Page 1

1 10.12.2013, 18:52,

Александр Юрченко alexandreevich2011@yandex.ru

СКИФ ∙ ( | глава ) "Герой минувших дней" Лежишь, герой минувших дней, Ты царский скиф и сын степей, Средь бела дня, в черте прилива, В тени ветвей, где плачет ива, Где в спешке вод течет Салгир, И ветер на поверхности реки Несет прохладу в знойный день. Земля у берега- твоя постель, А рядом конь твой боевой Нашел клочок травы живой. На поле выжженной земли, Под солнцем пламенной страны, Лежишь, герой грядущих дней, Ты скиф и воин – Искандер. Хорошая досталась нам земля, Пусть не особо плодородная она, Но всё ж бескрайний вид полей Для глаз моих всегда милей, Чем стены крепости Боспорской. И великий град Пантикапей, Прохлады леса северной границы, И моря дивного зарницы, Не променяю я на край степей Отраду для души моей.… Так думал он, в руках траву сжимая, Смотря на неба синие черты, Тогда, казалось, только мир бывает, И жизнь возможна без войны! Внезапно, вдалеке, чуть слышно Движенье краем уха уловил. Не обманулся он! А вот и стук копыт! И с опозданьем сокола спустил Ему доверенный в охрану следопыт, О всаднике он не успел предупредить! Но скиф был воин молодой, смышленый, Он следопыту подал знак рукой, Чтоб не вступал тот в бой. А сам, разгоряченный, Припал к земле. И всадник, к смерти обреченный, Уж приближается к нему стрелой, Своим стремительным галопом, Закатным солнцем освещенный! Уже поводья бросив, прыгает с коня, Как вдруг, вздымается земля,Блеснул на солнце акинак,

Юрченко Александр


2 - «Палак!» -

- « Мой, брат,послушай,право », Промолвил Искандер, смеясь, - «Тебя я принял за Сармата», Ничуть своей затеи не стыдясь, Он простодушно улыбался, Пока Палак слова найти пытался, Чтоб как-то всё же оправдаться. Стоял багровей самого заката, Что так легко в засаде оказался. - « Остынь, прошу, и слушай молча: Опять над родиной беда, Опять Сармат в покрове ночи Границу перешел вчера! Что надо им, я не пойму никак, В просторах нашей стороны? Своих степей им не хватает? Зачем стремятся к нам они? Что гонит их на земли наши, Своих соседей - скифов племени? Ведь сам ты знаешь, что в родстве мы, Из одного наши народы семени!» - « Я вижу: осень уж наступит скоро, В твоих угодьях урожай поспел, И в том году с отцом вернулся из похода, И с миром свыкнуться ты не успел. Но я тотчас, лишь весть услышав, К тебе направился домой, Скажи теперь мне свои мысли, Сердечный друг мой дорогой!» - « К тебе сейчас я обращаюсь, Внемли мне, будто нет родства меж нами, Дружину в бой вести я собираюсь, Меня поддержишь ты войсками?» - « Кому же, к черту, нужен урожай, Когда в беде наш дом родной, Когда народ, сосед наш буйный, Опять идёт кровавою войной, Кто будет сеять, собирать, пахать, Когда враги ворвутся в наши земли? Пойдут людей бить и сжигать, Дома, поля и скот в деревнях!

Юрченко Александр


3 И для кого пшеницу собирать, И мне в миру покойно отдыхать, Когда по землям в одиночку племя, Положит доблестную рать?» - « С тобой, Палак я, воины тоже, Весь запад Таврики поднимем! Веди нас в бой, наш господин, Чтоб знал Сармат, нам Бог поможет! Чужой земли мы не отнимем, Но и своей не отдадим!» Смеркалось... В лучах заката уходящих, Во степи скакала рать, Столичный город был их целью,Их царь на битву созывал, Затем, чтоб лагерем вокруг столицы стать, Войска по всей стране собрать, Народ к войне он призывал! <~> Всадники в кромешной тьме скакали, Холодно в степи, и, кутаясь плотнее в покрывала, Отряды цепью выстроились плотной, Их ночь от любопытных глаз скрывала. - « Скажи мне, брат!,» - Палак промолвил как-то, Всегда вопрос прескверный мучает меня, С чего ты избегаешь новый град наш, и своим укладом Ты, как отшельник, иногда ведешь себя? Ведь знаешь, гостем там желанным, Всегда ты будешь долгожданным, Но вместо этого свободный час, Проводишь ты вдали от нас?» - « Я ненавижу нависающие своды Домов, что небо отнимают у меня, И сковывает мою с конем свободу Из камня нешироких улиц теснота! И вид эллинов, снующих меж коней, я не терплю! И их повадки и привычки тоже не люблю! Их страсти: лицемерие, содомию и сребролюбие, На наших братьев скифов внемлющих влияние! Ты на меня, уж право, не сердись, И будет новый год, - с семьей ты соберись, К себе я лучше позову тебя, Простор земли вам покажу, Раздолье, море и поля! Ну а столицу, в общем, не люблю, Уволь меня!»-

Юрченко Александр


4 Рассвет настал, два всадника уставших, Всю ночь в степи во тьме скакавших, Достигли города столичного. Тот город - новый дом их был, Когда полки врагов разбили Царей минувших храбрые дружины, То новый царь Скилур воздвиг Прекрасный город и великий, Из камня с грозными стена'ми. И бог войны на площади, трехликий, Следил за новыми войсками, Что приходили на поклон к царю, И среди них царевич молодой Привел с рассветом рать свою, И в тронный зал, с покрытой головой, Вошел, как равный, сын отца, И в помощь всех богов он призывал, И дозволенья спрашивал идти в поход, И за собой на битву повести войска... <~> Да будет пир! Коль скоро в бой, Скилур зовет накрыть столы! Царевич славься! Ведь звездой Освещены деянья славные твои! И славьтесь племени мужи, Дружина царских скифов рать, Защитники родной земли, Ведь ремесло у вас лишь воевать! Пусть будет пир! Да здравствует всегда Скилур - наш царь, царевич молодой – Палак, Царевна Лада, - его прекрасная сестра! Да будет счастлива правящая семья! Играют музыканты песнь, И трубадуры весть разносят О подвигах былых и славных, И на серебряных подносах Выносят пищу и Таранда: Лежит недвижим царь степей Наполовину бык, а головой олень, Его оракул призывал к столу, Чтоб зверя дух помог ему Увидеть то, что будет сквозь века, И не смертельны уж рога, И лишь всевидящая рука Всё водит кровью по нему! Наполнен тронный зал людьми, Пирует знать, вино течет рекой! Он был и есть, храбрейший рода своего, И власть в степи ему доверила природа,

Юрченко Александр


5 И дух, после прозрения его, И ритуала древнего свершения, Обязан был с достойным слиться, И в теле их соединиться, Такой же, как и он, здесь есть, В рассвете сил и племени отец, Живой, и всё ж- таки непобедим, Так славься, царь,- наш господин!

Затихли радостные голоса, Взметнулась вверх оракула рука, Глаза его огнем сверкают, И неподвижна голова, Лишь только рот он открывает, Все слышат страшные слова: - « Несите траурные свечи, Сегодня будет знатный ужин, Уж издавна не утихают речи, Что город пал, и Бог его разрушит! Когда исчезнет грешный мир, Закончится ваш славный пир, И на обрывках цивилизаций, Корни новых наций Начнут произрастать! Вселенная обернется вспять! Люди снова станут дикарями, Исчезнут все пороки, их сгубившие, И никогда не вспомнят о нас с вами, Истинную добродетель пригубившие! Тогда в наш мир они внесут Любовь, духовность, и познание, И снова дикари, поняв воззвание, Лик человека обретут!» Вот так дела! У всех застыл немой вопрос, Оракул руки к небесам вознес, Что значит это странное знамение? Неужто в ум его пришло затмение? Хотя ведь раньше он не ошибался, И каждый знак его сбывался! Повисло в зале грозное молчание, Настигло всех разочарование, И первым царь пришел в себя : - « Оракул пьян! Так прочь свинья! Проспись сначала, чародей, А нам еще вина подлей, Сегодня празднуем, звенят бокалы, Похода славного начало! Как день всегда сменяет ночь, Так время доброе приходит

Юрченко Александр


6 На смену худшим временам,С рассветом те уходят прочь, И мы сейчас стоим в границе, Рассвета ясного зарнице, От нас зависит жизнь в миру, Настанет день, иль сгинем в тьму!» Так мудрый царь Скилур сказал, И взяв бокал, он с трона встал, Подняв вино, и осушив до дна, Продолжил праздник и прогнав Печаль от предсказанья со двора. Но Искандер задумчиво сидит, И взор потух, он в пол глядит, Худые мысли точат ум ему, Палак придвинулся к нему, - « Послушай, брат, долой печаль, Налей себе еще вина в бокал, Смотри на гордых наших воинов, И дев прекрасных облик стройный, Как раз одна из них в тебя, О, чует мое сердце, влюблена! И не был бы тебе так рад, Словив ее тревожный взгляд, Коль не моя сестра она, Взгляни, как грациозна и красива, Как белокура и нежна, Голубоглаза и строптива, В тебя влюбленная княжна! Смотри, лицо как трепетно её, Когда твой равнодушный взгляд Случайно встретится с глазами Лады, Но сердце холодно твоё. Живешь отшельником ты среди нас, Теперь настал серьезный час, Опасность уж не за горами, Подумай ты, что будет с нами? В минуты битвы роковой, Воистину, случится, что герой Лишь будет тот, кому бог солнца улыбнется, И кто с щитом домой вернется!

Давно пора тебе избрать, Среди прекрасных дев себе одну, Родным мне стать, и в жены взять Сестру лучистую мою!

Юрченко Александр


7 Да будет в здравии твоя невеста, Чтоб наплодили вы детей, И подарила храбрых сыновей Тебе всесильная богиня Веста!» - « Прости, Палак, мой друг сердечный, Еще не пробил час, но прав ты, я не вечный, Тебе сейчас торжественно клянусь, Что, если в этот раз я из похода обернусь, То в тот же миг тебе на милость Я обязательно женюсь!» Вино и хмель ударил в головы, И их сердца так были молоды, Так искренне смеялись мы в тот вечер, И так над смертью потешались, Что каждый думал: он отмечен Судьбой на славные деяния! Как жаль, что многие из нас, Уйдут досрочно на покой, Дела же их достойны воздыхания, И одного упоминания, Что бились в битве роковой... "Битва" Расстелилось поле ковровое, Да слетелись коршуны на пир, Стоит рать против рати суровая, Знать не будет в их землях мир! С рассветом, лучами опаленные, Блистают доспехи их медные, Горят сердца огнивом пламенным, Сверкают глаза их надменные. Сильны духом мужи скифов племени, Суровы их лица заросшие, И взгляд в поисках бродит знамения, В диком поле травою поросшему. Вскоре станет одною могилою, Для многих здесь, павших в бою, Земля, так мягка под ногами, Скрывает собою погибель твою... Стоишь ты недвижим, закрывши глаза, Подставив загорелое в сте'пях лицо, И ветер играет в твоих волосах, И коже от солнца приятно, тепло,

Юрченко Александр


8 Но тучи сгущаются… Оно скоро покинет нас, Оставив одних биться в мокрой земле… Засушливым летом вымучена, выстрадана, Земля молится богу, прося о воде, Легкий дождь моросит, небо плачет по нам, Надвигается медленно с юга гроза, Расходится с ночи холодный туман, Простираются в степи немые глаза, Они смотрят туда, где сливается с небом земля, Где туманом очерчен вдали горизонт, На курганном холме высится грозное знамя, На знамени скалится крылатый дракон. Сарматы пришли в ваши земли святые, Шеренгами строятся в поле полки, Сверкают глаза, дики облики злые, Стремятся вперед молодые стрелки, Их конница тяжестью давит на землю, Кольчугой покрыты, копыта жгут твердь, Внушает сердцам и сеет повсюду, Без выбора страх, а врагам только смерть! Смелее, не первый раз сходимся в битве, Два племени родственных дружеских уз, Себя вознеси ты, во благо в молитве, И славой покрой, скинь земли этой груз! В бою бы погибнуть за честь примет каждый, Героев не счесть, и все рвутся в бой, И тело уже твой соратник неважный, Твой дух,- твой единый наставник немой. Раздался, сквозь дождь, звук тревожного рога, И двинулись с места стальные войска, Последний раз вздрогнула мать их природа, Сильней зазвучала на небе гроза, Отряды сближаются, и скоро уж сеча, Барабаны бьют ритм, и трубы шумят, Кто громче кричит, тот вернее отмечен, В галоп переходит ревущая рать, Врезаешься в строй ты кипящих людей, Обрушился сокол на жертву, парящий, Скиф царского рода, хозяин степей, Вкус крови раздался, тебя так манящий! Направо, налево взметнулась рука, И падают замертво люди вокруг, Смертельный сверкает в руке акинак,Твой издавна кованый преданный друг,

Юрченко Александр


9 Кровь с потом смешалась, и люди кругом Теснятся, безумные, колят друг друга, Растаял от крови судьбы оберег, И смерть потешается, битвы подруга! Так жадно стоит она в поле кровавом, Разинув в ухмылке беззубую пасть, Свои руки костлявые в бреду потирает, Не давая стараньям безумных пропасть! Лишь только, завидев сраженного сталью,Черных воронов алчных на землю ссылает, И, падая, тело коснется земли, С собой его птицы наверх забирают... И длилось безумие весь день, и до ночи, И бились войска, что в них было мочи, Никто никому в тот день не поддался, И каждый последний раз в битве сражался! Не будет уж более ссоры меж ними, Всё поле отчаянной сечи в крови, И землю не видно, она над собою, Покрыта холодными, злыми людьми!

СКИФ ( II глава) Лежишь герой минувших дней, Ты царский скиф и сын степей, Ковыль на поле роковом, Тебе состлал уже постель. В грязи, и мокнешь под дождем, Пронзенный вражеской стрелой, В вопросе к небесам немом, Застыл твой обнаженный взгляд, Конец свой не хотел ты признавать, Был в гуще боя и пропал! Как так? Что среди всех строптивых, Их воин молодой попал В тебя, хранителя царя? И выбил с силой из седла, И на тебе окончился стрелы полет? Лежишь, и затуманен взор, А небо всё о павших слезы льет, Такой конец себе ты не желал, Но путь никто не выбирал! И кровь из раны всё хлестала, И смерть твоя тебя искала, И коршун вдалеке летал... <~>

Юрченко Александр


10 Скорбный час настал для нас, Весть с границ пришла в столицу: Рать великая разбита, Много брошенных в темницу, Толпы раненых и тьма убитых, Те, кто выжил, вот сейчас, Стоят в строю, как прежде бились, И видя свет в последний раз, Всё ниже пред царем клонились.

Вы спрячьте голову свою, Ведь он не пощадит тех вас, Кто, бросив знамя и друзей в бою, Сбежал, забыв про честь всех нас,Великих воинов скифской степи, А вы, склонившись, словно дети, Перед отцом, и в ожидании За малодушие, в отчаянии Стоите...

- « Проклятье! На них вы только посмотрите! Уж лучше б глаз лишился я давно, Не видеть вас, детей побитых, Кто ж знал ,что будет суждено Увидеть мне такой позор? Зачем явились вы ко мне?! И почему вы не остались, В том безымянном поле на земле, Где братья ваши доблестно сражались! И пали все до одного... А вы?!. Вы жизни сохранили, Так знайте же, теперь мне всё равно На вашу жизнь, вы для меня в могиле, Где братья ваши... Не пощажу я никого!» Рыдали девы, жрецы удумали молиться, Весь царский зал в отчаянии молчал, Печаль накрыла их задумчивые лица, И первый среди равных закричал: - « Отец, прошу, убей меня! Ведь я тогда на смерть их вёл! Своим позором я виновен, Тебя один из всех подвёл, А воины доблестно сражались, Нам помешала непогода, И все полки наши смешались, Увязли в гряз и! И дорога На холм, где высился дракон,

Юрченко Александр


11 Хвостом уткнувшись в небосклон, Для нас усыпана телами! Но поживились хитрыми врагами, В тот день их пало без числа… Нас было меньше, ты прости, В атаку кинулся стремглав я, А после, видя что в грязи Погибнет сила наша вся, Поверь, другого не было пути, Решение принял я в слезах, Людей оттуда увести...» - « Молчи ,щенок! Мой сын, молчи! Зачем ты мучаешь меня? А ну все прочь! И ты иди, И радуйтесь, что пощадил вас я, Что не казнил тебя с позором, А дал вам шанс на искупленье Проступок смыть своей лишь кровью За это ваше преступленье!» В порыве выбежал Палак из зала, - « О, боги, как упрям этот глупец!» И кровь в висках сильней стучала, - « Совсем ты слаб, старик отец!» По лестнице за ним сестра сбегала, И на щеках ее блистал румянец, В сердцах бранилась и кричала! Он обернулся, наконец… - « Палак, постой, скажи мне, братец, Иль ты забыл, кто твой отец? Ты что удумал так брыкаться, Как необузданный юнец? И нас заставил волноваться, Вернись скорее во дворец!» - « Я не вернусь, не нужен больше я, Здесь проигравшим нету места! Лишь ты заботишь в том меня, Что Искандера ты невеста!» - « Но ходят слухи: пал он в битве, Скажи мне правду, мой родной! Всю ночь сижу в слепой молитве, И жду, вернется ль мой герой?» - « Последний раз его я видел в поле, И вел он всадников на холм, Сражался в гуще вражеского строя, Он, как всегда, шел напролом!

Юрченко Александр


12 Потом удача, видно, изменила Ему, он приподнялся на седле, Лишь видел след,- стрела чертила, Он очутился на земле! Нас начали теснить с холма, Не смог к нему я подобраться, Надеюсь, ты простишь меня, За то, что дал ему остаться? Не плачь, моя прекрасная сестра, Всем сердцем я люблю тебя!» <~> Проходят дни, и нет вестей от Искандера… Скилур в раздумьях о дальнейшем, От несчастливого примера, Теперь в опасности сильнейшей. Зовет к себе он свою дочь, - « Послушай, дева, сколько можно Лить слезы, не одну ведь ночь Ты всё страдаешь! Невозможно… Убит твой сокол, нет надежды, Не жди погоды в море буйном, Мы все б хотели, чтоб как прежде, Его отъезд был временным, Но грустно видеть мне твой взор! Забудь о нем, он не вернется, Тебя я выдам за Боспор, И сердце снова встрепенется! Там знатный воин есть, и грек, И брак народы наши сдружит, Достойный муж, и сильный человек, И нам во благо он послужит...» <~> Сидит печальна Лада у окна, Надежда в сердце углем теплится, Сидит, по-прежнему, одна, И песнь её по дому стелется. А во дворце Скилур тем временем сидел, Мрачнее ночи, и на пол смотрел, Мозаика на том полу начерчена была, Там был их мир, на карте их земля отмечена. Сидел и размышлял он про себя: - « Враги теснят нас всюду, к морю, Стремительно сужается страна, На западе давно подходят к краю,

Юрченко Александр


13 Сильны их варварские племена! И греки с юга подпирают, Давно их в море скинуть бы пора, Но нет, нельзя нам рисковать, За них заступятся другие, и тогда, Навеки нам придется кочевать, И сгинем мы во времена! А север, что же? Где- то там, В степях лежит наш Искандер, И рать его пришлась бы нам Сейчас как раз другим в пример! Пропали без вести его войска, Он сам пропал ,но кто же знает? Быть может, дрогнула рука Его врага? И так бывает,… Но время уж прошло немало, Хоть жизнью он не дорожил своей, Давно, коль жив, вернулся б к нам он, Но нет с границы новостей!..» -

СКИФ ( III глава )

Лежишь, герой грядущих дней, Ты царский скиф и сын степей, Во тьме ночной, в черте прилива, И над тобой, склонившись, плачет ива... Очнулся ото сна смертельного, Но не поймешь никак ты, дело в чем? И что это за милое создание, Колдует нежно над твоим плечом? Темна так ночь на юге, в поле, Не видно в метре от себя, Лишь звезды в небе светят сонно, И освещают для тебя Ее туманный силуэт, Блеск черных глаз в ночи,- чужих, Нигде таких в степи здесь нет, И дома тоже нет таких! Лишь руки, вдоль плеча скользя, Врачуют рану,- битвы знак, И ты, в бреду еще хрипя, Всё порываешься сказать:

Юрченко Александр


14 - « Промолви мне, чудесное создание, Откуда ты, и как зовут тебя? Кому обязан за спасение, Зачем ты спрятала меня?» Как только звук сорвался с губ, Дикарка быстро встрепенулась, И холод, прежде теплых рук,К тебе в тревоге обернулась. Глаза ее: два черных угля, Сверкают яростно и дико, Застыли трепетно, прильнули К твоим глазам, но омрачилось лико!

Как вдруг, стремительным рывком, Решительно поднялась с места, В ночи поспешно растворилась, Тебя оставив без ответа. В дурмане, в сумрачных видениях, Я обитаю, чуть живой, Ночные пляски вакханалий,Отныне мой кошмар ночной: То чудится мне хищный зверь,Терзает он забвенно мою плоть, То облик смерти ищет дверь,Ко мне стучится на порог, Зачем вы боги отступились от меня? Что должен сделать в этом я краю? Закинула сюда суровая судьба, Какую волю исполнять твою? Рассвет встречаю, как спасение, В поту, проснувшись ото сна, Кошмара ночи избавление,Везде мне чудится она! Неделями томлюсь я в ожидании Увидеть блеск тех дивных глаз, И тело сводит от желания Дикарку встретить в новый раз! И вот опять я слышу звуки, Как будто где-то плещется вода, Измучился я в длительной разлуке,За тучами виднеется луна.

Юрченко Александр


15 Сбегаю к берегу, к воде крадучись, И вижу: конь стоит в песке, На небе расползаются вдруг тучи,Она стоит одна в воде… Задумалась красавица, волос касаясь, Смотрела на воде на лунный след, И не могу, опять не повторяясь, Сказать: нигде в степи таких здесь нет! Как соблазнительны ее изгибы, И грудь, и талия, и не сравнятся с ней Все наши в море самые красивые заливы, И девы все, что в родине моей! - « Скажи мне, нимфа, как зовут тебя? Прошу, на вид мой не сердись, Доверься мне, раскрой себя, Передо мной явись и назовись! Я - воин царственных кровей, Великой Скифи верный сын, Зовусь тебе я Искандер, Тебе обязан до седин!» Лицо твоё она узнала, На крик тревожно обернулась, И из воды чуть-чуть привстала, Увидев, вскоре улыбнулась. - « Как смеешь ты, незваный гость, Со мной так смело говорить? Меня ты видел, и позор Водой теперь уже не смыть! Прикрой скорей своей одеждой, Прошу, позволь от глаз укрыться, И дай мне жить лишь с той надеждой, Что ты сумеешь поутру забыться!» Так говорила обнаженная, ступив на берег, Руками прикрывая наготу, Луна стыдливо освещала в небе Её божественную красоту! Герой же наш стоял влюбленный, Смотрел на милые черты, Глубо'ко в сердце пораженный, Не мог он без неё уйти! Я видел много в этом мире, Но этот дивный стан и черный волос, И тихий сладкий её голос Меня навек к себе пленили!

Юрченко Александр


16 К нему дикарка приближалась, И вид её с ума сводил, И ничего ему не оставалось, Как снова ей произнести: - « Не дам тебе я в этот раз Исчезнуть в ночь, как ты хотела, Лишить меня своих прекрасных глаз, И своего нагого тела!»Она к нему в ночи прижалась, Горели страстные глаза, И не на миг не сомневалась Её трепещущая душа… Внезапно, будто оступился,Во тьме блеснуло лезвие ножа, И на земле холодной очутился, И на тебе сидит она, - « Ну что ты, воин царственных кровей, Я думала, что ты мой брат,Хозяин выжженных степей, В боях измученный Сармат! Но только речь твою услышав, Когда в бреду пришел в себя,Акцент твой выдал в этом знак, Задумала убить тебя я!» Луна на небе облака искала, Укрыть в ночи хотела бы себя, Дикарка злобно прошептала: - « Умри, мой скиф,- я смерть твоя!» Представь, как извивается она, Самодовольно и игриво улыбаясь , Триумфом над тобою опьяненная, Над раной с кровью нагибаясь. Но, вдруг, во взглядах вы пересеклись, Глаза без страха смотрят друга на друга, И мысли ваши и желания слились, И вы забылись на минуту… - « Ты не боишься смерти?» – прошептала, Склонившись над тобою, побежденным, К губам твоим так неожиданно припала, И поцелуем одарила долгожданным! Случайный вздох сорвался в тишину, В ночи так тихо, и вокруг лишь тьма, И двое там на берегу… За тучами по-прежнему виднеется луна.

Юрченко Александр


17 Светает... И над рекой густой туман, С лучами солнца восходящего рассеялся, А вместе с ним и растворилась та, В чью красоту с трудом мне верится, Неужто я в бреду, от ран страдая, Искал во тьме ту самую дикарку, Что исцелила мою душу, и, играя, Исчезла снова спозаранку? Вдруг слышу фырканье коня: Вернулась та, что вечно убегает! Нет, не приснилась, значит, мне она, Но обомлел, глаза я поднимая! Сармат стоял на берегу, Лучами солнца опаленный, К ногам кидает сбрую мне мою, И взгляд его самодовольный, Всем видом мне он говорит, Что я в последний раз встречаю солнце, Меня в бою не пощадит, И на меня всё смотрит молча. Стоит, надменный он, в чешуйчатой броне, Копье свое сжимает на весу, И говорит высокомерно мне, Его нацелив в грудь мою: - « Вставай, с тобой я буду биться, Не гоже мне, из знатных, убивать тебя, Покуда не в доспехах ты и безоружен, Убийство без чест`и,- не для меня, Вставай ,бери свой лук, свое копье,» Но изменилось вдруг лицо, Когда Сармат узнал, что равный перед ним, И не один он господин! Дает он Искандеру своего коня, Для смены, на котором он уже полдня От берегов Танаиса скакал, И пыль со всех дорог собрал. Два воина встали против друга, Начнется вскоре их дуэль: Их бой, в пределах замкнутого круга,То жребий всех вокруг степей. Хитер Сармат: уставшего коня он дал А сам, на свежем, вскинув лук, За Искандером в круге поскакал, Ведя коня совсем без рук!

Юрченко Александр


18 Бой начался! Их кони пыль в степи подняли, Стрелки скакали смертным кругом, И души рядом их летали, Пуская стрелы друг за другом! Тому, кто сзади, легче биться, Сармат коня вперед все гонит, И может вовсе получиться, Что спину скифа он догонит! Холодный сердцем Искандер Пускает вбок свою стрелу, Но древки выпущенных стрел Свистят всё ближе по нему, Уж сзади смерть его несется, Нагонит вскоре его враг, И он в поту всё ниже гнётся, И вот прыжок через овраг,Вдруг наклонился, изогнулся, Стрелу пустил, раздался крик,Попал! Сармат от боли весь согнулся, И лук упал и сам поник,Стрела ладонь ему пробила, И конь умывшись в свежей крови Взбрыкнул и седока он скинул, Оставив раненого в поле. Окончился их смертный бой, В раздумьях спрыгнул Искандер с коня, К лежащему Сармату подошел Мрачнее неба на исходе дня, - « Ну ,что стоишь?»- противник прошипел, Скрипя зубами,- « Довольно я пожил, Добей меня в бою, коль одолел, И смерть свою, видать, я заслужил.» - « Не торопись к богам,»- ответил Искандер, - « Успеем в залах славы пировать, Твой героизм другим по совести в пример, Чтоб каждый научился умирать! Веди меня в ваш город славный, Что на Танаисе реке стоит, И мир с тобой заключим ладный, Твоя мне помощь - лучший вид. Я видел дивный сон сегодня ночью: Явилась мне богиня красоты,

Юрченко Александр


19 Была она Сарматской дочью, Так помоги её найти!» Они смотрели друг на друга, Повисла в поле тишина, Их бой в пределах замкнутого круга, Расстаял в продолженьи дня... Враги же недавние едут бок о бок, Покачиваются седла на спинах коней, И оба задумчивы, в мыслях глубоких, А Богу всевышнему всё же видней... - « Как звать тебя, Сарматский воин?»- « Алдан.» -« Мой друг, меня ты пощадил, Хотя узнай, я чести этой не достоин, С тобой теперь мы не враги.» - « Приятно слышать, я ведь тоже, Поверь, от войн устал, как ты, Отныне путь един во многом, С тобой в одном едины мы! Наш долг войну остановить, Меж нами, нашими царями, Довольно в поле крови лить, Зверям и грекам честь оставим,» - « Пожалуй, правду говоришь: Те греки, что живут в Боспоре,От них устал и наш народ, С тобой об этом я не спорю, Был как- то раз у нас в гостях, На том совете и пиру, Посол боспорский, – Лисимах,Как лил на нас он лесть свою! Подарками одаривал господ, Царю изысканные речи говорил, Хвалил и нас, сарматских воевод, И царь за то его любил, Так вот, как раз на том пиру, Он сладко обещал для нас,За то, развяжем если мы войну, Порубим ослабевших вас, Боспор нам выплатит деньгами Такую дань, что никогда Нам не придется забирать войсками, И жечь богатые их города,» - « Боспор- наш враг теперь, я знаю, О, этот хитрый лис- эллинский царь!

Юрченко Александр


20 Рассорить хочет он нас с вами, Да будем мы родны, как встарь! Помирим вновь враждующих князей, Врагам назло, и воцарится мир, И станем братской силой мы сильней, Столы накроем, устроим пир!» <~> Таисий в чертогах задумчив сидел, И пир, что ж уже не прельщает его? Сармат, повелитель, владелец степей, От Понта Эвксинского, до заснеженных гор Он взглядом своим смотрел на гостей, Суровый и грозный был его нрав, Благо уже, что вконец охмелел, Да здравствуют боги! Дио'нис был прав, Но скука уже совсем одолела, Он просит наложниц скорее позвать, Приятно ему их красивое тело, И сам был он молод, любил танцевать, Гаснут свечи, и вот в центр зала выходят Под звуки чарующих, стонущих флейт Танцовщицы… Видом своим тебя манят, Лей в кубки вино, не скупись, не жалей! Фигуры их стройные парят над землей, Одежда расшита золотыми монетами, И лица прикрыты прозрачной фатой, Скрываясь за нежными шелка одеждами, Струны доносят до нас звуки песнь, В воздухе веют любви ароматы, Чужда красавицам сладкая лесть, В танец пускаются девы- сарматы, Струится наверх тонкий дым из курильниц, Их лица прекрасны, тела их желанны, Полон волнений и страсти их танец, Движения новые столь долгожданны, Взлетает фонтанами белый песок, Браслеты звенят, волшебны их звуки, Движется лес из пленительных ног, Тянутся к небу прекрасные руки, Украшен камнями их плоский живот, Вздымается грудь, на волне возбужденья Сердце скрывает невинный порок, Погружается зал в вино наслажденья!

Юрченко Александр


21 Одна танцовщица их всех впереди, Страстный огонь сверкает в глазах, Родинку видно на полной груди, Ночь растворилась в ее волосах, Кажется мне, что родинку эту, Я уже видел в лунном сиянии, Нет, вы поверьте, красивей на свете Девушки этой на всем расстоянии! От Борисфена, до шумного моря, От гор на краю, до широких степей, В танце ее я лишился покоя, В танце ее я заложник страстей! Окончился праздник,Таисий доволен, Улыбка скользит на косматом лице, К новым гостям он теперь благосклонен, Поднимается с кубком наш скиф Искандер: - « О, мудрый, великий сарматский властитель, Спасибо тебе за твой теплый прием, Слово дай молвить,- степной повелитель, Выслушай просьбу мою поскорей,С миром пришел в ваши земли святые, Хватит уже лить кровь на полях,Братья же издавна с вами родные, Стонет страна в бесконечных боях! Как раньше, когда- то единое семя Водилось в просторах родной стороны, Потом разделилось на три разных племя, И жили раздельно родные сыны, Тогда жил великий наш царь,- Таргитай, Сынам он при смерти оставил завет, Хранит его имя отчизна пускай, Они нам оставили вечный обет, Каждый взял прутик от камыша, Потом взяли столько, сколько могли, В руках надломили несильно, слегка, Быстро сломались первые три, После старались сломать остальных, Но сделать хоть что- то они не смогли, Прутья все вместе лежали, и в них Было могущество нашей земли!» В зале настала опять тишина, Ждали, Таисий что скажет ему? Всех поразили простые слова,Скиф предлагает жить им в миру!

Юрченко Александр


22 Сарматский царь встает, и с ним Садятся те, кто прежде пировал, Холодный и страшный Таисия взгляд, Пока, улыбнувшись, он не сказал: - « Смел... Хотя ведь пленником обязан быть Ты по закону времени войны, Но вижу я, что не ошибся, И нам сослужишь службу ты,В Боспоре , в греческой земле, Их царь степенный – Перисад, Награду обещал он мне За то, не будет если им преград Торговой проходить тропой Сквозь наши земли дальше в степи, И обеспечил я покой Их караванам… Но эти греки!.. Так вот, Скилуру доложи, Что пусть поможет мне войной, И будет между нами мир, Рассудит нас и греков он, Я дам тебе двоих коней, И направляйся завтра в путь домой, Один поедет из моих людей,Сармат Алдан, он был с тобой, Вдвоем вы ехали сюда, Так, значит, вместе возвращайтесь, Слова мои Скилуру передай, И утром завтра отправляйтесь!» -. Наш Искандер сидел задумчивый в ночи,Та девушка, танцовщица вчера, Красавицей той самой была у реки, Как страстно для него танцевала она. Тихонько дверь в покои отворилась, И слышно, как кто- то идет по ковру, За дверью неслышно ночь расстелилась, Красавица входит в обитель мою! Роксана зовут её, я это знаю, - « Скажи мне, любовь моя, где ты была? Всю мою жизнь я ужасно страдаю, Покоя лишить меня как ты могла? Будь же со мной теперь, самой желанной, Всё мое время, и всю мою жизнь! Свет моей жизни, ты плод долгожданный, Все смыслы в тебе, дорогая, слились!»

Юрченко Александр


23 - « Итак, я с тобой, мой витязь прекрасный, В душе у тебя я навек поселилась, А вместе все время быть,- выбор опасный, К тебе, моя жизнь, я и так торопилась!» - « Будь же со мной, я хочу обладать Сердцем твоим, и жизнью твоей, Больше всего я боюсь потерять Омут прекрасных черных очей!» - « Ты обретешь, но ведь я не смогу Видеть себя заложницей вашей, Сохранить ту свободу, которой живу, Племени память и родины нашей! Разного рода с тобою мы дети, Сокол, прости, но я не полечу! Небо твое,- золотые мне цепи, Пленницей чьей- то я быть не хочу!» - « Чего же ты хочешь, моя ненаглядная? Разве за этим сюда ты пришла? Чтобы сказать что не будешь моя ты, Разве за тем чтоб уйти навсегда?» - « Выслушай, милый, прошу я внимательно, Страшное дело затеял твой враг,Другом прикинулся он тебе пламенным, В самом же деле это не так! Хитрый Таисий задумал иное, Я его знаю, поверь же ты мне! Хочет в войне погубить он обоих, Смерть он пророчит в Боспоре тебе!» - « Пусть предрекают мне смерть на войне, Что мне война, коль не будет тебя?! Счастье познал я свое на земле, Больше она не заботит меня!» - « Скиф мой, прошу тебя, будь осторожен! Боги скрывают дурные знамения, Разум спокойный мой вновь потревожен, Витязя мертвого вижу везде я! Помню, как встретила еле живого В поле тебя, после сечи кровавой, Больше не нужно мне воина иного, Стал ты наградой моей долгожданной! Страшно при мысли мне, скоро я снова Раны лечить твои буду смиренно, В бой провожать тебя выйду с порога, Вдаль смотреть также я буду смятенно,

Юрченко Александр


24 Нет! Не хочу я той участи скромной, Вдовьей судьбины на празднике жизни, Спаси меня от предстоящего рока, Будь же, прошу я, интриг этих выше! Сбежим с тобой вместе от злобных царей, И ты не поедешь в Боспор на войну, Будет союз наш с тобою светлей, Этого больше всего я хочу!» - « Роксана, прекрасная моя чаровница! Я царский скиф, и я верен себе, Кроме царя, и защиты столицы, Войн, что случаются в нашей земле,Долг мой зовет меня ехать в Боспор, Руку подать братской дружбы сарматам! После войны. Но пока, до тех пор, Буду простым я Отчизне солдатом!» Слезы катились из Роксаниных глаз, - « Значит, тебя, белокрылый мой сокол, Вижу, быть может, в последний я раз, Оставишь меня ты в печали глубокой?! Утешь же теплом своих рук на прощанье, Согрей же меня поцелуем заветным, Чтоб было ужасно не так расставанье, А род не остался с тобой наш бездетным!» Их руки в объятьях желанных сплелись, Свершилось то чудо мгновенной любви,Два тела в одно тихой страсти слились, И не было больше проклятой войны! Солнце клонилось скорее к закату, Сокол летает по небу высо'ко, Шепотом тихим их стало свиданье… Ветер гуляет в степи одиноко... СКИФ ∙ ( IV глава ) Степь... Стоишь, герой грядущих дней, Ты царский скиф и сын степей, Рассвет встречаешь утром ранним, В красивом поле, и бескрайнем, На горизонте лес рассыпался туманный, И солнце пробивается сквозь пелену, И греет луч его желанный Сощурив глаз, ты улыбаешься ему,

Юрченко Александр


25 Сокол парит в облаках,- где- то выше, Над степью, вздымается ветром ковыль, И взгляд безупречный подарен им свыше, В степи различает, где мышь, а где пыль. Бойтесь кары небесной, трепещите пред ним, Дети малые рода наземных существ, Его род ведь представлен всего лишь одним, Ну а вас вокруг толпы, в полях их не счесть! Вот опять вышли с нор, вы, немые слепцы. Знать закончилось в норах у вас продовольствие, И ведут вас, как раньше, глухие глупцы, Нападать на таких,- для него удовольствие, Видит в поле добычу, он, дерзко окинув Своим взором просторную снизу равнину, Родовое гнездо, уж давно так покинув, В небесах, он живет, лишь ведомый порывом И, отдавшись, потокам ветро'в на крыла`х, Пикирует он, устремившись к земле, С той смелостью, что так внушает вам страх, И с той безразличностью к жизни, к себе! Ну а вы, так дрожите за каждую крошку, И рты набиваете впрок, а потом,В поля выбираетесь жить понемножку, И тащите, вновь, все запасы в свой дом. Он же, парит на свободе, как ветер, Борется с бурями, в штиль – наслаждаясь! Хозяин себе, и за всё сам в ответе! Вы же, трепещите, всё пресмыкаясь! Снова один из вас жертвою станет, И вы убежите, оставив его… Кровь теплокровных нас, хищников, манит, В небе так холодно, в норах – тепло. Сокол парит в облаках где-то выше, В сте'пях вздымается ветром ковыль, Небо подарено смелому свыше, Вы же, несчастные, в поле лишь пыль!... <~> - « Искандер!» - Сармат окликнул вдалеке, И вывел он из размышлений, - « Пойди сюда, ты нужен мне! Прошу, откажись от затеи своей Идти на Боспор воевать справедливость, Возьми этих славных и быстрых коней, Уйди в свои степи сделай мне милость!

Юрченко Александр


26 Утешь свою деву, роди ей детей, Оставь ты войну и копье позади, Стань стариком, хозяин степей, В мире спокойно ты жизнь доживи!» - « Друг мой, с чего ты мне речи такие Молвишь с досадой своей на лице? Уж не забыл ли ты годы лихие, Когда мы встречались с тобой на войне? Помнишь, как бились на равных с тобой, За честь и славу на нашей земле, С нами окончился в сте'пях тот бой, В мире теперь не живется же мне! Чего нам бояться, когда сейчас снова, Будем стоять рука об руку мы? За долголетие братского рода, За независимость нашей страны? Но вижу я лик твой печален теперь, Скрываешь ты что- то в потемках души,Ты друг мне, и хочешь, как прежде ответь, А хочешь, и вовсе возьми промолчи.» Мрачнеет Алдан, и молчит он сурово, Не хочет в ответ ничего говорить, А скиф же, довольный, что снова он дома,Старался скорее об этом забыть! Вот степи уже расстелились ковром, И в воздухе пахнет морскою прохладой, Вот скоро уже долгожданный мой дом, Вернуться, забыться приятной усладой, Но ждут во дворце меня с радостной вестью, Мир я принес в наши земли,- желанный, Не справился враг со своей наглой лестью, Не смог он рассорить нас, ворон коварный! Но город встречает совсем по-иному, Плач и стенания веют вокруг, Трудно поверить их горю такому К небу взывают тысячи рук: - « Скилур убит! Наш царь любимый, Отец родной, от яда пал! Позор всем нам, народ родимый, Он жертвой заговора стал! О горе, горе! Что случилось? Он молод был, в разгаре лет, Сыра земля могилой стала, Проклятье,- греки сеют смерть!» -

Юрченко Александр


27 Палак встречает Искандера,- « Мой брат, приветствую тебя! Хотел бы радым быть без меры, Но омрачила смерть отца меня!… Но все же рад я тем, что вскоре, Как ты приехал к нам сюда, Закончились наши невзгоды, Окончилась с сарматами война, Отца же моего убили греки, О! Эти проклятые эллины, Они теперь мои враги навеки, И нам придется драться с ними! Так слушай: новый враг не за горами,Боспор, и царь их Перисад, И там за черными морями, Возник ужасный Митридат! Греков хозяин использует нас, Он истинный враг, он подлый злодей, Играет со смертью своими руками Проклятый понтиец,- гонитель людей! Внемли мне, сбылось то жреца предсказанье: Город падет, и разверзнется ад! К нам из - за моря, на помощь эллинам, Вышел уже и идет Митридат...» <~> Война началась! Нет более мира, Греки и скифы воюют теперь, Требует жертвы их кровная вира, Телами покрылась долина степей! В море Эвксинском плывут корабли, Греческий флот застилает туман, Каждый корабль наполнен людьми, Стелется низко и бьет по волнам, Осень их встретила в море тревожном, Конец навигации близок уже, Но помощь идет, отступить невозможно, Боспорское царство пылает в огне! Волны шумят в порыве страстей, Палубы гнутся и мачты скрипят, Не жалует море незваных гостей, Спокоен в стихии их царь Митридат. Бросил он вызов всем бедам назло, Скифы, сарматы,- нет разницы в них,

Юрченко Александр


28 Дома спокойно, и в царстве его Сложат к победе едва ли хоть стих, Варвары эти,- всего лишь мгновенье, Они растворятся в его начинаниях, Их имя покроется к ночи забвеньем, Его же навеки прославят в преданьях! Царство свое и гордость свою, Силу, с которой он тянется к славе, Задумал герой наш другую войну, Скоро властителем мира он станет! Недолго блистает величие Рима, Граничат уже их великие страны, Но армия Понта непобедима, Об этом латины в беде лишь узнают! Новый восстанет с земли Ганнибал, И будет поход, достойный героя! Через Эвксинское черное море, До стран Эллады и грозных Балкан,Стоит на пути его гордое племя, Скифы, свободные степи сыны, Воюют, не зная разбора со всеми,Варвары что же всего лишь они... <~> Проходит месяц... Скифы с боями достигли столицы, Лагерем стали у стен городских, Солнце уставшее все ниже садится, Греки проклятиями сыплют на них. С войском сошел с кораблей Митридат, Встретились войны на поле великом, Всё ярче пылает на небе закат, Смерть отражается в отблеске диком! Раскинулся в поле огромный шатер, В шатре повелитель этой ночью не спит, Ногами он мерит персидский ковер, К себе он сармата доставить велит. - « Скажи мне, степняк, довольны ли скифы? Уверен ли ты, что они обманулись? Пируют ли с вами в желанном им мире, Благоразумия боги от них отвернулись?»

Юрченко Александр


29 - « Да, повелитель, я сам был свидетель, Их князь так купился на нашу приманку,Скифы глухи, и слепые, как дети. Влюбился без памяти в девку - сарматку, Она сослужила нам доброе дело, Вы в ней воспитали хороший пример: Ее хитрая ложь и красивое тело,Навеки пленен ими князь Искандер! Он мир заключил, только быть с ней желая, Его взор затуманен, и разум молчит, Завтра умрет он, и так не узнает, Что сердце безумному ложь говорит!» - « Прекрасно! Так что же выходит, что завтра Они ринутся в бой, без подмоги от вас,Не зная ужасную смертную правду, Что ты предлагаешь мне верность сейчас?» - « Да, повелитель, всё так, как задумал Твой гений великий,- твой хитрый гамбит, Сами идут эти скифы к нам в руки, Благо, что царь их великий убит!» Сгущаются тучи на горестном небе, И точит судьба свой кровавый топор, Не знают предательства храбрые скифы, И в лагере их догорает костер. Напротив раскинулись скифские юрты, Песни и пляски утихли давно, Спят и безмолвствуют пьяные люди, Завтра им в бой,- умирать всё равно, Лагерь забылся в волнительном сне, Ночь перед битвой укрыла людей, Трое сидят у огня на холме, Отблески скачут на лицах князей. Молча сидят они, кутаясь в плед, Думы глубокие видит их взор, Звездного неба в ночи бледный след, Стелет от дыма погасший костер. - «Подкинь еще дров, наш дружище сармат, Пока посидим здесь одни в тишине, Что так, скажи нам, печален твой взгляд, Что- то совсем не по нраву ты мне, Ты, вроде, уставший, и так запыхался, Как в степи замученный волком сайгак, Неужто ты ночь с Митридатом сражался? Ладно, шучу я, не гневайся так,

Юрченко Александр


30 Я тебя, друг мой, тревожить не стану, Мы благодарны и так вам сполна, Честь оказал нам Таисий по праву, Всех ведь коснется эта война! Братские узы он вспомнил, я счастлив, Впредь нам окажет он помощь в бою, День нашей битвы пусть будет удачлив, Скрыть не могу я вам радость свою!» Палак говорил, и легко становилось, Завтра же многих нас смерть позовет, Видеть таким его не доводилось, Время бежит, и отставших не ждет! - « Что ваши боги пророчат нам в битве?» Спросил Искандера Алдан невзначай, Возносит Палак к небу руки в молитве, Он и ответит тебе же пускай: - « Я, друг мой, хладен к религии предков, Смерти так много я видел в войне, Что в жизнь загробную после прозренья, Что- то никак уж не верится мне!» - « Во что же ты веришь, как если не в бога? И что дает сил тебе жить наслаждаясь? Счастья и так в нашей жизни немного, Что позволяет идти не сгибаясь?» - « Влюблен я, и греет меня это пламя, Верю в него я, и каждую ночь В жаре его безответно сгораю, Затем, чтоб проснуться, и снова на утро Себя, побежденного, взять,- превозмочь! Заставить идти на огонь, не взирая, Сердце поставить на жертвенный камень, Душу продать, и собрать ее вновь: Вот что мной движет,Мной движет любовь! Завтра, поверьте мне, буду я первым, Собрав по окрестностям гнев со степей, В сердце храня этот пламень заветный, Сожгу я проклятый Пантикапей!» <~> Рассвет осветил собою равнину, В отблесках солнца сияют холмы, Движется ветер к крутому обрыву, На нём встретив утро, построились мы, Пред нами раскинулась к низу долина, За нами волнуется синее море,

Юрченко Александр


31 Вся местность,- сожженная солнцем пустыня,Природы безмолвное старое горе! Только звук барабанов тишину нарушает, То греки фалангой шагают на нас, Из-за холмов на равнину вступают, Движется строй из озлобленных масс! Их длинные копья щетиной обернулись, Сияют щиты, и доспехи блестят, И твердые плечи друг к другу примкнулись, Солдаты, как тигры, исподлобья глядят, Рядами идут они в поле осеннем, Играет труба их походные марши, И копья торчат частоколом смертельным, Ужасную славу веками снискавшим! Шаг, еще шаг, и меряют новый, Фаланга идет, ни на что не взирая, Наши стрелы и копья для них незнакомы, И падают люди, на ходу умирая! Шаг, еще шаг, и играет труба, Раздаются приказы у их командиров, Смерть потешается сегодня сполна, И вновь заполняются в стенах их дыры! Шаг, еще шаг, и бьет барабан, Я вижу их гнев на концах острых пик, Сделайте что то! Вот крови фонтан,Скорее, остался меж нами лишь миг! Шаг, еще шаг, и следует новый, Все ближе подходит живая стена, Я вижу их лица! Их грозный, суровый Взгляд исподлобья терзает меня! Шаг, еще шаг, и вдруг замерло всё, Секунды навечно остались мгновеньем, Тихо вдруг стало, и в мире моём Время застыло пред столкновеньем … <~> Треск копий раздался, и крики вокруг! Свершилось: сомкнулись два моря людей, Ломается древо и бьют сотни рук, И колют друг друга быстрей и быстрей! Звук порванной плоти, и алая кровь Смешалась с песком, на землю стекая, Помилуйте кто-нибудь! Вот она вновь Струится из тела соседа, мешая

Юрченко Александр


32 Мне биться в строю, я ведь в ней утопаю, Прикрыться б щитом, да зажмурить глаза, О боги! О боги! Я вас здесь проклинаю! Растворилась в крови под ногами земля, Проклятые греки! Вы возьмете сполна! Толкаются люди, и режут, и рвут, Покрывается потом в доспехе спина, Как много из нас в этом поле умрут! Быстрее! Быстрее! Еще больше людей, Восславим Ареса, идем мы на смерть, На копья фаланги хозяин степей, Стремится вперед и разверзнется твердь! Под нами окажутся в царстве Аида, Охмелевшие в драке враги и друзья, Продолжится в мире том страшная битва, Вперед! Пусть дрожит и боится земля! <~> Искандер на холме наблюдает за схваткой,Сильны и могучи противники наши, На всё он взирает с тревогой, с опаской, И, кажется, стал он за час на год старше! Дрогнули воины! Он чувствует кожей, Фаланга нас давит, и к морю теснит, Вот самое время: он знает, он может, Есть шанс и великая Скифь победит! Ударит он конницей мощным напором, Сарматские воины в резерве стоят, Мы вместе, как братья, насядем, и скоро Ангелы смерти домой улетят! Вперед мои воины! За мной выходите, Доколе нас будут в бою унижать, Как можно! Вперед! На равнину взгляните, Уж гибнет в осаде могучая рать! В атаку! Сметем мы отряды чужие, В галоп! Да прибудет родная земля, Вперед на врага! Мои волки степные, Я с вами на равных я с вами всегда! <~> И снова врезается клином в порядки Врагов, кони топчут, и бьет акинак! Фаланга в смятении, скифов в достатке Нелегкая битва им светит и так, А кони все скачут, и давят, и мнут, И скифы наездники рубят людей,

Юрченко Александр


33 Вперед, к центру схватки, все вместе идут, Давайте смелее, вперед, веселей! Вокруг сеют смерть, и море людское У них расступается в сложном пути, Но много здесь павших, совсем непростое Их дело сражаться с полетом стрелы, Вот самое время ударить сарматам, Их братьям помочь, и спасти результат! От схватки еще не хватает солдатам Подмоги чуть -чуть и окрасить закат В цве'та красного крови горячей эллинов, Прогнать чужаков с их исконной земли, Еще бы немного, и есть еще силы,Сарматы,- надежда родной стороны, Вот стоят они строем на дальнем холме, Я вижу: Таисий и гордый Алдан, Их взгляды рождают, в уставшем во мне, Новой силы и воли ответный запал Пришло наше время, я подал им знак, Взметнулся над грешной моей головой, Блистает на солнце мой друг акинак. Я все еще здесь, я вас жду, я живой! Сарматы! Алдан! Атакуйте, вперед! Но кровные братья спокойно стоят… В атаку пускайтесь настал ваш черед! На помощь! Постойте! Куда вы? Назад? Куда вы уходите, прячась за скалы? Куда вы уносите гордость свою? Вернитесь, ведь время победы настало! Вернитесь, сражайтесь за правду в бою! Но бремя позора их невыносимо, Рядами уходят из боя друзья, Предательство - давняя страшная сила, Пустеет с закатом вершина холма . - « О боги!,» - взмолился в беде Искандер,- « За что наказанье вы нам ниспослали?! Алдан! Ты проклятый мой друг, лицемер, Я помню, с тобою мы как- то мечтали, Что будет единою скифская степь, Как прежде, в боях, мы прославим друг друга, Теперь же следов мне твоих не узреть, Бежишь ты, предатель, и греков прислуга!

Юрченко Александр


34 Щиты наших всадников стрела'ми утыканы, Изрядно помяли копьем мне наряд, И конь мой пронзен уже острыми пиками, Вперед пробивается царский отряд, Я вижу вдали неба красный шатер, Мой дух и мой конь вместе разом парят, И всадников смело веду за собой,Я знаю укрылся в нем царь Митридат!» Пришпорил коня Искандер, и вскричал: - « Вперед, мои воины, трепещет наш враг!» В ответ ему только лишь ветер шептал, Погибли все воины, и порван ваш флаг! Один он несется ко входу в шатер, Срывает полог и проходит к царю, Ступает на красный персидский ковер, И холод пронзает по телу ему,С охраной встречает врага Митридат, Камнями кафтан его яркий расшит, Но что вижу я! Будь проклят мой взгляд! Роксана, любовь моя, рядом стоит! - « Я вижу прорвался ты, мой храбрый сокол, Сквозь разные страны, и долгие годы, Сквозь жаркое пламя и отчаянный холод, Сквозь степи широкой немую тревогу, Достиг ты того, что желала судьба, Вот враг твой стоит, - вот причина всех бед! И здесь же любовь твоя вечная,- я! Убей нас обоих, спаси свой рассвет! Поверь, ведь когда-то могли быть с тобой, Тебе предлагала сбежать от войны, Но путь ты по совести выбрал другой, За справедливость всегда стоял ты! Теперь же по разные стороны стали: Ты скифского рода,- хозяин степей, А я? Я сарматка, воюем мы с вами, Прошу не жалей и скорее убей!» Но слезы стекают с его светлых глаз, Не может поверить тому, что он видит, И падает меч вместо тысячи фраз,Любовь своей жизни он не обидит! Роксана прильнула, в объятиях скрылась, Поцелуем их жарким шатер запылал, Но в тот же момент рука кровью покрылась,В груди Искандера сияет кинжал!

Юрченко Александр


35 Он молча отходит, не чувствуя боли, Лишь взгляд затуманен, и немеет рука, - « Я умер! Поскольку тебе я позволил Ворваться мне в сердце, и ранить меня!» На миг задохнулся, и кровь захлестнула, Собралась она тонкой струйкой у рта, Слегка пошатнулся, и смерть отступила, И снова слетают глухие слова: - « Любовь моей жизни, ты будешь со мной, В душе сохраню я твой ласковый взгляд, И в завтрашнем мире меня ждет покой, И боги меня, я уверен, простят! Я умер давно,- и не здесь, не сейчас, Тогда нас с тобой накрывала зима, Я умер, теряя тебя каждый раз, Я умер давно, лишь увидев тебя!» Пошатнувшись, опять он глаза закрывает, В последней попытке сжал руки свои, Но силы героя вконец оставляют, Он падает наземь, в объятия твои…

Роксана…

Юрченко Александр


36 Эпилог. Лежишь, герой минувших дней, Ты царский скиф и сын степей, Средь бела дня, в черте прилива, В тени ветвей, где плачет ива, Где в спешке вод течет Салгир, И ветер на поверхности реки Несет прохладу в знойный день. Земля у берега- твоя постель, Лежишь, безжизненно ты в ней Мой скиф и воин – Искандер.

Юрченко Александр

Скиф  
Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you