Page 26

венных по отношению к человеку социальных структур, культивирующих в нем рабство, а не стремление к свободе, содержание понятия «воин» замечательно указывают толтеки: «У воина нет ни чести, ни достоинства, ни семьи, ни имени, ни родины. Есть только жизнь, которую надо прожить. В таких условиях контролируемая глупость – единственное, что может связывать его с ближними»*. Стоит обратить внимание на название одной из книг Алистера Кроули «Книга мудрости или глупости», которое указывает на реальность практики, схожей с толтекской, и в параграфе 24 указанной книги также говорится о ложности самопожертвования, внушенного социально-религиозными фантазмами: «Те, кто избегают физической или психической боли, остаются незначительными людьми, у них нет мужества. Но будь осторожен, не впади в ересь, в которой болью и самопожертвова-нием подкупают Бога, чтобы обеспечить себе наслаждение в воображаемой будущей жизни». Отсюда следует сделать вывод о принципиальной «серединности» телемитского пути, являющейся по сути «золотой», в отличие от мистических и религиозных трактовок «светлости» и «темности». Исключительно экзотерический путь, будь он мистическим, религиозным, религиозно-мистическим, религиозно-философским, не может не обнаружить собственную ограниченность, ибо внешнее в своем итоге обязательно являет феномен сакрального профанизма, будучи подверженным закону социальной энтропии. Стоит также отметить наличие определенного рода чванства у религиозных и мистических «светлых», у которых очевиден корень Эго в их борьбе против тьмы. Многие, почитающие себя «светлыми», играя в моральных и теологических обличителей, чаще всего только то и делают, что раз за разом тешат свое Эго. Они видят существ еще более несчастных, чем они сами (или же так им кажется) и радуются, получают море удовольствия от их провала. Они указывают на них, они борются с ними, и им хорошо от осознания того, что есть еще кто-то хуже их самих. В этом сказывается внутренняя, плохо скрываемая репрессивность такого рода «светлых». Однако на самом деле подобным может быть лишь осознание тех людей, которые сами никогда не испытывали подлинной радости и подлинного счастья, это осознание тех, кто по сути лишен подлинного осознания. Принцип свободы в Телеме Следует обратить особое внимание на то, что основополагающим принципом Телемы является свобода, и это отличает ее от всех привычных и малоинтересных по сравнению с ней монистических инициатических структур, свобода которых не абсолютна, обусловлена представлениями о «слиянии» с Божеством, обретении «свободы в Боге», полноты божественного существования. Мы уже подчеркивали проблематичность слияния с абсолютно непознаваемым принципом, с Первопринципом, и в этом отношении речь может серьезно идти о необусловленной свободе во всем пространстве Бесконечности, источником которой является изначальная Тьма, Ничто**. Именно Телема в отличие от всевозможных монистических систем делает этот важный акцент на свободе, не зависящей по сути от воли Творца, как Он воспринимается в рамках ин* К. Кастанеда. Колесо времени. – К., 1998. – С. 50. Говоря о практике «контролируемой глупости», дон Хуан, с которым беседует Кастанеда, дает осознать, что наиболее глубокое понятие воина не связано с нагромождениями над ним различных надстроек социальной обусловленности, всего того, что нужно от человека господствующим над ним социальным институтам. ** Отсюда апелляция к Сатане у Алистера Кроули как к образу непознаваемого и необусловленного, и в то же время – изначального, в ритуале «Liber Samekh».

Магистерий 07 - 2009-12  

ИСКУССТВО К вопросу о соотношении понятий света и тьмы в Телеме (Fr. Immanuil) Культ Бафомета: правда и вымысел (Sr. Симбалайн) Древний гнос...

Advertisement