверждения есть в богословии православной церкви и протестантских церквей, не принадлежащих к радикальной реформации: лютеран, реформатов, англикан и др. 3 Johnson, William Stacy. The Mystery of God: Karl Barth and the Postmodern Foundations of Theology (Columbia Series in Reformed Theology), Louisville: Westminster John Knox Press, 1997, p.167.


5 откровение, у Барта это совершается через просвещение индивидуума Духом Святым. Но в первую очередь нам хотелось бы рассмотреть его доктрину Писания. Так как Барт любил, ценил и активно использовал для построения своего богословия Писание и настаивал, что бы это делали и другие. Мы рассмотрим место, которое занимает доктрина Писания в евангельском богословии, а после перейдем к взглядам Барта на эту доктрину. Рассмотрев основные концепции в учении Барта о Священном Писании, мы постараемся найти те области в богословии ЕХБ, где учение Барта может быть особенно полезно.


6

1. Карл Барт - христианин и богослов.

Барт обычно рассматривается как современный "отец Церкви", который находится в списке наиболее знаменитых теологов в истории христианства. Будущие поколения не перестанут говорить о нем также как об Августине и Аквинате, Лютере и Кальвине, Шлейермахере и Ритчеле. Правильно будет сказать, что так же как Шлейермахер доминировал в теологии XIX века и является отцом либеральной теологии, так и Барт в основном доминировал в теологии XX века и является отцом неоортодоксальной (неореформаторской) теологии. И что интересно, он был признан, как католическими, так и протестантскими учеными1. Возможно еще более ясным свидетельством монументальной значимости Барта в изменении направления протестантской теологии в этом веке, в его движении "против течения" установленных образцов мысли, является тот факт, что его строжайшие критики должны были выражать свои теологические позиции с уважением к нему.

1.1. Ранние годы (1886-1909)

Карл Барт родился в Базеле, в Швейцарии 10 мая 1886 года. Он был первым сыном Фрица Барта - служителя Швейцарской Реформатской Церкви и учителя Евангелической школы проповедников в Базеле. Его отец был уроженцем Базеля. Оба деда Барта были так же служителями Церкви.2 1

Влияние Барта на православие не так ощутимо, хотя на него ссылается, например, Бердяев и другие православные богословы, жившие на Западе. Так о. Иоанн Брек, хотя и не упоминает напрямую Барта, принимает его положение о трех формах Слова Божьего, как православную доктрину. (Брек Иоанн, Православие и Библия сегодня // Пер. с англ. - Альфа и Омега - 1996 - №4 - стр.,11). 2 Биография Карла Барта составлена на основе книги Mueller, D.L. Karl Barth. Makers of the Modern Theological Mind. Waco, Texas: WordBooks, Publisher, 1972, а также других справочников и книг, указанных в списке библиографии.


7 Барт был отмечен необычным интеллектом, большой способностью работать, серьезностью намерений, демократическим духом, уважением к искусствам, особенно к музыке, и, наконец, обостренным чувством юмора. Базель был для Барта родным городом до трех лет и потом с 1935 года до его смерти. Академическая и религиозная обстановка в доме Барта обладала большим влиянием. Питер, один из братьев Барта, стал соредактором критического издания работ Кальвина. Другой брат, Генрих, стал уважаемым философом и служил со своим братом Карлом на факультете Университета Базеля до своей отставки в 1960 году. В Берне, столице Швейцарии, куда его семья переехала в 1889 году, Барт вырос, и получил свое раннее религиозное воспитание и формальное образование. Следуя Европейской традиции, Барт получил свое теологическое образование в нескольких университетах. В восемнадцатилетнем возрасте, он начал свое обучение в университете Берна. Тогда он был под большим влиянием мыслей своего отца. В добавление, он учился систематической теологии у Германа Людемана, влиятельного теолога либеральной традиции. Наиболее значимое событие в интеллектуальных поисках Барта в Берне случилось во время четвертого семестра, когда он встретился с Кантовской философией и теологией Шлеермахера. Эта интеллектуальная свобода подвигла Барта продолжить его теологическое образование у Вильгельма Германа в Марбурге, ведущего неокантианского теолога тех дней. Несмотря на желание своего отца, чтобы он учился у более консервативного теолога, они пришли к компромиссу на Университет в Берлине, где Барт провел полный семестр в 1906 году. Этот переезд был важен не только потому, что с него началось влияние на Барта господственной школы либеральной теологии, но и потому, что это привело его в более тесный контакт с одним из последних и наиболее влиятельным представителем этой школы в двадцатом веке Адольфом Гарнаком - знаменитым церковным историком. Барт стал учеником Гарнака. В 1907 году он возвращается для


8 обучения в Берн. В конце 1907 года он перебирается в Тюбинген для обучения у Адольфа Шлатера, хорошо известного консервативного швейцарского теолога Нового Завета. Барт закончил свое формальное теологическое образование в Марбурге в возрасте 23 лет. После сдачи теологического экзамена в церкви Берна в 1909 году, он был рукоположен. Между прочим, он никогда не проходил докторское теологическое обучение. После того как он зарекомендовал себя в теологии, множество институтов были рады присудить ему свои высшие почетные степени.

1.2. Переход к диалектической теологии (1909-1922)

Сразу после сдачи экзаменов и рукоположения, Барт не чувствовал себя готовым к принятию пасторских обязанностей. Барт не хотел быть поглощен таким глубоким религиозным опытом, так как находился под влиянием мыслей, что проповедование можно развивать и без церковного опыта. Он возвращается в Марбург, чтобы стать помощником Мартина Рейда, редактора Cristliche Welt влиятельного либерального издания, которое концентрировалось на вопросе ответственности Церкви в мире. Рост этической чувствительности Барта, сконцентрированной на миссии Церкви в обществе, был основан на этом коротком опыте его работы. Позже, в 1909 году, Барт вернулся на свою родину, чтобы начать служения в качестве ученика пастора немецкоязычной Реформатской Церкви в Швейцарии в Женеве, где он пробыл до 1911 года. Расположение духа, в котором Барт принял его пасторские обязанности выражено в статье опубликованной в 1909 году. В ней Барт показал, что выпускники-богословы более либеральных факультетов Марбурга и Гейдельберга с меньшим желанием вовлекались в практические формы церковной работы (пасторскую, миссионерскую

и

т.д.),

чем

выпускники

более

ортодоксальных

и

пиэтических


9 теологических факультетов. Барт относит эту проблему к двум центральным моментам либеральной теологии. Первый - это "религиозный индивидуализм". Для Барта это означает отвержение

либерализмом

всех

норм

откровения

и

внешнего

авторитета

для

индивидуального верующего, что привело к концентрированности на субъективном и персональном опыте конкретного христианина. Вторую характеристику либерализма Барт обозначает как акцент на "историческом релятивизме". Так как либерализм принял положение преобладающей историографии о том, что нет абсолютов в истории и, таким образом, нет в реальности откровения или религии, то и с библейскими свидетельствами откровения стали поступать таким же образом, как и со всеми другими похожими феноменами в истории религии. В 1911 году Барт становится пастором Реформатской Церкви в Сауфенвиле на севере центральной Швейцарии. Он служил как пастор этой сельской Церкви до 1921 года, и теологические революционные мысли, связанные с его именем, возникли именно в этом маленьком промышленном поселке, окруженном видами Швейцарских пейзажей. Позже Барт писал об этом периоде своей жизни: Однажды в служении я нашел себя уходящим от теологических привычек мышления и возвращающимся назад с каждым шагом все ближе и ближе к специфической проблеме служения - проповеди. Я хотел найти мой путь между проблемой человеческой жизни с одной стороны и содержанием Библии с другой. Как служитель, я хотел говорить людям о безграничном противоречии их жизни, но говорить им не менее безграничное послание Библии, которое было почти такой же загадкой, как жизнь.1 В это время мир был заворожен идеями социального равенства. Барт и его друг, Турнейзен, с которым он учился в Марбурге, а теперь был пастором в соседнем городке, стали социалистами. Барт примкнул к рабочим Сауфенвила из его общины в их борьбе за справедливую зарплату. В 1915 году Барт вступил в Социал-демократическую партию -

1

Barth, Karl. The Word of God and the Word of Man. Trans. D.Horton. New York: Harper Torchbooks, 1957, p.100.


10 поступок абсолютно неслыханный для служителя в те дни. Позже Турнейзен писал: "Социализм был движением, который был для нас наиболее впечатляющей притчей, если не сутью, Царства Божьего, которое мы проповедовали по воскресеньям." 1 Хотя вскоре Барт разочаровался в этом движении, противоречие между богатыми и бедными подорвали его либерализм, так как это не укладывалось ни в одну из либеральных концепций улучшения мира. Другое разочарование в либерализме пришло к Барту из-за начала I Мировой войны. В августе 1914 года 23 либеральных мыслителя и богослова подписали манифест в поддержку кайзера и немецкой военной политики. Среди них были и любимые учителя Барта. Но Барт был уверен, что позиция Германии в войне неправильна. Барт считал, что если этика этих людей ошибочна, то и их теология ошибочна, а если это так, то и их экзегеза неправильна. Начиная с 1916 года, Барт работает над толкованием Послания к Римлянам, посланием которое так часто приводило к реформационным изменениям в истории Церкви. К 1918 году он завершает объемный комментарий, но у него возникают трудности с опубликованием. Наконец в 1919 году маленькое издательство печатает всего тысячу копий первой редакции его комментария Послания к Римлянам (Der Römerbrief). Первая редакция комментариев Барта ясно отметила начало разрыва Барта с антропоцентрическим и культурным христианством либеральной теологии. Однако в это время Барт еще не полностью порвал с позицией возможности человека видеть его единство с Богом, совершившееся с входом небесного царства в историю. "Первое издание предъявляет счет либеральной, исторической и гуманистической теологии" 2. Но, упрекнув в этой работе своих учителей, Барт все еще не хочет разрывать с ними.

1

Цит. по Mueller, p.20. Громадка Й.Л. Перелом в протестантской теологии. / Пер. с чешск., англ. - М.: "Прогресс", "Культура", 1993, с.105. 2


11

1.3.Послание к Римлянам (1922)

Между первым и вторым изданием прошло три года (1919-1922). В это время Барт принимает приглашение стать профессором Реформаторской теологии в Университете Геттингена, где он пробыл до 1925 года. В 1922 году выходит второе издание "Послания к Римлянам". В нем он полностью отходит от позиции либеральной теологии. Ее считают классической книгой теологии кризиса1 или диалектической теологии. Барт пришел к убеждению, что Священное Писание ни в какой мере не является ни проявлением голоса совести, ни свидетельством сочувственного отношения к человеку. Слово Божие судит человека, в нем мы сталкиваемся с реальностью... Теология кризиса названа так потому, что она ясно говорила: Бог есть Бог суда, а поэтому и Бог милости, поскольку любой Божий суд является одновременно проявлением милости (или милосердия).2 В диалектической теологии Барта мы находим огромную важность неразрывных связей между человеком и Богом, землей и небом, имманентным и трансцендентным, временем и вечностью. Сосуществование вместе противоречивых понятий Писания , таких как веры и неверия, любви и суда составляет диалектику Барта.

1.4. Переход к Догматике (1922-1932)

В 1927 году Барт публикует Обзор Христианской Догматики. Эта книга являет собой ранний срез систематического теологического мышления Барта. В ней содержится описание Доктрины Слова Божия: Введение в христианскую догматику. В 1930 году Барт покидает Мюнстер, чтобы стать профессором систематической теологии в Университете Бонна. В тоже время он продолжал практику проведения 1

Слово кризис использовалось диалектическими богословами в двойном смысле: современное значении этого слова и в значении греческого слова κρισι��- "суд". 2 Громадка, с.114, 124.


12 семинаров по истории теологии. Одним из объектов его изучения был Ансельм и его труд Fides quareens intellectum (Вера в поиске понимания). В 1931 году плодом работы Барта явилась книга об Ансельме. Барт взял у Ансельма его теологический метод. Этот метод можно обобщить в нескольких пунктах. Первое, для Барта вера зависит от ее существования до события откровения. Второе, мы можем говорить об истинном познании Бога только тогда, когда существует вера в Божие откровение. Третье, полным познанием, которое исходит из продолжающихся поисков верой понимания, может быть только истинное познание Бога.

1.5. Период Церковной Догматики (1932-1968)

Тридцатые годы были для Барта десятилетием насыщенным событиями. В 1932 году Барт пересматривает свой Обзор христианской догматики (1927) и публикует под заголовком Доктрина Слова Божьего. Эта работа стала первым разделом первой части Бартовской Церковной Догматики. Ее появление стало событием, которое разложило ряды диалектической теологии. Убеждения Барта в Слове Божьем, как начальной точки теологии, привели его к разрыву с Бультманом и Гогартеном, которые слишком приблизились к либерализму. Другое событие в тридцатых годах, которое повлияло на курс жизни Барта, было избрание Гитлера канцлером Германии в начале 1933 года. В июле 1933 года Барт и Турнейзен учредили журнал под названием Современное состояние теологии. На его страницах Барт и его единомышленники неистово восставали против Гитлера и "Немецких христиан", которые позже поддержали синтез Германского Национал социализма и Евангелия и были признаны Гитлером, как официальная Церковь Германии. Бартовский пророческий призыв к Христианской Церкви в Германии признать только Иисуса Христа,


13 как ее Фюрера (Вождя) не остался без внимания. Он стал ведущим оратором-богословом Исповедующей Церкви, которая была в оппозиции "Немецким христианам" и Гитлеру. Он и другие в этом движении меньшинства отказались отождествлять Евангелие с нацисткой концепцией "Нация, Раса, Фюрер." Исповедующая Церковь собралась в Бармене в 1934 году и провозгласила свою веру в документе известном нам, как Барменское Исповедание, написанное Бартом: "Иисус Христос, как он засвидетельствован нам в Священном Писании, есть единое Слово Бога, которое мы должны слушать, которому мы должны доверять и покоряться в жизни и в смерти." 1 Разрыв Барта в 1934 году с его бывшим коллегой Эмилем Брунером по вопросу естественной теологии был очень острым, потому что Барт чувствовал, что любая форма естественной теологии будет поддержкой "Немецких Христиан" и преуменьшением верховенства откровения Божьего в Иисусе Христе. В добавление, Барт стал persona non grata в глазах официальных нацистов. Он отказался начинать свои занятия в Бонне с приветствия Heil Hitler! - и не стал клясться в безусловной преданности фюреру. В результате он был отстранен от преподавания и выслан из Германии. Сразу после этого, он был призван стать профессором богословия в Университете Базеля, где он начал преподавание в 1935 году в возрасте сорока девяти лет. В эти годы основное внимание он уделяет Церковной Догматике. Еще две части были завершены в тридцатых годах. Последняя часть Введения, объясняющая доктрину Слова Божьего вышла в 1938 году. Первая часть Доктрины Бога вышла в 1940 году. Когда Барт уехал в Базель в 1935 году, он думал, что он вернется в Германию, когда позволят условия. Однако этого не случилось. Он вернулся в Германию на короткое время в 1945 году и после этого несколько раз посещал эту страну. Посреди хаоса и трудностей причиненных поражением Германии, Барт надеялся, что наступит день, когда возродиться 1

Барт Карл Барменская декларация // Социально-политическое измерение христианства: Избранные теологические тексты XX в. (Переводы) - М.: Наука, 1994, с.63.


14 Церковь в Германии и немецкий народ. В послевоенное время Барт продолжает свои поездки по Европе с лекциями. В 1948 году он посещает Венгрию и общается с руководителями Реформатской Церкви, жившими под коммунизмом. После своего возвращения в Базель, он написал несколько открытых писем, убеждающих венгерских христиан, что лучше "евангелизировать заблудших и запутавшихся венгерских людей", чем "протестовать против очевидной опасности коммунистической системы"1. За это утверждение Барт был обвинен в "мягкости" к коммунизму, особенно со стороны американских богословов. Позиция Барта о борьбе Востока и Запада состояла в том, что необходимо больше слушать друг друга, чем увеличивать враждебность и напряженность. В 1948 году Барт принял участие в собрании, учредившим Всемирный Совет Церквей в Амстердаме. Несмотря на то, что он участвовал в нем с некоторыми опасениями, он заметил позже, что принял эти экуменические старания, как полезные и результативные в большинстве моментов. Начиная

с

сороковых

годов,

главным

делом

Барта

стало

написание

его

монументальной работы: Церковной Догматики. Часть I: Введение (Прологомены), Доктрина Слова Божьего уже была опубликована в 1932 году. В 1942 году он завершает Часть II: Доктрина Бога. Часть III: Доктрина сотворения, публикуется в несколько этапов: Доктрина творения (1945), Доктрина человека (1948), Доктрина провидения и зла (1950), Этика (1951). Часть IV: Доктрину Примирения, Барт пишет до конца своей жизни, разделы этой части выходят с 1953 года до 1967 года, когда выходит последний раздел: Крещение, как основание христианской жизни. Последняя часть, задуманная Бартом: Искупление (эсхатология), так и осталась ненаписанной. Четыре части Церковной Догматики составляют 13 томов его самой значимой работы, которая по мере выхода на немецком языке переводилась на другие языки и была в центре внимания всего богословского мира. 1

Barth, Karl How I Changed My Mynd, p57. Цит. по Muller p.44.


15 Карл Барт закончил свою земную жизнь 10 декабря 1968 года в родном Базеле в возрасте восьмидесяти двух лет.


16

1. Место доктрины Писания в евангельском богословии.

То как мы относимся к Библии влияет на все наше мировоззрение, как христиан. От отношения богослова к Библии зависит все его богословие. В этом разделе мы покажем важность доктрины Писания в евангельском богословии, а также рассмотрим вкратце ортодоксальный взгляд на Писание.

1.6.Писание - основание богословия.

Доктрина Писания - несомненно, определяющая доктрина в евангельском богословии. В различных богословских школах мы можем встретиться с различными подходами к построению богословия. Одни начинают построение своего богословия с доктрины о Боге (например, Фома Аквинский) другие с доктрины о Писании (большинство современных евангельских богословов). Барта, скорее всего, можно было бы отнести ко второму типу богословов, как делает это Эриксон в своем обзоре христианского богословия 1, но хотя Барт и начинает свою Церковную Догматику с доктрины Слова Божьего, нельзя сказать, что он начинает с Писания, скорее он начинает говорить сразу об откровении Божьем во Христе. Так или иначе, но каждый богослов, определившись в своем отношении к Писанию, на основе библейских данных будет делать свои дальнейшие богословские выводы. Поэтому так важно определиться как тот или иной богослов определяет свое отношение к природе Писания. Насколько оно авторитетно для него? Признает ли он Писание за откровение Божье? Доктрина Писания за последние два столетия стала одной из самых спорных доктрин

1

Эриксон М. Христианское богословие / Пер. с англ. - СПб.: Библия для всех, 1999. с.24-26.


17 в богословии. Авторитет Писания стал активно отстаиваться апологетами христианства, после того, как рационализм XIX века подверг его сильнейшей критике. Библия была поставлена рационалистами в ряд других моральных "учебников" человечества. Все сверхъестественные элементы были отнесены к неразвитому мифологическому мышлению авторов Библии. Но ответ на эту критику тоже был не всегда достаточно взвешенным и аккуратным. Да и вряд ли это возможно требовать в условиях "войны". Библия, как таковая, как сборник богодухновенных текстов, была признана ортодоксами божественной во всем и во всех ее составляющих. В каждом слове, букве и запятой искался богодухновенный смысл. Это затруднило вообще всяческую интерпретацию, и даже новые переводы Библии, отвергались, как еретические. Наверное, такой максимализм был оправдан борьбой с либерализмом. Но довольно странно и даже опасно, когда военные методы используются в мирное время. А выводы сделанные евангельскими христианами тогда, к сожалению, до сих пор остаются рабочими и применяемыми в богословии. В XX веке споры о роли Писания продолжались и обретали все новые и новые формы. Одним из таких споров стал вопрос о том, является ли Библия Словом Божьим. Причем, здесь рассматривались все возможные варианты: вся ли Библия является Словом Божьим? всегда ли Библия предстает перед читателем Словом Божьим и другие подобные вопросы. Многие евангельские христиане "утверждают не только то, что Библия содержит в себе Слово Божье, но и то, что она является Словом Божьим, то есть 'Святое Писание и Слово Божье - это понятия взаимозаменяемые' "1. Такие строгие утверждения приводят к не менее строгим спорам. Для Барта, взгляды которого мы рассмотрим в следующем разделе, утверждение о взаимозаменяемости терминов "Слово Божье" и "Священное Писание" не приемлемо. 1

Мюллер Д.Т. Христианская догматика. Учебник по догматическому богословию для пасторов, учителей и мирян. / Пер. с англ. - Sterling Heits, MI: Фонд "Лютеранское Наследие", 1998, с.118


18

1.7.Ортодоксальный взгляд на Писание.

В

качестве

примера

ортодоксального

евангельского

взгляда

(но

не

фундаменталистского) приведем здесь книгу лютеранского богослова Мюллера Д.Т. Христианское богословие. Мюллер пишет: "Божественное Слово Святого Писания обладает бесконечною, всемогущею силою, ибо та же всемогущая сила, которая по существу находится в Боге, посредством передачи (сообщения, communicative) присутствует в Его Слове."1 Здесь мы встречаемся с попыткой приписать Писанию божественные атрибуты (в данном случае атрибут всемогущества). По мнению Мюллера, божественная власть никогда не должна отделяться от Слова Писания. По его мнению "Святой Дух не действует помимо или вне Слова, но всегда в Слове и через него"2. При этом, надо помнить, что Мюллер под Словом понимает только Писание.

Тем

самым,

из-за

благих

побуждений

защиты

авторитета

Писания,

ограничивается суверенитет Бога рамками Библии. Если принять утверждения Мюллера и подобных ему богословов, то тогда придется поставить в зависимость действие Божье на человека напрямую от познания этим человеком Библии. При этом человеческая личность становится определяющей в познании Бога, тогда как познание Бога полностью определяется Его волей и самооткровением. Мюллер приводит утверждение ранних лютеранских богословов, что "Святое Писание действенно также extra usum (вне употребления)"3. Непонятно при этом на кого или на что оно действует. Ведь если нет употребления и нет субъекта воздействия, то нет и самого 1

Мюллер, с.158. Там же, с.159 3 Мюллер, с.161. См. также рассмотрение учения о extra usum у Барта: Barth, Karl, Church Dogmatics (4 Vols.; ed. G. W. Bromiley and T. F. Torrance; Edinburgh: T & T Clark, 1939-69) Vol. I, part 1, p.124. Далее ссылки на это издание упоминаются, как CD № тома, № части. 2


19 этого действия. Мюллер объясняет это утверждение, что "этими словами они хотели сказать, что Святой Дух навечно связан со Словом, так что оно сохраняет свою силу даже тогда, когда оно не используется."1 Но сила Божья принадлежит Духу Святому непреложно, а не сохраняется в чем-то отличном от Него. А говорить о том, что Дух Святой может быть связан чем-то, близко к ереси. При этом одним из главных аргументов в подтверждение такого странного утверждения приводится, что "Слово Божье не умалялось до уровня человеческих слов" 2. Но такое утверждение сродни утверждению, что Иисус никогда не умалялся до человеческого естества. Хотя, как мы знаем, все как раз наоборот: "Он [Иисус], будучи образом Божьим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным людям и по виду став как человек" (Фил.4:6-7). Уникальность Христа проявляется в Его богочеловечности. Догмат о двух природах Христа был выстрадан и развит Церковью после трудной борьбы, но принес победу христианскому богословию и правильному взгляду не только на личность Христа, но и на мир в который Он пришел. Пропасть лежащая между божественным и человеческим была преодолена Христом. И несовместимость этих двух природ, соединилась во Христе. Подобным образом и Писание имеет двойственную природу, божественное вдохновение и человеческое авторство. И говоря об одном, не стоит забывать и о другом. Фундаменталисты, в большей степени как наследники протестантской схоластики, чем реформаторов, стали жертвой ошибки в их отношении к Библии. Протестантская схоластика настаивала, что каждое слово Библии было сверхъестественно вдохновлено, не только в манере передачи, но даже в пунктуации. Свобода Реформаторов, была заменена жесткостью, которая отвергала в Библии не только жизнь, но и авторитет. Авторитет Писания был отстранен от его источника в Боге и Его откровении, и был помещен в руки

1 2

Мюллер, с.161. там же.


20 людей.1 Истинное значение авторитета Писания, замечает Барт "не 'фундаменталистское', в котором считается, что священный текст, как таковой есть истинный и окончательный источник познания"2. Напротив, Библия получает свой авторитет от Божьего откровения, а не берет его из самой себя, как окончательного откровения. Барт предупреждает: Мы должны быть безумными, настоящими безумцами в библейском смысле этого слова, если для самих себя или для других, мы претендуем быть опытными носителями откровения, дающими доступ к познанию откровения, которое или передается нам институционально или вселяется в нас персонально, что Римо-католики применяют к авторитету своей Церкви, фундаменталисты к библейскому тексту, а сектанты к своему внутреннему голосу.3

1

См. Bolich, Gregory G. Karl Barth and Evangelicalism, Downers Grove, Illinois: InterVarsity Press, 1980, p.123 CD IV,2 p.119. Цит. по Bolich p.123. 3 CD IV,2 p.124. Цит. по Bolich p.123-124. 2


21

2. Учение Карла Барта о Библии.

В этом разделе мы рассмотрим понимание Бартом Библии и применение им Писания в своих богословских выводах. Прежде всего, надо отметить, что Барт уделял огромное значение Писанию для познания Божьего откровения и для использования Библии в церковном провозглашении. Но при этом мы попытаемся разобраться, как же Барт смотрел на природу Писания, как он соотносил понятия "Священное Писание" и "Слово Божье". Для этого важно понять, что он имел в виду, говоря о том, что "Библия содержит Слово Божье" и "Библия становится Словом Божьим". Эти выражения часто критиковались и до сих пор критикуются некоторыми евангельскими богословами, поэтому мы также рассмотрим и эту критику. Мы рассмотрим только некоторые знаменитые выражения, которые часто приводятся, чтобы показать позицию Барта относительно Писания. Но, наверное, кроме всех его прямых высказываний о Библии очень важно то, как Барт использовал Библию в своем богословии. Если мы откроем его Церковную Догматику, то обнаружим несколько десятков библейских цитат и ссылок на одной странице, заполненных мелким текстом. Интересно, что некоторые его коллеги по неортодоксальному лагерю даже критиковали его за то, что он, подобно фундаменталистам, слишком часто приводит библейские цитаты для подтверждения своих мыслей. Также и в проповедях он опирается на строгую библейскую экзегезу. Его проповеди основаны на конкретных библейских текстах и все его проповеди, несомненно, христоцентричны. "Барт верил, что единственной целью проповеди было объяснение Писания... Проповедник должен спросить: 'О чем говорит эта проповедь?', а потом он должен спросить: 'О чем говорит текст?' И если проповедь говорит не то же, что и текст, тогда это не проповедование. Проповедник должен разъяснять книгу и ничего


22 больше."1 Предваряя проповеди Барта, включенных в сборник лучших проповедников за всю историю Христианства, Фонт пишет в своем предисловии: Для Барта Библия была как основанием, так и судом для каждого аспекта христианской жизни, включая проповедь. Он говорил, что Христианство только тогда является живой верой, когда оно 'не стыдится действительно быть со всей серьезностью верой книги'. Библия это только прямое свидетельство об откровении во Христе и Церковь может потерять свою истинную веру, если не будет придерживаться 'Израильского интереса' к каждому предложению, слову и букве. Это не означает, что Барт имел фундаменталистский взгляд на Писание; Библия являет 'деяния' Бога и то как Он открывает себя во Христе. Барт признает человечность библейских авторов, он верит, что за словами, подверженным ошибкам человек открывает безошибочную истину.2 Именно обращение Барта к Библии сделало из него великого богослова. Еще в 1918 году он писал: "Если бы мы только скорее вернулись к Библии!" 3 Он видел проблему, того богословия в котором он был научен, в отходе от истин Писания. Особое внимание к изучению апостола Павла, послужило для Барта основной причиной разрыва с либеральным богословием, который начался со второго издания его комментария: "Послания к римлянам" в 1921 году. Как пишет Громадка теология Барта "рождается из все более интенсивных усилий добраться до сути свидетельства Ветхого и Нового завета. Барт узнал, что в словах Павла звучат иные тона, чем те, которые он слышал прежде." 4 Сам Барт так рассказывал в последствии о написании "Послания к Римлянам": "Я начал читать это [послания ап. Павла], как если бы никогда не читал этого раньше."5 Барт строил свое богословие на откровении Божием во Христе. Поэтому, мы начнем наше исследование доктрины Писания Барта, с рассмотрение доктрины откровения. Потом 1

Barth Karl // 20 Centuries of Great Preaching. Vol.10 Luccock to Niebuhr. C.E. Fant, W.M. Pinson. Word Books, Publisher, Waco, Texas. 1971, p.102-103. 2 Ibid, p.102. 3 Из письма к Турнейзену от 11 ноября 1918г. Цит. по Jungel., p.32. 4 Громадка Й.Л., с.111. 5 "Nachwort," в книге Bolli, Schleiermacher Auswahl, p.294. Цит. по Jungel, p.32.


23 перейдем к доктрине Слова Божьего, которое есть выражения Божьего откровения. Далее мы рассмотрим собственно доктрину Писания, как часть доктрины Слова Божьего и перейдем к разъяснению спорных моментов в доктрине Писания у Барта.

1.8. Понятие откровения.

Прежде чем прейти непосредственно к рассмотрению доктрины Священного Писания у Барта, важно определить какое место в его богословии занимало понятие откровения. Можно сказать, что Божье откровение у Барта является отправной точкой для его богословия. Только через самооткровение Божье человек может познать Его и не через чтолибо еще. И в первую очередь (если не единственную, как мы можем найти у раннего Барта) Бог открывает Себя через Слово. Чтобы лучше представить, что диалектическое богословие, представителем и одним из основателей которого был Барт, понимало под откровением, обратимся к статье Пауля Тиллиха на эту тему. Тиллих пишет: Откровение есть то, вполне неожиданное, чего нельзя включить в историю религий, то чего никакой апологетикой нельзя обосновать и никакой полемикой нельзя опровергнуть... Было бы бессмысленно прибегать к историческим процессам для его доказательства или опровержения, ибо и исторические процессы принадлежат к человеческим возможностям... Но столь же неправильно будет, если мы дадим Откровению испариться в Идее; Откровение есть подлинно историческое событие, совершившиеся на определенном месте, в определенное время, с определенными людьми и возвещенное одной определенной книгой - Библией.1 Откровение, находящееся вне истории, приходит в историю и обретает конкретные формы и проявления. И в главной и полной мере это откровение заключается в

1

Тиллих Пауль Диалектическая теология // Пер. с нем. - Путь - сентябрь 1925 - №1 - с.116.


24 богочеловеке Иисусе Христе.

1.8.1. Иисус Христос как откровение Бога

Иисус есть единственное и истинное откровение Бога. Барт решительно отвергал, так называемое естественное богословие, которое признавало, другое откровение, помимо Христа. В Барменской декларации, составленной Бартом, мы читаем: Иисус Христос, как он засвидетельствован нам в Священном Писании, есть единое Слово Бога, которое мы должны слушать, которому мы должны доверять и покоряться в жизни и в смерти. Мы отвергаем ложное учение о том, что Церковь якобы может и должна признавать в качестве источника своего провозвестия помимо этого единого Слова Бога и рядом с ним еще и другие события и силы, образы и истины как откровение Бога.1 Для Барта помыслить, что откровение может быть заключено где-либо кроме как во Христе, означало, что приход Иисуса Христа на Землю был не нужным и не необходимым условием нашего познания Бога, а всего лишь одним из проявлений Бога. А это есть отвержение Самого Христа. "Единое Слово Бога от века и навеки значит: Иисус Христос. Так оно засвидетельствовано в Священном Писании Ветхого и Нового Завета."2 Иисус Христос есть единственное откровение Бога, а потому и Церковь основывает свою веру только в Нем. Она не провозглашает свое правильное видение на мир, а находит это в откровении, данном во Христе и преданном через Писание. Барт пишет об этом: Когда Церковь возвещает откровение Бога, то она не говорит исходя из - пусть даже глубоко продиктованного верой видения правды о мире и человеке. Она не толкует эти события и силы, образы и истины, но - связанная своим заданием и освобожденная заключенным в ней обетованием - читает и 1

Барт Карл Барменская декларация // Социально-политическое измерение христианства: Избранные теологические тексты XX в. (Переводы) - М.: Наука, 1994, с.63. 2 Barth, Karl, Kirlchlihe Dogmatik II,1 c.200. Цитируется по изданию Барт Карл Познаваемость Бога // Социально-политическое измерение христианства: Избранные теологические тексты XX в. (Переводы) - М.: Наука, 1994, с.53


25 разъясняет Слово, которое есть Иисус Христос, и Книгу, которая о Нем свидетельствует. И она благодарна за познаваемость Бога, в которой Он дал нам Себя, дав нам Своего Сына.1 Бог не может быть найден нигде, кроме как во Христе. Ни в природе, ни в человеческом опыте, ни в чувствах. Хотя это и может косвенно свидетельствовать о Нем, познать Бога вне Христа невозможно. Вне Слова невозможно обратиться и получить оправдание. Барт настаивает на уникальности Христа, как откровения Божьего: "Бога нельзя познать вне Его единого Слова - Иисуса Христа... Но во Христе Бог действительно открывает себя, т.е. позволяет сделать себя настоящим объектом познания." 2 Барт строил свою христоцентричную теологию с помощью метода, который принято называть христологической аналогией. "В отличие от естественной теологии, умозаключающей от творения к Творцу, христологическая аналогия Барта идет 'вертикально сверху' - от Бога к человеку... Для Барта христианская теология - ответ на приходящее 'вертикально сверху' суверенное Слово Бога: это, и только это. Значит, теология не противопоставляется вере."3 Барт в своем комментарии на Послание апостола Павла к Римлянам обращает особое внимание на слова Павла, что Бог "открылся Сыном Божьим в силе, по духу святыни, через воскресение из мертвых" (Рим.1:4). Он пишет в своем комментарии: "Иисус как Христос есть план, лежащий за пределами нашего восприятия. Тот план, который известен нам, он пересекает вертикально сверху... Воскресение есть откровение: раскрытие Иисуса как Христа, явление Бога и постижение Бога в Иисусе."4 Для познания Бога необходимо, чтобы Он Сам по своей благой воле решил открыться человечеству. Бог - субъект, инициатор откровения. "Бог открывает Себя. Он открывает Себя через Себя. Он открывает Себя. Если мы действительно хотим рассматривать 1

Социально-политическое измерение христианства, с.53. Лезов С.В. История и герменевтика в изучении Нового Завета. - М.: "Восточная литература", 1996, с.317. 3 Лезов, с.317. 2

4

Barth, Karl. The Epistle to the Romans. Trans. E.C.Hoskyns. Oxford Univ. Press, 1933, p.29-30.


26 откровение со стороны этого субъекта, то есть Бога, тогда, прежде всего мы должны понимать, что этот субъект, Бог, Открывающий, идентичен с Его действием в откровении и также идентичен с результатом (эффектом) откровения."1 Троичность Бога, по Барту, тоже проявляется в Его откровении: "Бог, который в неразрывном единстве есть Открывающий, Откровение [процесс откровения] и Откровение [результат откровения], есть тот же, которому принадлежит и неразрывное разнообразие в Себе, имеющий в этом тройственный тип существования."2 Откровение Бога, в первую очередь, есть воплощенное Слово Бога - Иисус Христос, Его личное присутствие, поэтому даже когда мы говорим о том, что Бог присутствует в Церкви, таинстве, проповеди, Писании, мы должны, по мнению Барта, отвергать всякую возможность какого-либо человеческого влияния на это присутствие Бога, которое есть суверенный божественный акт. Откровение Бога в Писании, например, всегда есть событие, которое не контролируется человеком, поэтому учение католической церкви о высшем авторитете Церкви в толковании Писания через доктрины и традиции Церкви необходимо отвергнуть как ограничение божественного суверенитета. Протестантское ортодоксальное отождествление Слова Бога (откровения) и Библии, по мнению Барта, является "обожествлением" человеческой попытки записать божественное откровение (событие), которое всегда будет лишь попыткой человека.3

1.8.2. Откровение и история

В отличие от своих учителей Гарнака и Трельча, Барт не делает различия между Иисусом истории и Христом веры. Для Барта богословские вопросы должны быть 1

CD I,1 p.340. Ibid, p.344. 3 Barth, Karl. Against the Stream: Shorter Post-War Writings, 1945-52, p. 217 цитируется по Cobb, John B. Living Options in Protestant Theology. A Survey of Methods, Philadelphia: The Westminster Press, 1957. p. 174-175. 2


27 определяемы

рамками,

данными

божественным

откровением,

а

не

рамками

установленными самими людьми. Его позиция основывается на экзистенциальной идее, что между Богом и человечеством существует бесконечная пропасть и что человек несведущ в познании Бога. "Только божественное откровение может дать способность познания Бога. Наше знание Бога зависит только от чуда Божественного искупления во Христе, который "перекинул" мост через бездну. Иисус Христос, Слово Божье, является посредником для любого познания Бога."1 Бог становится объектом нашего знания через обретение формы в тварной сфере. Бог не обретает форму таким образом, что становится в один ряд с другими объектами. "Библейская вера зиждется на объективности Бога. Тем или иным путем Бог входит в объект, сферу, поле нашего рассмотрения и понимания точно таким же образом, как другие объекты."2 Но при этом Бог не является одним из множества других объектов, но "полностью уникальный объект уникального человеческого познания." 3 Нет другого объекта настолько полно обладающего силой собственного самораскрытия. 4 "Даже когда Он принимает решение открыть Себя, Бог свободен открывать Себя или нет… Тот факт, что Бог принимает форму означает, что Бог сам управляет не только нами, но также формой, в которой Он встречается с нами."5 Наше познание Бога по Барту является вторичным к самопознанию Богом Самого Себя, которое является первичным. Но то, что оно является вторичным и опосредованным, не означает, что Бог открылся для нас частично. Это не значит, что "мы имеем дело с ограниченным количеством Его существа, а не с еще некоторым другим количеством" 6 Это не означает, что мы все еще ждем откровение от другого бога, иного или высшего порядка

1

Ferguson, Duncan S. Biblical hermeneutics. Atlanta: John Knox Press, 1986, p.48 CD II,1 p.13. 3 Ibid, p.14 4 См. Hunsinger, George. How to read Karl Barth: the shape of his theology, Oxford Univ. Press, 1991, p.77 5 CD I,1 p.321. 6 CD II,1 p.51. 2


28 или откровения того же Бога в другой форме" 1 Наоборот, откровение это не что-то частичное или количественное. Нет высшей или другой или более полной истины, существующей над или вне этого откровения. Истина Божьей сущности не частично, но в полноте раскрыта для нас. Истина Божьей идентичности опосредована для нас в имени Иисуса Христа, Бога существующего в человеческой природе. Нет истины Божьей сущности высшей, отличной или более полной, чем истина Божьей сущности в человечности Иисуса Христа.2 "Откровение устанавливает связь через действие силы Слова Божьего. Откровение касается истории, как касательная касается окружности и наполняет содержание веры сверху, а не снизу от истории. Иисус истории остается неуловимым, но при этом реальным. Для Барта откровение остается соотносящимся с историей, но история благополучно отходит от этого относительного влияния."3 Бог действует в истории. Однако не следует отождествлять исторические события с откровением. Они – средства, через которые приходит откровение. Откровение не просто сообщение человеку какой – либо информации. Скорее это явление Богом самого Себя. Откровение это личная встреча между Богом и человеком. Что же касается Библии, то Библия –это запись, документ, свидетельствующий о том, что откровение имело место в прошлом. Библия – это сообщение о том, что откровение было, но не запись того, что собой представляет откровение. Это также свидетельство и обещание, что откровение снова может произойти. 4 Откровение не может заключаться только в описании исторических фактов: действий и слов, поэтому, как будет рассмотрено ниже, Библия не является самим Откровением, но свидетельством о нем. Исторические события и факты, созданные Словом Божьем и записанные в Библии, 1

Ibid. См. Hunsinger, p.78-79 3 Ferguson, p.48. 4 См. Эриксон М. Христианское богословие / Пер. с англ. - СПб.: Библия для всех, 1999, с.152-154. 2


29 составляют содержание веры. Откровение требует ответ человека, только тогда оно и является по настоящему откровением. Если Откровение конкретизируется в фактах, то вера (ответ человека на Откровение) эти факты раскрывает 1

1.9. Библия — записанное Слово Божье.

В этом разделе мы вплотную подходим к объекту нашего исследования: взгляду Карла Барта на природу Писания. Фраза "Библия - Слово Божие" приковывает к себе внимание многих богословов и в особенности тех, кто обсуждает (или осуждает) богословие Барта. Некоторые из них ставят в конце нее вопросительный знак, а кто-то пытается подобрать подходящее слово вместо тире (является, содержит, становится и т.д.). Все эти варианты в применении к богословию Барта мы попытаемся рассмотреть в этом разделе. Сначала необходимо правильно определить, что Барт называл Словом Божьим. После мы рассмотрим три формы, в которых проявляется Слово Божье. И подробнее остановимся на отношение Барта к Писанию, как записанному Слову Божьему.

1.9.1. Понимание Слова Божьего в богословии Барта.

Как мы уже отмечали Слово Божье это начальная точка богословия Барта. Именно с доктрины Слова Божьего он начинает свои Прологомены к Церковной Догматике2. Барт основал свою теологию на позиции противостоящей, как Римско-католической теологии, которая допускала естественную теологию, так и теологии религиозного самосознания, характеризующий протестантский либерализм последователей Шлеермахера. 1

Ср. Маннуччи В. Библия - Слово Божие, с. 43. Barth, Karl, Church Dogmatics (4 Vols.; ed. G. W. Bromiley and T. F. Torrance; Edinburgh: T & T Clark, 1939-69) The Doctrine of the Word of God, Prolegomena, Part1. Trans. G.T.Thomson, 1936. 2


30 Более того, он отвергал допущение любой метафизики или философии, диктующих начальные моменты и методы теологии. Поэтому он развивал теологию, основанную на Слове Божьем. В контрасте к интересу либерализма к христианской самодостаточности, интерес Барта был на Слове Божьем адресованном к человеку. В своей Церковной Догматике Барт рассматривает Слово Божье в троичной форме: провозглашенное Слово, записанное Слово и явленное Слово. В любом из случаев, Слово Божье должно пониматься как речь Бога или действие Бога, в которых Бог всегда является субъектом действия. Таким образом, Бог есть Господь своего Слова, и оно никогда не становиться собственностью человека. Для Барта доктрина Слова Божья есть христоцентричное понимание доктрины Бога, так как Слово Божье в первую очередь это Христос. А свою доктрину о Троице он строит на троичной форме Слова Божьего. Говорить о Слове Божьем это почти то же самое, что говорить о Самом Боге. Так как Бог известен нам только через то , что Он открыл нам, а Он открылся нам в Своем Слове. В вопросе о содержании Слова Божьего мы находим себя стоящими перед лицом той же трудности, которая встретит нас позже в догматике в вопросе о природе Бога, в общем. Бог и Его Слово не представлены для нас так же, как представляются для нас естественные и исторические сущности... Поэтому мы можем только через веру в Слово Божье сказать, кто Бог есть. Он есть Бог Отец, Сын и Дух Святой. И также мы можем только с точки зрения церковной действительности, внутри которой ограничено наше мышление, сказать, что Слово Божье, как единое Слово Божье, есть провозглашение, Писание и откровение.1 Мы ничего не можем сказать прямо о Боге, а знаем о Нем только через Его атрибуты, явленные нам, тоже относится и к Слову Божьему. Мы можем знать, что оно явлено для нас в трех формах, когда оно было произнесено для нас в этих трех формах. "Поэтому мы можем, несомненно, сказать, что есть Слово Божье, но мы должны говорить о нем 1

CD I,1 p.149


31 опосредовано (не прямо). Мы должны рассматривать формы, в которых оно является реальным для нас и в этих трех формах, в которых мы только можем воспринимать и рассматривать Слово, какое оно есть. Это "какое" есть отраженный образ, постижимый человеком, непостижимой природы Бога."1 Когда Барт говорит об откровении, либо о Слове, как акте откровения, он имеет в виду объективность Божьего деяния. Слово не тождественно внутреннему процессу веры. Слово воздействует на человека объективно, оно не зависит от человеческой веры или же от человеческого знания. Это объективное действие есть действие всеприсутствующего Бога, которое может быть познано только верою. "Это действие не может быть предметом ни спекулятивного мышления, ни нейтрального наблюдения и познания. Господь Бог снизошел к тому, чтобы и одновременно скрыть свое Слово в Писании. Это есть также кенозис. Бог присутствует в своем Слове, но Он скрывается за свитками и страницами Писания Ветхого и Нового Заветов, в вифлеемских яслях, за эмпирической фигурой Иисуса Назаретянина, он никогда не дается прямо человеку, он выше человеческой власти. Он остается тайной, хотя и говорит. Его Слово остается скрытым в написанной букве. Однако тот, кто чтит Духа Святого и взволнован им, воспринимает также Слово из Писания, слышит звуки, которые поистине приходят свыше. Писание для него становится носителем Слова Божьего. Бог в центре этого мира открывается по своей милости независимо от человеческих требований. Слово остается Словом независимо от того, познает и понимает его человек или нет. Истина Божья есть Божья истина, и она не зависит от нашего понимания. Если мне непонятно в данный момент какое-либо место в Писании, я обязан перечитывать снова и снова в отношении ко всей своей ситуации."2 Барт также напоминает, что нет Слова там, где нет таинства. Когда Слово Божье направлено к человеку, оно остается всегда скрытым в тайне. Бог остается Богом, который 1

Ibid, 149-150.

2

Громадка, с.159


32 живет в себе и собой, остается Господином над человеком и для человека неподступен, хотя ему и является. Когда мы объясняем или же истолковываем Слово, мы не должны пытаться как-то объяснить Господа Бога. "Когда человек что-то объясняет, он овладевает тем самым предметом своего объяснения. Слово Божье может быть изложено, но оно не может быть полностью охвачено и объяснено на человеческих основаниях. Бог, который говорит, остается постоянно для человека тайной."1

1.9.2. Три формы Слова Божьего

Барт видит единство в явлении Слова Божьего. Для него Слово это откровение, то, что Бог открыл этому миру в независимости от времени и места. Поэтому для него и явление Христа, и Писание и церковное провозглашение являются Словом Божьим. Но есть несомненный приоритет и подчинение в этих трех формах Слова Божьего. И начиная с "подчиненных" форм, Барт переходит в своем описании к "основным" формам. Алистер Мак-Грат отмечает: "Доктрина Барта о 'троякой форме Слова Божьего' выделяет троякое движение от Слова Божьего во Христе к свидетельству об этом Слове в Писании и, наконец, к провозглашению этого Слова в проповеди верующих. Таким образом, существует прямая и органическая связь между проповедью Церкви и личностью Христа."2 Барт начинает описание Слова Божьего с самого близкого выражения для нас церковного провозглашения. Оно является Словом Божьим, также как и Писание, когда последнее еще не было Писанием, а было церковным провозглашением и предавалось из уст в уста пророками и апостолами. Но церковное провозглашение подчинено Священному Писанию. Провозглашение строится на Писании и ограничено Писанием. 1 2

Там же, с.160. Мак-Грат ��листер Введение в христианское богословие / Пер. с англ. - Одесса: Богомыслие, 1998, с.180-181.


33 "Предположение, которое дает провозглашению быть провозглашением и через это Церковью быть Церковью, есть Слово Божье. Оно засвидетельствовало Себя в Священном Писании в слове пророков и апостолов, которым оно было передано первоначально и единожды для всех через Божье откровение."1 Провозглашение Барт разделяет на две части: слово Церкви - проповедь и дело Церкви - таинство. "Под 'провозглашением Слова Божьего' мы понимаем только проповедь и таинства... при этом главным является устное провозглашение."2 Проповедь это Божий рупор, через который Он говорит к человечеству сегодня. Слово, как проповедь, связывается с Тайной вечерей. Как и в таинстве, провозглашение не делает человеческие слова божественными, но дает божественному Слову быть услышанным. Есть четыре связи между Словом Божьим и провозглашением 3. Во-первых, провозглашение основывается на том, что дано Богом - на Слове Божьем. В этом смысле, Слово есть поручение, вернее Поручение с большой буквы, так как дано самим Богом. Вовторых, Слово есть объект провозглашения. Но только на столько, на сколько Слово есть объект реального провозглашения. В третьих, провозглашение судится Словом Божьим. Провозглашение только тогда является реальным провозглашением, когда стоит в подчинении этому суждению и открывает себя как истинную речь, которая по праву требует послушания. Четвертое, "Слово Божье есть само событие, в котором провозглашение есть субъект канона"4. "Признавая существование канона, Церковь декларирует, что в своем провозглашении она не находится сама по себе, но что поручение на основе которого она провозглашает, объект, который она провозглашает, суд, которому ее провозглашение подлежит и природа реального провозглашения, как события должны прийти от другого источника, извне и

1

CD I,1, p.98. CD I,1 p.89. 3 Эти связи описаны Бартом в CD I,1 pp.98-111. Ср. также Bolich, p.144-145. 4 CD I,1 p.104 2


34 обязательно извне. Прийти, как повеление полностью внешнего к ее канону." 1 Несомненно, этим источником является Бог и Его Слово, которое проявляется и дается в провозглашении на основе Писания. Писание является единственным основанием и ограничением провозглашения. "Признавая, что этот канон полностью отождествляется с Библией: Ветхим и Новым Заветами, со словом пророков и апостолов, она [Церковь] декларирует, что соотнесение ее провозглашения с чем-то конкретным и внешним есть не общий принцип или просто определяется формой, ... но что это соотнесение полностью определяется содержанием канона."2 И вне этого содержания, то есть вне текстов Писания, невозможно существования как церковного провозглашения, так и самой Церкви. Барт видит схожесть между Писанием и современным провозглашением Слова Божьего. Библию можно назвать Писанием только во вторичном смысле, так как в ней содержится то, что первоначально передавалось из уст в уста. "Но даже в такой форме, как Писание, она должна быть признана не столько как исторический памятник, сколько церковный документ, записанное провозглашение."3 Отличие, которое Барт видит в сегодняшнем провозглашении от Писания, в том, что "реальность провозглашения сегодня ограничивается основанием на Священном Писании и своими обязательствами к нему, в этом состоит основное отличие записанного слова пророков и апостолов от всех других человеческих слов, сказанных позднее в Церкви и тех, которые необходимо сказать сегодня."4 В церковном провозглашении, как Слове Божьем заключается преемственность веры от апостолов. "Апостольская преемственность Церкви должна означать, что она [Церковь] ведома каноном, т.е. словом апостолов и пророков, как необходимым правилом для всего происходящего в Церкви"5, в том числе и для церковного провозглашения. И это должно 1

2

Ibid, p.113-114

CD I,1, p.114. Ibid. 4 Ibid p.115. 5 Ibid p.117. 3


35 происходить так, чтобы слово апостолов и пророков было на первом месте, свободно и независимо от провозглашения Церкви. То есть церковное провозглашение находится в подчинении у слова пророков и апостолов. Вторая форма, в которой предстает нам Слово Божье это Писание. Писание является записанным Словом Божьим. Оно является основанием для возвещения и свидетельством о воплощенном Слове.1 Третья форма Слова Божьего в понимании Барта это Слово воплощенное или явленное - Иисус Христос. "Фактически откровение не отличается от личности Иисуса Христа и также не отличается от примирения, которое мы получаем в Нем. Сказать 'откровение' это тоже, что сказать 'Слово стало плотью'." 2 Можно заметить, что для Барта важнейшим текстом Нового Завета является Иоан.1:14: "Слово стало плотью и обитало с нами." Приход Бога в этот мир, событие Эммануила для Барта имеет настолько решающее значение, что некоторые критикуют его за то, что он придает Рождеству слишком большое внимание в ущерб Пасхе. Но так говорить было бы неправильно, так как воскресение для Барта это также явление Христа, откровение Бога людям, как и Его рождение. Иисус Христос, явленное Слово Божье, есть основа для Писания и провозглашения. Писание удостоверяет прошлое откровение во Христе, и "удостоверять - означает указать в правильном направлении помимо себя на что-нибудь еще." 3 Авторитет, как Писания, так и церковного провозглашения находится в явленном Слове Божьем. Все три формы Слова Божьего находятся в единстве. Они неразрывны друг от друга. Нет трех Слов, есть только одно единое Слово. Барт так описывает взаимоотношение трех форм Слова Божьего:

1

Учение Барта о Писании будет подробно рассмотрено в следующих разделах. CD I,1 p.134 3 Ibid, p.125 2


36 Явленное Слово Божье мы знаем только из Писания, принятое через церковное провозглашение или из церковного провозглашения основанного на Писании. Написанное Слово Божье мы знаем только через откровение, которое делает провозглашение возможным или через провозглашение, ставшее возможным через откровение. Провозглашенное Слово Божье мы знаем только через познание откровения, удостоверенного через Писание или через знание Писание, которое удостоверяет откровение.1 Через рассмотрение трех форм Слова Божьего Барт переходит в своей Церковной Догматике к рассмотрению доктрины Троицы.2 Так как Троица являет Себя только в Слове. И только через познание Слова, можно познать Бога.

1.9.3. Священное Писание как Слово Божье.

Как мы уже отмечали, Барт был богословом, который начал свое богословие в революционном отходе от либерализма. И одной из отличительных черт этого отхода было изменение отношения к Писанию. Чешский исследователь Барта, богослов Йозеф Громадка пишет: "Барт пришел к убеждению, что Священное Писание ни в какой мере не является ни проявлением голоса совести, ни свидетельством сочувственного отношения к человеку. Слово Божье судит человека, в нем мы сталкиваемся с реальностью."3 Барта обвиняли, что он придумал определенную систему - диалектическое богословие и, исходя из этой своей системы, строил свое отношение к Библии. И Барт отвечал на это: "Я читал Писание и понял, кто есть Бог и кто есть человек. Бог есть Творец, а человек есть творение. Моя система основывается на том, что я взял Слово Божье всерьез. Мое познание

1 2

CD I,1 p.136 Bolich p.151

3

Громадка, с. 114.


37 в том, что когда в Библии говорит Бог, человек может и должен молчать." 1 Библия является уникальной книгой. В ней мы слышим голос Божий и встречаемся с Божьим Сыном. В ней небесное встречается с земным, и божественное с человеческим. Громадка пишет об этом так: Чем отличается Ветхий и Новый Завет от других книг? Ведь он несет на себе эмпирически все следы человечества, как и остальные книги. Как может быть, что для меня именно эти книги, книги Ветхого и Нового завета приносят голос с другого мира? Как можно понять, что здесь говорит реальность с другого мира? В этом заключается проблема выявления смысла, с которой мы будем постоянно встречаться. Существует старая теория боговдохновенности, получаемой от Слова. Если принять тезис, что все книги Писания продиктованы Святым Духом, все проблемы исчезнут. Однако теория о боговдохновенности не может помочь в том, чтобы человек лично познал Слово живого Бога, и то, как оно вмешивается в его жизнь, говорит ему, чтобы человек осознал, что Бог пронизывает его горизонтальную линию...2 Как отличить, к примеру, что есть в Писании Слово Божье, а в чем надо видеть колорит эпохи? Этого вы не найдете у Барта. Он говорит, что мы не имеем права проводить черту между Божьим Словом и колоритом эпохи. Иначе говоря, может создаться впечатление, что Слово Божье для Барта - это лишь нечто изложенное в Писании. Однако это неправильно. Барт видит различие между откровением и вдохновением. Громадка отмечает: Сначала меня должно вдохновить видение, и лишь после этого я пойму вдохновение

Писания.

А

не

наоборот,

что

предполагает

теория

боговдохновенности Писания, которая предполагает возможность видения с опорой лишь на написанное. Откровение первично, вдохновение вторично. В Писании Божьим Словом является не только то, что я признаю таковым. Не имею права выбирать из Писания лишь нечто потребное сейчас. Если мне какая-то часть Библии именно в данный момент ничего не говорит, то я не 1 2

Цит. по Громадка, с.115-116. Громадка, с.116-117


38 должен считать, что это не Слово Божье. Наоборот, я обязан снова и снова перечитывать эти места, сравнивать их, ставить их в зависимость от других слов Писания до тех пор, пока будет ясна важность и этого места. Не я господин Писания, Писание (по своей сущности, а не только как "буква") является моим господином. Дойти до истинного "Слова" - задача простая и вместе с тем чрезвычайно сложная.1 Барт основывает свое представление о Писании на первичности откровения Бога. И так как Церковь провозглашает Слово, через воспоминание (реколлекцию) откровения, то Писание представляется здесь средством этого воспоминания. Но воспоминание заключается не просто в умственном, то есть историческом смысле. Воспоминание здесь предстает в онтологическом смысле, как наш отклик на откровение: "Библия это конкретный

посредник,

через

который

Церковь

воспоминает

Божье откровение,

совершенное в прошлом и призвание ожидать откровение в будущем и посредством этого призывает, уполномочивает и ведет к провозглашению."2 Для Барта важно здесь подчеркнуть посреднический характер Библии, то есть показать ее реальное место в познании откровения. Библия необходима для познания откровения, нельзя познать откровение, как только через Библию. Но она не может отождествляться с самим откровением.

1.9.4. Связь между церковным провозглашением и Писанием.

На основе понимания провозглашения, как Слова Божьего, Барт показывает, что оно имеет прочное основание в Писании. Церковь не может жить и проповедовать сама по себе. Она должна быть укоренена в Слове. Мы говорим, что церковное провозглашение должно быть основано на 1 2

Громадка, с.117-118. CD I,1, p.124-125


39 воспоминании прошлого и ожидании будущего откровения. Основание воспоминания есть нечто, несомненно, идентичное с объектом воспоминания. Мы говорим, надеясь, что мы не можем видеть, то есть, чего мы не можем допустить быть настоящим - о реализованном провозглашении, о Слове Божьем провозглашенном в Церкви; на основе того, что Божье Слово уже было произнесено, что откровение уже имело место быть. Поэтому мы проповедуем, воспоминая. Что значит, воспоминание об откровении, которое уже имело место быть? Воспоминание о Божьем прошлом откровении должно означать, во-первых, актуализацию открытости Бога, первоначально присущую в существовании каждого человека, то есть познаваемость Бога неотъемлемо принадлежит каждому человеку. Воспоминание о Божьем прошлом откровении будет идентично открытию и свежему восприятию давно скрытой, забытой и неиспользованной части и, при этом, наиболее центральной и важной части того, безвременного сущностного состояния самого человека, называемого взаимоотношением с вечным абсолютом.1 Здесь Барт ссылается на Августина, который писал о воспоминании, как о поиске чего-то важного. Наша разум ищет того, в ком он нуждается: Когда сама память теряет что-то, как это случается, когда мы забываем и силимся припомнить, то где производим наши поиски, как не в самой памяти? И если случайно она показывает нам что-то другое, мы это отбрасываем, пока не появится именно то, что ищем. А когда это появилось, мы говорим "вот оно!". Мы не сказали бы так, не узнай искомого, и мы не узнали бы его, если бы о нем не помнили. Мы о нем, правда, забыли. Разве, однако, оно совсем выпало из памяти и нельзя по удержанной части найти и другую? Разве память не чувствует, что она не может целиком развернуть то, к чему она привыкла как к целому?... Мы не могли бы искать утерянного, если бы совершенно о нем забыли.2 Согласно Августину Бог это тот, о ком мы вспоминаем и кого мы ищем. А согласно Барту, найти, то есть открыть Бога, мы можем, только вспоминая прошлое откровение через 1

CD I,1 p.111-112 Исповедь: 10, XIX, 28. Цит по изданию Аврелий Августин, Исповедь / Пер. с латин. - М.: Республика, 1992, с.141 2


40 обращение к Писанию. Ибо только в Писании есть свидетельство об откровении. Святое Писание по Барту это сущность, которая отличается от провозглашения и подчиняется ему. "Воспоминание, на основании которого мы ожидаем Божьего откровения, не может быть воспоминанием вневременной сущности самой Церкви." 1 То, что Церковь вспоминает, должно находиться вне Церкви, приходить к ней извне, тогда церковное провозглашение станет истинным. И то, что Церковь вспоминает, действительно существует и это определяется в первую очередь существованием канона Писания. "Церковь призвана, уполномочена и ведома в ее провозглашении Святым Писанием, это подразумевает утверждение, что Святое Писание тоже есть Слово Божье." 2 Интересно, что здесь Барт подчеркивает, что Писание тоже есть Слово Божье, тем самым напоминается, что Писание это только часть понятия Слова Божьего. Писание есть Слово Божье в точно такой же степени, в какой мы применяем это утверждение к реальному провозглашению. Воспоминание Божьего прошлого откровения, раскрытое в каноне, вера в обетование слова апостолов и пророков... и через это существование настоящей апостольской преемственности - все это есть событие, и может быть понято только как событие. В этом событии Библия есть Слово Божье, то есть в человеческом слове пророков и апостолов представлено Само Слово Божье, и именно так, как событие реального провозглашения.3 Но признание Библии Словом Божиим не находится в нашей власти. Человек должен понимать и занимать данное ему Богом место и не ставить себя на роль судьи: Тот факт, что Божья речь становится событием в человеческом слове Библии есть, однако, Божье дело, а не наше. Что же мы имеем в виду, когда говорим, что Библия есть Слово Божье? Мы исповедуем и признаем, посредством этого, что воспоминание Божьего прошлого откровения, без которого невозможно Церковное провозглашение, есть в большей степени Божья благодать и дар, 1

CD I,1 p.113 Ibid, p.122. 3 Ibid. 2


41 чем средство, в котором наше собственное провозглашение нуждается. Достижение

воспоминания

заключено,

конечно,

не

в форме нашего

овладевании Библией, но если Библия овладеет нами и по причине того, что она нами овладевает, мы начинаем воспоминать и достигаем этого воспоминания.1 То есть откровение Слова Божьего становится известно нам через Библию, но не мы являемся инициаторами познания, а Бог. Библия есть Слово Божье, по причине того, что Бог действует через нее. "Библия настолько есть Слово Божье, насколько Бог дает ей быть Словом Божьим, настолько насколько Бог говорит через нее." 2 Здесь не требуется человеческого решения, но требуется выбор между послушанием и противлением Слову. Поэтому Писание, на котором строится возвещение Церкви, несомненно, содержит Слово Божье и является им, но при этом, мы не можем закрепить это в статических формулировках. Как пишет об этом Брюс Мецгер: Форма, в которой Слово Божье присутствует в Писании, не должна представляться статически, подобно вещественному содержанию, а как динамическое духовное действие. Слово и Писание связаны, они образуют органическое единство, относясь, друг к другу, как душа и тело. Однако никакая эмпирическая аналогия не в состоянии выразить взаимоотношений Слова Божьего и Библии. Они уникальны и больше всего напоминают взаимодействие божественной и человеческой природы в Иисусе Христе, Слове воплощенном.3

1.10.

Содержание Писания: "Библия содержит Слово Божье."

Мы подошли к важному, но часто спекулятивному вопросу: "считал ли Барт, что Библия есть Слово Божье или она лишь содержит Слово Божье?" Хотя приведенный вопрос 1

CD I,1 p.123. Ibid. 3 Мецгер Брюс Канон Нового Завета. Происхождение, развитие, значение. / Пер. с англ. - М.: ББИ св. ап. Андрея, 1998, с.281. 2


42 не принадлежит конкретно кому-то конкретно из авторов, но в подобной форме он встречается у многих оппонентов Барта. На первый взгляд такой вопрос правомочен, так как выражение "Библия содержит Слово Божье" действительно встречается у Барта. Но что Барт имел в виду, когда он писал это? И действительно ли необходимо противопоставлять эти два утверждения и выбирать между "есть" и "содержит". В своей лекции Странный новый мир в Библии,1 которую чаще всего цитируют, приводя это выражение, Барт задается вопросом: "Что содержится в Библии?" 2 Что мы можем найти в Библии? Библия содержит историю. Историю множества людей и даже целых народов. Библия содержит мораль, множество "хороших примеров", источник для благочестивой жизни. Библия описывает также религиозные верования. Но самое главное, Библия содержит и открывает в себе "новый мир". "Мы находим в Библии новый мир, Бога, Божье правление, Божью славу, Божью непостижимую любовь. Не историю человека, но историю Бога! Не добродетель человека, но добродетель того, кто призвал нас из тьмы в чудный свой свет! Не точку зрения человека, но точку зрения Бога!"3 И здесь же он говорит, что этот новый мир открывается в Слове. В Слове самого Бога и не меньше. Содержание Библии составляет не правильные человеческие мысли о Боге, а правильные божественные мысли о людях. Библия говорит нам, не как мы должны говорить с Богом, но что Он говорит о нас? не правильное отношение, в котором мы должны находиться перед Ним, но завет, который Он заключил со всеми кто является духовными детьми Авраама и который он выкупил однажды и для всех в Иисусе Христе. Это то, что находится в Библии. В Библии находится Слово Божье.4 Барт пишет здесь, что в Библии находится Слово Божье (Библия содержит Слово 1

The Strange New World within the Bible // Barth, Karl. The Word of God and the Word of Man. Trans. D.Horton. New York: Harper Torchbooks, 1957, pp.28-50 2 The Word of God and the Word of Man, p.28. 3 Ibid, p.45. 4 The Word of God and the Word of Man, p.43.


43 Божье), но он пишет это не в противовес утверждению, что Библия есть Слово Божье, но, отвергая, то, что Библия содержит только человеческие слова, за которыми более ничего не стоит. Такой позиции придерживались многие богословы XIX века, и именно им и противостоит Барт здесь своим утверждением. То есть Барт здесь не умоляет божественную сторону Писания, а наоборот утверждает. Но при этом было бы неверно сказать, что Барт рассматривал Писание также как и фундаменталисты. Он говорит, что Библия есть Слово Божье, но с большой осторожностью. В этой осторожности нет неуверенности, но есть почтение к Богу и Его Слову, то есть к Его откровению. Нельзя отыскать Слова в другом месте, нежели в Писании, и нельзя трактовать его иначе. Слово Божье как бы прячется за словами и словечками, которые мы читаем. Но Слово, которое мы читаем, есть человеческое слово. Его собственная реальность связана с написанным текстом - но и с понятием Ветхого и Нового завета. Когда я читаю и разумею нечто в грамматическом и философском планах, у меня еще нет той реальности, которая кроется за буковками. Как ею овладеть? Это не неразрешимая проблема, но нужно дать правильный ответ. Конечно, ни одно понятие еще не гарантирует реальность и неспособно добраться до существования. Существование - это больше чем понятие, идея, мысль. Однако мыслить без понятий тоже нельзя. 1 Реальность не в самих понятиях, а за ними. Можно знать Писание совершенно логически, экзегетически, грамматически, и, тем не менее, от тебя останется отдаленным, если не принимается собственно реальностью Духа Святого. Истина, которая есть в Писании, не отлучена от слов, она с ними связана, однако, я не познаю ее, если она сама не овладеет мной. Господь Бог дал мне разум, логику и вообще все, чтобы я это использовал, но я не должен при этом забывать, что Он есть Господин всего. Истина должна овладеть человеком, чтобы он ее понял.

1

Громадка, с.129.


44

1.11.

Личная встреча со Словом: "Библия становится Словом

Божьим."

Мы рассмотрели значение утверждения Барта: "Библия содержит Слово Божье". Как мы увидели, это утверждение не противоречит тому, что Библия является Словом Божьим. Теперь обратим внимание на другое спорное утверждения в богословии Барта: "Библия становится Словом Божьим." Интересно, что в своем реформатском, кальвинистском богословии, основанном на детерминизме, Барт отводил большую роль ответу человека на откровение. Эта роль ни в коем случае не рассматривается им, как равноправное, или какое-либо другое, партнерство. Но, отвечая верой на Божье откровение, человек встречается с Его Словом в Библии. Библия становится для него Словом Божьим. Для каждого человека Библия может стать окном, открывающимся в небеса. Но происходит это не по воле человека, а по изволению Божьему, воспринятому верой человека. Ключевым здесь является просвещение христианина Духом Святым для восприятия духовных истин. Как сказано у апостола Павла, только "духовный судит обо всем" 1. То есть, воспринять откровение Божье возможно, только будучи просвещенным Духом Святым. Церковь с первых дней своего существования воспринимала эту истину. Интересно в этой связи высказывание автора II века, написавшего Послания к Диогнету: "Слово говорит через тех, кого избирает, и тогда когда пожелает."2 Как реформат, Барт большое значение придавал богословию Кальвина и нам будет уместно вспомнить утверждение Кальвина о действии Духа Святого в принятии Слова из Писания: "Услышав евангельское учение и сто и тысячу раз, мы ничего не извлекаем из него, если в нас не будет действовать своим Св. Духом Бог... и не напишет это учение в 1

1Кор.2:15 Цитируется по Мецгер Брюс Канон Нового Завета. Происхождение, развитие, значение. / Пер. с англ. - М.: ББИ св. ап. Андрея, 1998, с.249. 2


45 наших сердцах."1 Значение просвещения Духом Святым для принятия откровения в Писании признают даже самые консервативные богословы. Так например, Тиссен пишет: "Тот, кто вдохновил людей на создание Писания, просветил также умы и тех, которые читают его... Никто не может понимать правильным и верным образом Писание. Но Дух способен просветить ум верующего для понимания Писаний."2 Но при этом Тиссен замечает, что если мы принимаем, что Библия становится Словом Божьим, то тогда мы принимаем "субъективный подход к Писанию." И в таком подходе "Библия могла сказать одно одному человеку и нечто другое - другому человеку. Но такая позиция устраняет объективный подход к толкованию Писания. Она фактически удаляет истину, которую необходимо предложить." 3 Но Тиссен забывает, что здесь нет субъективности, так как понимание Библии и принятие истины зависит от просвещения Духом Святым, а Дух Святой несомненно являет объективную истину. Содержание Библии может быть выражено в утверждении: "пророческое апостольское Слово есть слово свидетельства, провозглашения и проповеди об Иисусе Христе"4. Так же как и провозглашение, Библия имеет характер "события". "В этом событии Библия есть Слово Божие, то есть в этом слове человеческое слово пророков и апостолов представляет Слово Самого Бога."5 Но, что это значит? Означает ли это, что Библия становится Словом Божьим? "Для меня Слово Божье событие, а не вещь. Поэтому Библия должна становиться Словом Божьим, и это происходит через действие Духа"6 Это прямое признание Барта

1

Homil. in I lib. Samuel. - OC, XXIX, 380. Цитируется по изданию Кальвин Жан Наставления в христианской вере. т.2, кн.III / Пер. с фран., англ. - М.: РГГУ, 1998, с.16, прим. a 3. 2 Тиссен Кларенс Лекции по систематическому богословию / Пер. с англ. - СПб.: Библия для всех, 1994, с.77. 3 Там же, с.79. 4

CD I,1 p.121. Ibid, p.122-123. 6 Karl Barth, Karl Barth's Table Talk, p.41 Цит. по Bolich p.145. 5


46 вызывающее излишнее беспокойство и неевангельскую реакцию части консерваторов. Они старались понять Барта на основе неполных сведений о его учении. Некоторые обвиняли его в том, что он говорил о божественном Слове, которое должно быть отделено от человеческих слов, по человеческому рассуждению. Другие, обвиняли Барта в том, что он говорил, что Библия есть Слово Божие только в той степени, в которой человек принимает его, и только в тех частях, где по их решению, они слышат Бога. Но это неадекватные утверждения. Они имеют небольшое сходство с тем, что действительно говорил Барт. 1 Что же означает выражение "Библия становится Словом Божьим" с точки зрения Барта? Приведем еще одну цитату из Церковной Догматики: Утверждение - "Библия - Слово Божье" есть исповедание веры, утверждение веры, которое подразумевает, что Сам Бог говорит через человеческое слово в Библии. Разумеется, что когда мы высказываем это утверждение в вере, мы полагаем его истинным вне зависимости от нашей веры, выше всякой другой веры, мы полагаем его истинным вопреки нашему безверию, истинным не в плане описания нашего относительного библейского опыта, а как описание деяний Божьих в Библии, независимо от имевшегося у нас опыта. Это, выражаясь точно, есть та вера, которая может отличить и воспринять деяния Бога, Его явление в нас, вне зависимости от самой себя и любого другого опыта, связанного в той или иной степени с верой: другими словами не человек овладевает Библией, а Библия овладевает им. Таким образом, Библия становится Словом Божьим в этом событии и маленькое слово 'есть' в данном утверждении: 'Библия есть Слово Божье' содержит свое бытие в этом становится.2 Повторимся, что в этом становлении нет никакой субъективности и оно не зависит от нашей веры или отношения. Библия становится Словом Божьим не по причине приспособления к ней нашей веры, а потому что она становится для нас откровением. Но она становится откровением для нас вне всякой нашей веры, она существует как 1

См. Bolish p.145.

2

CD I,1 p.123 (см. также Маннуччи, с.204)


47 Слово Божье даже вопреки нашему неверию. Мы можем допустить истинность Библии и исповедовать ее, как истину в нас и для нас, только в вере: в вере против неверия; в вере, в которой мы смотрим не на нашу веру и неверие, а на действие Бога, но смотрим в вере, а не в неверии. И поэтому, мы не отстраняемся от действия Бога, в силу которого Библия время от времени должна становится Словом Божьим для нас.1 Таким образом, можно сказать, что описание деяний Божьих становится для конкретной личности Словом Божьим в результате личной встречи с Богом. Барт, говоря о том, что Библия становится Словом Божьим, прежде всего, подчеркивает важность личностного участия в принятии истины, и отвергает возможность стать верующим просто посредством признания истинности какого бы то ни было набора верований или убеждений. Эмиль Бруннер делает интересное аналогичное замечание в своей Догматике: "Слово Библии становится Словом Божьим только тогда, когда сам Бог говорит с нами. Это то, что наполняет нас подлинным чувством преклонения, ве��ы и любви к Богу, но не эти чувства аксиомный принцип общения с ним, а то, что мы действительно встречаемся с Богом, который открывается нам через Писание... зовет нас и беседует с нами"2.

1.12.

Посредническая роль Писания: Библия как свидетельство об

откровении.

Мы уже говорили о том, что нельзя приравнивать откровение и его запись - Писание. Сам Христос говорит о Писании, как о свидетельстве о воплощенном Слове: "Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне." (Ин.5:39)

1 2

CD I,1 pp.123-124. Brunner E.. Dogmatique. Tom III. p. 298 Цитируется по Маннуччи В. Библия - Слово Божие, стр 205.


48 "Пророческое и апостольское Слово есть слово свидетельства, провозглашения и проповеди об Иисусе Христе. Обетование, данное Церкви в этом слове есть обетование милости, выраженной в личности, который есть истинный Бог и истинный человек. Милости, которая принимает нас к себе" 1 И главным здесь является, провозглашения Эммануила, провозглашение того, что Бог с нами, Бог посреди нас. Это есть основное содержание Писания. Для Барта авторы Писания это "свидетели о Слове. Вернее они его первичные свидетели, потому что они были призваны Словом, бывшим прямо в их сердцах, и они были избраны для передачи и подтверждения его другим людям. Эти люди, библейские свидетели о Слове, пророческие мужи Ветхого Завета и апостольские мужи Нового Завета. Они были современниками истории, в которой Бог устанавливал свой завет с людьми. В действительности они стали свидетелями современности в силу того, что они видели и слышали эту историю."2 Барт, комментируя первый стих Евангелия от Иоанна ("В начале было Слово"), пишет: "Слово есть там, где есть Бог. Следовательно, оно должно принадлежать Богу и быть той же природы, что и Бог. Не больше и не меньше чем присутствие Самого Бога требуется там, где присутствует Слово, там где оно произносится и будет произнесено. Он произносил его. Но Он и произносит его. И он произносит его опять. Для этого Слова - человеческое слово Евангелиста служит свидетельством."3 Многие возражения возникали в связи с отношением Барта к Священному Писанию. В особенности в описании Писания, как свидетельства откровения. Но большинство возражений возникают от недопонимания. Джефри Бромлей оправдывает использование Бартом слова свидетельство: 1

CD I,1 p.121. Barth, Karl. Evangelical Theology: An Introduction. Trans. G.Goley. Grand Rapids, Michigan: W.B.Eerdmans PC, 1979, p.26 3 Barth, Karl. Witness to the Word: A Commentary on John 1. Trans. G. W. Bromiley. Grand Rapids, Michigan: W.B.Eerdmans PC, 1986, p.27. 2


49 Слово "свидетельство" опасно в использовании его в обычном смысле, но если мы думаем о Библии, как свидетельстве так же, как Библия сама описывает пророков и апостолов, как свидетелей, это возможно не так подвержено возражениям, как делают некоторые критики Барта. Это то как, по крайней мере, сам Барт думает об этом и в этом смысле есть даже заслуга в том, что он использует слово, которое Библия использует по отношению к себе (ср. Ин.5:39).1 Некоторые обвиняют Барта, что он не верил в безошибочность Писания, потому что он сказал: "Свидетельское слово людей, которых мы слышим, подвержено ошибкам, так же как ошибаются сами люди."2 Но действительно ли Барт отвергал безошибочность Писания? Как и с вопросом, рассмотренным в предыдущем разделе, Барт был неправильно понят, так как подходил к этому вопросу по своему. В действительности, Церковная Догматика Барта стоит на основании Божьего откровения в своем Слове – Иисусе Христе. Для Барта, Библия не является сама по себе и в себе самой Словом Божьим. Если бы это было так, то она была бы независимым источником познания о Боге и независимым свидетельством о Божьем откровении в Иисусе Христе. Напротив, Библия является свидетельством, зависимым от откровения. Только в своей идентичности, как истинного свидетельства-провозглашения Библия может быть Словом Божьем. Короче говоря, Библия становится Словом. Это является чудом, а чудеса всегда были камнем преткновения. Чудо состоит в том, что "греховные и ошибающиеся люди, как таковые говорят Слово Божие; мы говорим о чуде, когда говорим, что Библия есть Слово Божие."3 Положение и роль Писания сохраняется не нами, а милостью Божьей: Когда мы обращаем Слово Божье в безошибочное библейское слово человека или библейское слово человека в безошибочное Слово Божие, мы отвергаем то, что никогда не следовало отвергать - истину чуда, что там, подверженные 1

Bromley G.W. Karl Barth's Doctrine of Inspiration, p.69. Цит. по Bolich p.146. CD I,2 p.507. 3 CD I,2 p.529. 2


50 ошибкам, слова человека говорят Слово Божье в подверженных ошибкам человеческих словах, и поэтому, мы отвергаем величие благодати, в которой Сам Бог становится человеком во Христе, для прославления Себя в Своей человечности.1 Эта размышления Барта показывают, что Писание не имеет своего собственного авторитета, но облечено авторитетом через Божье действие. Более того, не человеческое дело судить Библию, напротив человек судим ею. "Слово Божие настолько могущественно, что не связано тем, что мы думаем, что можем раскрыть и оценить как божественный элемент, содержание, дух Библии."2 Священное Писание вдохновлено Богом и "вдохновение Библии не может быть уменьшено нашей верой в нее."3 Библия это Слово Бога к человеку в словах самого человека. "Писание доказывает свою функциональную непогрешимость только в действии Божьей благодати, открывшей глаза человеку, чтобы увидеть Христа," 4 в Писании, через воздействие человеческих слов его авторов. Так понимается вдохновение Писания. Барт заключает: "Писание признается как Слово Божье, в факте, что оно есть Слово Божье. Это то, что мы называем доктриной свидетельства Духа Святого... Когда мы говорим 'посредством Духа Святого', мы говорим, что в доктрине Священного Писания мы хотим отдать славу Богу, а не самими себе."5

1.13.

Применение взглядов Барта для понимания Писания

Рассмотрим четыре особенности в применении взглядов Барта к евангельскому пониманию Писания.6 1

Ibid. CD I,2 p.531. 3 Ibid, p.534. 4 Bolich p.148 5 CD I,2 p.537. 6 Эти особенности взяты на основании рассуждений представленных Грегори Болишем (Bolich pp.195-201). 2


51 Во-первых, надо помнить, что для Барта "не только Бог, но Бог и человек совместно представляют

содержание

Слова

Божьего,

засвидетельствованного

в

Писании." 1

Евангельские христиане охотно принимают, только первую составляющую. Но чудо Библии состоит в ее существовании, как совместной инициативы Бога и человека, при главенстве Бога. Бог использует Писание особым образом: как единственный источник знания Божьего откровения. С точки зрения Барта, "Мы не имеем права ожидать вовлечение в реальность Божьего процесса откровения, для людей и среди людей, любого вклада, полученного от источника знания, отличного от Священного Писания." 2 Во-вторых, Библия имеет авторитет, не основанный ни на каком другом человеческом источнике (разуме, чувствах, церковном авторитете и т.д.). Барт выражает это в утверждении: "Библия признается, как Слово Божие через факт, что она есть Слово Божье. Это есть то, что мы называем доктриной свидетельства Духа Святого." 3 Это не тавтология, а признание уникального, ни с чем не сравнимого положения Библии. Авторитет Писания означает авторитет для Церкви, которая живет под Словом. "Под Словом и поэтому под Священным Писанием, Церковь имеет и испытывает истинный авторитет. Она имеет и испытывает это, через послушание, конкретное послушание." 4 Церковь не только должна проповедовать об авторитете Писания, но и реально подчиняться ему. Только провозглашение об авторитете Писания, без подчинения ему, - есть его отвержение. В третьих, Барт замечает, что "если Бог говорит к человеку, Он

действительно

говорит на конкретном человеческом языке, в словах человека. Это правильная и необходимая истина в концепции вербального вдохновения." 5 Это, однако, не ведет Барта к тем же заключениям о непогрешимости, что и многих евангельских богословов. Он верил, 1

2

CD I,2 p.207

CD I,2 p.207-208 Ibid, p.537 4 Ibid, p.586. 5 Ibid, p.532. 3


52 что "вербальное вдохновение не означает непогрешимости библейского слова в его лингвистическом, историческом и богословском качестве, как человеческого слова."1 Этот тезис важен для Барта. Быть человеком значит быть грешным, способным ошибаться. Человеческое слово - это слово способное ошибаться. Вербальное вдохновение означает для Барта, что способность к ошибкам и даже ошибочность человеческого слова, как оно есть, используется Богом, и оно слышится и воспринимается вопреки его человеческой способности ошибаться."2 Многие евангельские богословы, даже те, кто критикует Барта, уважают его за то, что он акцентировал внимание в вопросе вдохновения Писания, на продолжающееся действие Святого Духа. Так как Библия есть действие Божьей благодати, существование Писания, как Священного Писания, основывается не на унаследованной природе текстов, но на решении и действии Святого Духа.3 Четвертый момент, который необходимо отметить, это то, что обычно пропускают, читая Барта. Та же самая концепция богодухновенности Барта, которая принимает человеческую ошибочность Библии, также принимает и провозглашает божественную непогрешимость Священного Писания. Объясняя свой взгляд на возможность ошибок в Библии, Барт предваряет всякое обс��ждение возможности ошибок у авторов Писания, утверждением, что обсуждение возможно только "делая различие между вдохновением и божественной непогрешимостью Библии с одной стороны и человеческой возможностью ошибаться с другой" 4. Следуя линии реформаторов, Барт пишет: "Мы знаем, что мы говорим, когда мы называем Библию Словом Божиим, только признавая ее человеческое несовершенство пред лицом божественного совершенства и ее божественного совершенства вопреки ее человеческому

1

Ibid, p.533. CD I,2. p.533. 3 Ibid, p.532-535, 538. 4 Ibid, p.508. 2


53 несовершенству."5 Непогрешимость Священного Писания для Барта состоит в его существовании, как Слова Божьего в событии откровения. Библия непогрешима только в свете действия Духа Святого. Библия это несовершенное слово, свидетельствующее о непогрешимом Слове. Нужно ли нам принимать к рассмотрению взгляд Барта на Писание? Не приведет ли он нас к ошибочным выводам? Несомненно, как и любое другое мнение, будучи неаккуратно рассмотренное и максималистски принятое, это может привести нас к ложным богословским построениям и неправильным результатам. Но взгляды Барта заставляют нас задуматься о построении своего богословия, требующего аккуратного использования различных идей.

5

Ibid.


54

3. Взгляды Барта в контексте богословия ЕХБ.

Богословие Барта еще очень мало известно в России. Не известно оно и среди российских баптистов. Богословие Барта неизведанно, но чрезвычайно интересно, оно произвело в христианском мире в начале этого столетия целую теологическую революцию и стало "бомбой, упавшей на площадку для игр теологов" 1 Наверное, не так просто связываться с таким взрывоопасным веществом и при соприкосновении с ним необходимо быть очень осторожными. Но игнорировать его, мы не имеем права, так как, только узнав, "что же там взрывается", мы сможем использовать эту энергию на благо.

1.14.

Необходимость формирования богословия ЕХБ.

Богословие евангельских христиан-баптистов находится еще в самом начале своего развития. Вернее сказать, это в первую очередь касается оформленного, так называемого систематического или догматического богословия. Потому что Церковь, так или иначе, выражает свои взгляды, через свою практику, будь то проповедь, богослужение (литургия) или что-нибудь еще. Но в определенном моменте своего развития, особенно столкнувшись с внешним миром, не принадлежащим к Церкви и иногда, поэтому даже враждебно настроенным к ней, Церковь вынуждена сказать, что-то на языке, понятном не только ее членам, но и тем, кто находится вокруг нее, в том числе и тех, кто стоит в оппозиции к ней. Здесь мы и приходим к необходимости догматически выраженного богословия. Сейчас многие в нашей стране, при столкновении с баптистами, желают знать, кто же они такие: чем живут, что делают и во что верят. И если на первых два вопроса мы чаще 1

Ср. Саирсингх Кристер Карл Барт // Пер. с англ. - Страницы -1996 - №1 - с.25.


55 всего готовы ответить, то на третий обычно приводим довольно общие ответы, чаще всего состоящие из набора библейских цитат. Совершенно ясно, что такой ответ не может удовлетворить пытливого слушателя. Если же он попытается найти его в литературе, то его представление вряд ли будет адекватно соответствовать действительности российских евангельских церквей. Так, большинство литературы, доступной читателю выражает взгляды американских или в лучшем случае немецких баптистов, но никак не российских, которые в силу сложившихся исторических и культурных обстоятельств верят не совсем, так же как и их братья на Западе. Систематическое богословие необходимо также для правильного возвещения Слова в Церкви. Опираясь на разработанное богословие, пастыри могут лучше давать в проповеди адекватные и аргументированные ответы на те вопросы, которые ставит пред ними их паства и окружающий мир. В условиях, когда так тяжело быть едиными, богословие может стать хорошим стимулом для объединения братства не его основе. Все это приводит нас к пониманию важности формирования своего богословия. И здесь возможно несколько путей. Самый простой и, казалось бы, правильный это перенять всю богословскую систему западных баптистов, которая уже хорошо разработана. Но как было сказано выше, из-за различия в контексте существования это невозможно сделать. К тому же при этом нужно учитывать и различие в практике Церкви, что, несомненно, влияет и на образ веры. Есть большой соблазн, включится в уже существующую богословскую систему. Как самую близкую систему для нас мы чаще всего готовы выбрать североамериканский фундаментализм. Но эта богословская система, возникшая на рубеже XIX и XX веков, была ответом либерализму, процветавшему в то время. У нас нет таких внешних богословских условий, какие были у американских евангельских верующих в то время. Поэтому, нам не следует участвовать в старых североамериканских спорах. И было бы ошибкой для нас


56 принимать крайнюю форму евангелизма — фундаментализм. Другой путь более сложный, но и более продуктивный: рассмотреть различные богословские системы, и учесть достижения богословов за все время развития Церкви. Этот путь требует большей ответственности и труда. Но он и более продуктивен и благословен. Здесь нам и пригодится взрывное богословие Барта. Вот, что он писал о необходимости построения систематического богословия - догматики: Догматика не есть нечто, упавшее с небес на землю. И если бы кто-нибудь сказал, что было бы чудесно, если бы существовала такая снизошедшая с небес абсолютная догматика, то можно было бы ответить только так: 'Конечно, это было бы чудесно, но если бы мы при этом были ангелами!' Поскольку мы, по воле Божьей ими не являемся, то хорошо, что мы имеем хотя бы человеческую и земную догматику. Христианская Церковь существует на земле во времени, а не небесах. И хотя она есть дар Божий, Бог все же включил ее в земные и людские дела, и этому обстоятельству, безусловно, соответствует все, что происходит в Церкви.1 Богословие дает нам инструмент для благовестия. Оно осмысливает и формулирует веру Церкви для передачи ее другим. Но здесь есть и обратная связь. Благовестие подталкивает

богословие

к

правильному

выражению

христианской

веры,

использования в своих целях. Не было бы никакой догматики и не было бы вообще никакой теологии, если бы главная задача Церкви не заключалась в возвещении Евангелия, в свидетельствовании о сказанном Богом Слове. ... Ведь Церковь - это, несомненно, то место, где Слово звучит в мире. Так как возвещение сказанного Богом Слова, являющееся вместе с тем человеческим деянием, входит в задачу Церкви, то с самого начала появилась необходимость в теологии.2 Богословие по Барту, строго подчиненно Священному Писанию. Богословие строится на фундаменте Писания, поэтому оно может претендовать на истинность. Догматика сверяет возвещение Церкви со стандартом Священного Писания 1 2

Барт Карл. Очерки Догматики. Пер. с нем. Ю.А.Кимилева - СПб: "Алетейя", 1997, с.13. Очерки Догматики, с.15.

для


57 Ветхого и Нового Заветов. Священное Писание это документ, составляющий основу, сокровенную жизнь

Церкви, документ,

свидетельствующий

о

проявлении Слова Божьего в личности Иисуса Христа.1

1.15.

Сравнение взглядов ЕХБ и Карла Барта.

Как уже говорилось, богословие ЕХБ стоит в самом начале своего развития, и поэтому сравнивать такое богословие с мыслями теолога-гиганта было бы делом неблагодарным. Но после рассмотрения воззрений этого великого человека, хотелось бы понять, насколько его идеи и понимание христианства могут быть полезны нам. Поэтому мы рассмотрим некоторое соответствие (и возможно, несоответствие) между взглядами Барта и вероучением и практикой ЕХБ. Хотя еще в 1986 году, в год 100-летия со дня рождения Барта, в журнале Братский вестник Карл Барт был назван "исключительной личностью, которую по самобытности и смелости мышления можно сравнить с Фомой Аквинским и Мартином Лютером" 2, а о его работах сказано, что они "широко известны в христианском мире" 3, в нашем братстве его идеи напрямую не были известны. Интересно что, несмотря на критику Барта евангельскими богословами на Западе, в одной из немногочисленных книг, изданных нашим братством, Барт причислен в лагерь богословов, "обосновывающих подлинность и богодухновенность книг Священного Писания", в отличие от своего коллеги по неоортодоксии Рудольфа Бультмана, который назван "представителем отрицательной критики"4. Мы рассмотрим три аспекта в учении о Писании, которые можно считать схожими в богословии Барта и богословии нашего братства. При этом мы посмотрим, что в этих 1

Barth, Karl. Dogmatics in Outline. Trans. G.T.Thomson, New York: Harper Torchbooks, 1959, p.13. Карл Барт (К столетию со дня рождения) 1886-1962 гг. // Братский вестник. - 1986 - №5, с.47 3 Там же. 4 Мицкевич В.А. Библиология - 2 изд. М.:ФСЕХБ, 1993, с.12. 2


58 аспектах мы можем перенять у Барта.

1.15.1. Природа и содержание Писания.

Бог открывает Себя людям, и только через Его самооткровение люди познают Бога. Бог открывает Себя через Писание. Бог идет навстречу человеку, а это и значит, что Он открывает Себя. Но откровение имеет двойственную природу, оно богочеловечно. Оно предполагает человеческий ответ на Божью ини��иативу. Как пишет Бердяев: "Откровение не есть, что-то падающее на человека извне при совершенной пассивности человека. Тогда нужно было бы мыслить человека как кусок камня или дерева. Кусок камня или дерева не может по-настоящему предположить какую-то реакцию, соответствующую его природе. Должен быть центр излучения откровения, и в вере в такой центр мы — христиане."1 Для евангельских христиан-баптистов Библия всегда была путеводителем ко Христу, указывающим путь спасения. "В Библии Бог открывает Себя людям и указывает им путь спасения: 'Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его' (Иоан.20:31)."2 Так же как и в богословии Барта, Библия для евангельских христиан-баптистов является единственным источником божественного откровения. Она признается и принимается, как Слово Божие. В догматике ЕХБ сказано: "Мы убеждены, что Библия является действительно Словом Божьим; что это есть Слово Божье на языке человеческом; истинно божественное и в то же время истинно человеческое."3 Хотя здесь признается человеческая сторона Писания, не всегда на практике это убеждение находит должное место. Чаще всего подчеркивается только богодухновенность Писания и, в связи с этим, Библия приравнивается к откровению

1

Бердяев Н.А. Истина и откровение. Прологомены к критике Откровения. - СПб.: РХГИ, 1996, с.45 Библиология, с.15. 3 Бычков А.М., Мицкевич А.И. Догматика - 2 изд. М.:ФСЕХБ, 1993, с. 104. 2


59 Бога. Понятия "Писание" и "Слово Божие" используются как взаимозаменяемые 1. Тем самым человек как бы становится способным обладать откровением, "держать его в руках". И место высшего авторитета в жизни христианина занимает книга, которая является свидетелем о Том, Кто должен быть этим высшим авторитетом. Поэтому, важно провести разграничение между откровением Божьим, Его Словом и свидетельством о нем в Библии. А это разграничение очень хорошо представлено в богословии Карла Барта. При этом Библия остается Словом Божьим, но она уже не может занять место Бога и сделаться идолом. В богословии ЕХБ есть также схожесть с позицией Барта в христоцентричном отношении к Писанию. Барт видел предназначение Писания в свидетельстве о Христе. Он видел единство Библии и неотделимость Ветхого и Нового Заветов. "Для него Иисус Христос есть центр откровения Нового Завета и, несомненно, все Писание, включая Ветхий Завет, концентрируется на Христе. Во Христе приходит полота Божьего самооткровения и все Писание в первую очередь указывает на это самораскрытие. Так, например, значение сотворения не может быть в полноте понято из чтения книги Бытие, но только после рассмотрения богословского объединения Творца и творения в личности Иисуса Христа."2 В среде ЕХБ христоцентричный подход к Писанию также весьма распространен: "Иисус Христос является сущностью и целью Библии... Писания с первой книги и до последней свидетельствуют об Иисусе Христе."3 Понимание всего Писания в первую очередь, как свидетельства о Христе, несомненно, является очень важным. Но при этом, необходимо избегать в излишней "искусственной" привязке каждого текста Библии, в особенности Ветхого Завета к личности Христа, что приводит часто к аллегорическому толкованию. Страницы Писания часто предвосхищают явление Христа или указывают на Него косвенно. Необязательно видеть в каждом 1

О проблеме, связанной с заменой этих понятий, см. п.2.2 в данной работе. Ferguson, p.24. 3 Библиология, с.15. 2


60 предложении аллегорическое описание Спасителя, но нужно помнить, что главной нитью, пронизывающей всю Библию, является весть о Христе.

1.15.2. Значение просвещения Духом Святым.

Иисус оставил обетование своим ученикам, что Дух Святой "наставит вас на всякую истину" (Иоан.16:13). Дух Святой открывает нам истину Писания. И это мы называем просвещение Духом Святым. "Дух Святой не только творец Писания, но и Наставник во всякой истине его (Иоан.16:13; 2Пет.1:20). Поэтому нам дорога молитва Псалма 118:18: 'Открой очи мои и увижу чудеса закона Твоего'."1 Только Дух Святой может открыть человеку подлинный смысл Писания и дает ему увидеть там Бога и встретиться с Ним. "Никакие истины о Боге или других духовных предметах не могут быть понятны и приняты человеком, пока Дух Святой не откроет их ему."2 Такое представление о воздействии Духа Святого на читателей Писания, свойственно всему евангельскому богословию, в том числе и богословию ЕХБ. Однако, мы видим, что не на всех людей Дух Святой через Писание оказывает одинаковое действие. В учебнике ЕХБ по библиологии так сказано об этом: Сама Библия говорит, что она есть Слово Божье, ее собственные изречения и свидетельства служат сильнейшим доказательством ее божественности. Однако никто не может прийти к истинному убеждению сердца относительно божественности Слова Божьего, как только Духом Святым. Он производит это убеждение, открывая человеку духовные очи, давая познать чудеса закона и испытать спасительную силу Слова Божьего в сердце. Лучшее из всех доказательств,

постижения

которого

каждый

должен

домогаться,

это

доказательство личного опыта. Если мы имеем его, то нам не нужно других 1 2

Библиология, с.19. Догматика, с. 99.


61 доказательств и никто не сможет нас поколебать в убеждении, что Библия Слово Божье; без этого же личного опыта никакие другие доказательства не помогут.1 Эти воззрения очень схожи с тем, о чем Барт говорил, что Библия становится Словом Божьим. Только через личную встречу с Богом, мы можем постигнуть Его и Его Слово. Только восприняв верой, мы принимаем Писание как Слово Божье. Приняв положение о том, что Библия становится Словом Божьим, мы решаем проблему разного воздействия Библии на читателей. Но здесь нужно избегать двух ошибок. Первое, не нежно преувеличивать субъективность восприятия Писания. Писание дано нам всем одно и хотя Дух Святой действует на каждого по-своему, это тот же самый Дух, который вдохновлял авторов Писания. Поэтому и открывать Он будет именно те истины, на написание которых Он и вдохновлял авторов Писания. Второе, чего необходимо избегать, так это излишнего спиритуализма. Истины, которые открывает нам Дух Святой не существуют где-то еще помимо Писания, но находятся в нем. Поэтому не следует ожидать, и даже следует избегать, новых откровений, не заложенных в Писании.

1.15.3. Роль церковного провозглашения.

Барт, рассматривая Слово Божье в троичной форме, уделяет довольно большое место церковному провозглашению как Слову Божьему. Такое серьезное отношение к миссии Церкви, как передаче откровения Божьего, заслуживает внимательного рассмотрения и применение в богословии нашего братства. В нашем братстве есть похожее восприятие проповеди как возвещения Слова. Авторы курса по гомилетике пишут: 1

Библиология, с.332.


62 "Если проповедник говорит, то говорит не от себя, но от имени Бога. Он представляет себя в виде граммофонной пластинки, на которой запечатлевает Святой Дух Свои речи, которые он хотя и несовершенным голосом, но в точности передает людям. Такое сознание придает евангельской проповеди особую силу и, даже, как бы власть над сердцами." 1 Интересно, что здесь применяется такая же аналогия в отношении проповеди, какую Брунер, коллега Барта по неоортодоксиии, применяет к Писанию. 2 Проповедник не является совершенным, возвещая Слово, и его проповедь также может быть подвержена ошибкам. Но Дух Святой, совершая свое дело, производит чудо, так что проповедь, основанная на записанном Слове, также становится Словом Божьим. Понимание

проповеди,

как

возвещения

Слова

Божьего

ставит

проповедь

действительно на центральное место служения Церкви. При этом обретает важность, основание проповеди на Писании, то есть то, что проповедь должна обязательно и основательно строиться на Писании, разъяснять его, а не открывать некие "новые истины", взятые из опыта или из чувственного восприятия. Во-вторых, это ведет нас к тому, что проповедь должна указывать на воплощенное Слово, явившего Собой Бога на нашего Спасителя Иисуса Христа. Именно Он должен быть центром нашего возвещения.

1 2

Мицкевич А.И., Савченко П.Д. Краткий курс по гомилетике - 2 изд. М.:ФСЕХБ, 1993, с.20 См. Эриксон, с.160.


63

Заключение

В настоящей работе мы рассмотрели взгляды великого протестантского богослова этого столетия Карла Барта на природу Священного Писания и применение этих взглядов для развития богословия евангельских христиан-баптистов. На протяжении веков христиане определяют и переопределяют свое отношение к Писанию. Одни совсем забывают о нем. Другие находят ему место только на дальних полках своих библиотек или, заключив в золото и, повесив замок, пользуются им только как предметом культа и при этом забывают узнать, а что же там внутри. Что содержится в Библии? Барт ответил, что в Библии содержится Слово Божье. Для Барта Слово Божье проявляет себя в трех формах: в Слове воплощенном – Иисусе Христе, в Слове записанном – Священном Писании и в Слове провозглашенном – возвещении Церкви. Барт строил свое богословие на откровении Бога в Иисусе Христе. Христос для него центр и отправная точка богословия. Мы можем познать Бога только если Он откроется нам. А Он открылся нам в Своем Сыне, поэтому, мы можем познать Бога только через познание Его Сына. А Христа мы можем знать только через свидетельство пророков и апостолов, записанном в Писании. И хотя слова пророков и апостолов остаются человеческими словами, они открывают нам Спасителя. Они также подвержены ошибкам, как и любые другие человеческие слова. Подверженность ошибкам не означает обязательное их наличие, но в признании их возможности подчеркивается обычный человеческий характер слов авторов Писания. Но Бог совершает чудо, используя эти подверженные ошибкам слова для того, чтобы передать безошибочную истину людям. И в этом проявляется божественная сторона Писания.


64 Священное Писание дано нам всем одно. Но его действие на разных людей различно. Это объясняется тем, что Писание становится Словом Божьим для каждого человека лично. Только лично встретившись с Богом, мы можем увидеть за строками Писания свидетельство о Божьем откровении. На

основании

Писания

строится

церковное

возвещение,

которое

является

провозглашенным Словом Божьим. Цель такого возвещения сходна с целью пророков и апостолов – указывать на Иисуса Христа, пришедшего в мир, чтобы спасти людей. В настоящее время, когда наше братство формулирует свою веру, что бы найти свою идентичность в современном мире и передать ему весть о Спасителе, важно найти те правильные слова и формулировки, которые адекватно передадут веру Церкви. Необходимо войти в этот мир со словами о любви и прощении, протянуть ему руку. И в этом случае богословие Барта может послужить хорошим инструментом для построения собственного богословия.


65

Библиография

Литература на русском языке Справочники 1. Барт Карл // Тони Лейн. Христианские мыслители. / Пер. с англ. - СПб.: Мирт, 1997, стр. 257-263. 2. Барт Карл // Христианство: Словарь - М.: Республика, 1994, стр. 46-47.

Источники 3. Августин Аврелий. Исповедь. / Пер. с латин. - М.: Республика, 1992 4. Барт Карл. Очерки Догматики. Пер. с нем. Ю.А.Кимилева - СПб: "Алетейя", 1997. 5. Барт Карл Познаваемость Бога // Социально-политическое измерение христианства: Избранные теологические тексты XX в. (Переводы) - М.: Наука, 1994, стр.45-53. 6. Барт Карл Барменская декларация // Социально-политическое измерение христианства: Избранные теологические тексты XX в. (Переводы) - М.: Наука, 1994, стр.54-65. 7. Бердяев Н.А. Истина и откровение. Прологомены к критике Откровения. - СПб.: РХГИ, 1996. 8. Громадка Й.Л. Перелом в протестантской теологии. / Пер. с чешск., англ. - М.: "Прогресс", "Культура", 1993. 9. Кальвин Жан Наставления в христианской вере. т.1-2, кн.I-III / Пер. с фран., англ. - М.: РГГУ, 1998. 10. Лезов С.В. История и герменевтика в изучении Нового Завета. - М.: "Восточная литература", 1996. 11. Мак-Грат Алистер Введение в христианское богословие / Пер. с англ. - Одесса:


66 Богомыслие, 1998. 12. Маннуччи В. Библия - Слово Божье. Общее введение в Священное Писание. / Пер. с ит. М.: "ЭЛИА-АРТ-О", 1996. 13. Мецгер Брюс Канон Нового Завета. Происхождение, развитие, значение. / Пер. с англ. М.: ББИ св. ап. Андрея, 1998. 14. Мицкевич А.И., Савченко П.Д. Краткий курс по гомилетике - 2 изд. М.:ФСЕХБ, 1993. 15. Мицкевич В.А. Библиология - 2 изд. М.:ФСЕХБ, 1993. 16. Мюллер Д.Т. Христианская догматика. Учебник по догматическому богословию для пасторов, учителей и мирян. / Пер. с англ. - Sterling Heits, MI: Фонд "Лютеранское Наследие", 1998. 17. Тиссен Кларенс Лекции по систематическому богословию / Пер. с англ. - СПб.: Библия для всех, 1994. 18. Эриксон М. Христианское богословие / Пер. с англ. - СПб.: Библия для всех, 1999.

Периодические издания 19. Карл Барт (К столетию со дня рождения) 1886-1962 гг. // Братский вестник. - 1986 №5, стр.47. 20. Брек Иоанн, священник. Православие и Библия сегодня // Пер. с англ. - Альфа и Омега 1996 - №4 - стр.8-26. 21. Саирсингх Кристер Карл Барт // Пер. с англ. - Страницы -1996 - №1 - стр.24-27. 22. Тиллих Пауль Диалектическая теология // Пер. с нем. - Путь - сентябрь 1925 - №1 стр.113-126.


67

Литература на английском языке Справочники 23. Barth Karl // Evangelical Dictionary of Theology. Ed. by W.A.Elwell. Grand Rapids, Michigan: Booker Book House, 1984, pp. 126-127. 24. Barth Karl // The New International Dictionary of the Christian Church. Gtn. ed. J.L.Donglas. Zondervan, Michigan. 1974, pp. 107-108.

Источники 25. Barth, Karl, Church Dogmatics (4 Vols.; ed. G. W. Bromiley and T. F. Torrance; Edinburgh: T & T Clark, 1939-69) The Doctrine of the Word of God, Prolegomena, Part1. Trans. G.T.Thomson, 1936. The Doctrine of the Word of God, Prolegomena, Part2. Trans. G.T.Thomson and H. Knight, 1956. 26. Barth, Karl. Dogmatics in Outline. Trans. G.T.Thomson, New York: Harper Torchbooks, 1959. 27. Barth, Karl. The Epistle to the Romans. Trans. E.C.Hoskyns. Oxford Univ. Press, 1933. 28. Barth, Karl. Evangelical Theology: An Introduction. Trans. G.Goley. Grand Rapids, Michigan: W.B.Eerdmans PC, 1979. 29. Barth, Karl. The Faith of the Church. A commentary on the Apostle's Creed according to Calvin's Catechism. Translated from the French. New York: Meridian Books, 1958. 30. Barth, Karl. The Word of God and the Word of Man. Trans. D.Horton. New York: Harper Torchbooks, 1957. 31. Barth, Karl. Witness to the Word: A Commentary on John 1. Trans. G. W. Bromiley. Grand Rapids, Michigan: W.B.Eerdmans PC, 1986. 32. Barth, Karl and Bultmann, Rudolf. Barth Bultmann Letters : 1922-1966, 1982


68 33. Barth Karl // 20 Centuries of Great Preaching. Vol.10 Luccock to Niebuhr. C.E. Fant, W.M. Pinson. Word Books, Publisher, Waco, Texas. 1971, pp. 93-136 34. Bolich, Gregory G. Karl Barth and Evangelicalism, Downers Grove, Illinois: InterVarsity Press, 1980. 35. Busch, Eberhard. Karl Barth: His Life from Letters and Autobiographical Texts, Trans. John Bowden. Philadelphia: Fortress Press, 1976. 36. Brunner, Emil. The Christian Doctrine of God, Dogmatics: Vol. I. Philadelphia: Westminster Press, 1949. 37. Ferguson, Duncan S. Biblical hermeneutics. Atlanta: John Knox Press, 1986. 38. Frei, Hans W. Types of Christian theology, New Haven and London: Yale Univ. Press, 1992. 39. Johnson, William Stacy. The Mystery of God : Karl Barth and the Postmodern Foundations of Theology (Columbia Series in Reformed Theology), Louisville: Westminster John Knox Press, 1997 40. Jungel, Eberhard. Karl Barth : A Theological Legacy, Philadelphia: Westminster Press, 1986 41. Hunsinger, George. How to read Karl Barth: the shape of his theology, Oxford Univ. Press, 1991. 42. Mueller, D.L. Karl Barth. Makers of the Modern Theological Mind. Waco, Texas: WordBooks, Publisher, 1972. 43. Ramm, Bernard. Protestant Biblical Interpretation: A Textbook of Hermeneutics, Grand Rapids: Baker Book House, 1970.


Karl Barth's Doctrine of Scripture