Page 1

6 5

Авторов Минут у микрофона


1

СОДЕРЖАНИЕ

04 07 11 13

Шок Комедия жажды. Парки, скверы и зоны отдыха.

Отрицание Зима тревоги нашей. Стартовый набор организатора эшафота.

Сделка Великие октябри. Чашка чертовски хорошего кофе.

Вина Эшафот и 22 несчастья.


2

15 17 21 Гнев

Последнее слово. Интервью с организаторами эшафота.

Депрессия Деньги. Новый дом.

Принятие Новая надежда.


3


4

Шок.

Комедия жажды Е

сли взглянуть на современную поэзию со всей ее бесконечной страстью к репрезентациям и богатым набором SEO-маркетинга с точки зрения нормального человека - может сложится впечатление, что закрытый клуб по нарциссическим интересам. Вернее, целая развернутая сеть с загадочными филиалами и объединениям, воспринимать которую, без известной доли иронии довольно трудно. Ситуацию не исправляли и немногочисленные мероприятия, демонстрирующие поэтические таланты, которые, казалось, должны были научить слушателя разбираться в многообразии фигур на поэтической сцене. Но, к сожалению, по состоянию на 2015 год, публика, едва-едва заполучившая собственного Нобелевского лауреата по литературе, разбиралась только в многообразии тетрапаковской упаковки вина на поэтических вечерах. «Там где царствует голод, там и сила в опале», как писал Франсуа Рабле. о логике вещей, перед заинтересованными людьми должен был со всей очевидностью

П

встать вопрос о выработке вкусовых предпочтений у читающей публики. Конечно, в большинстве цивилизованных сообществ эту богемную функцию принимает на себя критика или издатели, литературные организации и их поощрительные проекты. Но, как это можно было увидеть в дальнейшем, критиков, как таковых не существует в прессе, Алексиевич и клуб интересует лишь преодоление советской травмы, а председателя Союза Писателей Чергинца – его пенсия. сущности, действительность требовала проекта, с ярко выраженной критической направленностью, проекта, способного хотя бы контурно наметить границы порядочности в беларуской поэзии. При этом, люди, занимающиеся его организацией, должны были четко понимать неизбежность существования в андеграунде, равно как и невозможность отказа авторов от их эгоцентричности. Но в первую очередь, действительность требовала смелости, чтобы говорить с поэтом о его несостоятельности, глядя ему прямо в глаза.

В


5

Парки, скверы и зоны отдыха


Н

ам очень по-мальчишески хотелось верить в европейские возможности Минска, в его культурный потенциал, дожидающийся своего поэтичного смельчака. Но, увы, дела обстояли иначе.

П

осле успеха «Литературного дэпо» казалось, что проведение чего-то более масштабного – вполне логичный ход. К Андрею Шкиленку тот час пришла мысль об организации в амфитеатре парка 50-летия Октября своеобразного бардовского фестиваля. Ничего особенного: стихи и музыка. Главным событием по задумке должно было стать само место: электрические гирлянды, флажки и надувные единороги. Обратившись к администрации парка с этой идеей, мы неожиданно встретили острое желание сотрудничать. Кроме того, оказалась, что у них есть вся необходимая аппаратура, но, к сожалению, они не могут принять решения без согласия какого-то чиновника из организации, ответственной за минские зоны отдыха.


О

братившись к этому самому человеку, мы с великим удивлением установили, что и эта организация не уполномочена на действия столь пикантного характера. Единственной инстанцией среди уровней этого бюрократического ада, выносящей вердикты оказалась администрация Заводского района, куда Андрей вскоре отправился для разговора. Но разговора не вышло: ответственного не оказалось на рабочем месте, как, впрочем, и в следующий раз. А когда он (вернее она) все же согласился на встречу – это вызвало трансцендентное землетрясение в десять баллов по шкале Канта. Сотрудница заявила, что никакие мероприятия в парках невозможны, по причине того, что мы:

А. Б. В.

«Поупиваемся и подеремся» «Откуда я знаю, что вы там читать будете» «Кто такие эти ваши поэты? Я таких не знаю»


6

Но главным и решающим фактором в пользу запрета на проведение мероприятия стала эпохальная фраза, ставшая впоследствии слоганом для первого сезона «Эшафота»:

«ПОЭЗИЯ – ЭТО НЕ РАЗВЛЕЧЕНИЕ»

6 5

Авторов Минут у микрофона

«Никакой цензуры, никаких рамок и больше никаких правил.»


7

Отрицание.

Зима тревоги нашей «Эшафот» не был ни прозрением, ни спонтанной идеей. Скорее, он относился к разряду замыслов, складывающимися годами; ведь мы уже видели расцвет «Забора», «Литературные кафе» различной степени душности – все это, так или иначе, служило нам энциклопедией удач и провалов. Но даже с этим багажом, где-то в глубине души мы чувствовали необходимость в толчке(?).

И он не заставил себя ждать: зимой 2015 из Петербурга в Минск вернулся Сергей Долгополов и захотел возобновить контроль над «Забором», который препоручил Андрею Шкиленку. По большому счету, наступил тот самый момент, когда нужно было начинать. И на одном из вечеров к нам подошел Евгений Горон, и рассказал, что один известный клуб на Октябрьской


8

интересуется возможностью проведения мероприятий нашего формата. Он свел нас с их арт-директором и тот заявил, что им нужен «Самый лучший поэтический вечер в Минске» и мы согласились. Позже в интернете была создана конференция для обсуждения организации Эшафота, куда были приглашены люди, в той или иной степени инетересующиеся поэзией : кто-то в силу привлекательности ее финансовой стороны (которой, скорей всего не существует),

кто-то в силу непосредственной занятости литературой (в основном -бывшие рэперы) и даже один небезивестный научный сотрудник (Андрей Косько). Нетрудно догадаться, что о каком-либо консенсусе речи быть не могло, причем это относилось ко всему, начиная самим мероприятием и заканчивая вопросами музыки в стиле power-metal. Но в итоге, нам все же удалось прийти к более-менее сочетающимся сценариям.


9

Стартовый набор организатора эшафота

А

втор поднимается на сцену или, как патетично любили выражаться некоторые из наших коллег – восходит на эшафот, и в течение 5 минут делится с публикой прецедентами для обсуждения своего поэтического таланта. Затем, жюри в составе 5 человек (четверо из которых, должны были быть постоянными) обсуждает услышанное, а не редко, и увиденное, и приглашает к обсуждению зрителей.

И

тогом обсуждения становится голосование, в ходе которого, выснялось: соответству ли кандидат стандартам шоу. Если да – участник перемещался в разряд, прости господи, резедентов Эшафота, получая, таким образом, право на выступления без последуещей оценки; если нет – отправлялся на условную переподготовку с тем, чтобы через месяц продемонстрировать высший пилотаж в области поэзии. И так восемь раз за вечер с перерывом в 20 минут.


П

ервоначальный вариант остается без изменений, но в дополнение ко всему этому боевику, мы вводим «переэкзаменовку» жюри. Т.е. спустя некоторое количество вечеров, один из постоянных членов жюри должен был выступить со своим материалом. Предполагалось, что таким способом можно будет дискредитировать формулу «вот ты такой умный, когда в жюри, а сам ты что написал?», но на деле мы лишь дискредитировали членов жюри, которые такой вариант предложили.


10

2

микрофона фирмы Panasonic, подлатанных синей изолентой

6

р

средний счет за три порции американо в течении вечера

0,6

мг

средняя доза никотина, содержащаяся в одной сигарете организатора

15

страниц стандартный объем документа, содержащего тексты шести авторов Эшафота

4

часа продолжался самый долгий «Эшафот»

16

лет возраст самого молодого автора «Эшафота»


11

Сделка.

Великие октябри П

ервый «Эшафот» состоялся 9 декабря 2015 года, и, к нашему большому удивлению, вызвал сильный интерес со стороны публики. Впрочем, еще большой вопрос кого же в тот вечер было больше в зале: поэтов или их любителей. Среди невообразимой духоты в куртках и без, пьяные и трезвые - стояли люди, как бы это не парадоксально звучало, пришедшие на поэтический вечер. амо собой, наш первый блин не миновало одно общеизвестное свойство. В особенности это касалось звука: по мере удаления от импровизированной сцены его полномочия становились все более и более призрачными, оставляя в полнейшем недоумении насчет происходящего гостей на галерке. Мы еще не успели изготовить карточки, для голосования жюри, и потому пять человек были вынуждены выносить вердикт исключительно при помощи своих больших пальцев.

С

Н

о, как это обычно бывает, плохое неизменно сопровождает хорошее. Именно 9 декабря на Эшафоте блистательно дебютировал Андрей Косько, вызвав у многих негодование своим, уже ставшим легендарным, «жестким стилем». Именно тогда сформировался классический дуэт Андрея Шкиленка и восходящей звезды отечественного хип-хопа. И именно с первого вечера коллективными усилиями организаторов была создана ироничная манера наших афиш. о большому счету, уже на первом вечере стало понятно, что желаемой литературности добиться нам будет весьма трудно: далеким от желаемого на проверку оказался состав жюри, а публика, не говоря уже о поэтах, временами больше смахивала на балаган. Но деваться было некуда – начало было положено, и все что нам оставалось – пойти на компромисс, казавшийся нам временным.

П


12

Чашка чертовски хорошего кофе.

П

осле многочисленных экспериментов с температурой и агрегатным состоянием, официальным напитком «Эшафота» принято считать 200 мл порцию американо, подающуюся при температуре 60 градусов.


13

Вина.

Эшафот и 22 несчастья


«Эшафот» прошел двадцать два раза в том месте, где однажды начал проходить. И это были двадцать два абсолютно не похожих друг на друга вечера. В общих чертах, конечно, структура оставалась прежней: со временем, мы сократили количество авторов с восьми до шести, в целях экономии времени и создания более конструктивного обсуждения; отбросили идею с постоянным составом жюри, оставив право резидента только за Андреем Косько; в конце концов, практически решили все проблемы технического характера: начиная с карточек, при помощи которых, жюри выносило вердикт, и заканчивая импровизированным освещением сцены.


Однако у нас все же оставались моменты, повлиять на которые мы не могли. Это касалось, например, качества стихов. В самом начале мы наивно полагали, что уровень наших поэтов куда выше того, которые предлагали нам выступающие. В общем-то, по началу так и было: на некоторых вечерах к нам приходили довольно талантливые люди (особенно если судить по нашему нынешнему контингенту), но, как правило, бывает очень трудно вытащить талантливого человека из его скорлупы, тем более на сцену. И вот, к нам непреодолимым потоком повалила посредственность. Сперва, получился некоторый баланс – достаточно трудно случать шесть серьезных авторов подряд, как и наоборот, и потому соотношение играло важную роль. Но достичь его порою бывало просто не реально.


14

Когда на один из ваших вечеров приходит человек, и принимается прямо на сцене заваривать себе чай, после чего, начинает надсадно выкрикивать произведения своего поэтического таланта – становится, откровенно говоря, жутковато. Чтобы хоть как-то ограничить себя и зрителей от подобных инцидентов, мы завели клаксон. По задумке, как только, выступающий слышит его сигнал, он должен тотчас прекратить свое выступление. Но это только по задумке. В реальности же, авторы настолько поглощены самолюбованием, что часто не обращают на него никакого внимания. Вот так, от вечера к вечеру «Эшафот» становился полем для борьбы с назойливой бездарностью, после столкновений с которой, нам зачастую казалось, что мы открыли Ящик Пандоры. Каждый раз сразу после того как проходил очередной вечер кому-нибудь из нас хотелось немедленно закрыть все к чертям и больше не вспоминать о произошедшем. Но на следующий же день это желание пропадало. Мы успокаивались и набирались сил, чтобы через месяц опять выслушивать фантастические опусы, в надежде отыскать кого-то стоящего.


15

Гнев.

Последнее слово Интервью с организаторами эшафота. Интервьюер. Расскажите о первом Эшафоте. Каковы ваши самые яркие впечатления с того вечера? Андрей Косько. Все были пьяные, а я – нет. Пожалуй, самое яркое впечатление. Кроме того, на первом вечере я познакомился с Олегом Зилкой, и первый вопрос, который он мне задал, звучал следующим образом: «Андрей, зачем это все?». На что я ответил, что не знаю. Спустя некоторое время он обратился ко мне с тем же вопросом, а когда он задал его в третий раз – добавил, что ему очень страшно. Интервьюер. А самому тебе было страшно? Андрей Косько. Нет. Интервьюер. Выходит, что вот так прямо с первого вечера в тебе поселилась уверенность? Андрей Косько. Во мне не было даже никакого трепета. Всего лишь легкое вол-

нение, как перед любым публичным выступлением. Андрей Шкиленок. Я бы хотел еще добавить, что именно на первом «Эшафоте» Косько встретил свою любовь – Таню. Андрей Косько. И примечательно, что она выступала на первом «Эшафоте» самой первой. Андрей Шкиленок. Кроме нее на первом выступал Кадич – квазипрустовский поэт, вроде как, Штирц. Андрей Косько. Вообще, мне было трудно говорить. Мне казалось, что меня никто не слушает: они просто кивали головой и уходили. Вероятно, поэтому у меня было ощущение бесполезности всего происходящего. Интервьюер. К слову о бесполезности: почему вы до сих пор не закрыли Эшафот? Андрей Косько. Желание закрыть «Эшафот» возникает сразу после его окончания. Но, в общем-то, на утро это проходит. И спустя недели две хочется снова гнобить поэтов. Интервьюер. Но ведь существуют и другие площадки для таких занятий. Интернет, например.


16 Андрей Косько. Эта ниша уже занята. Интервьюер. Как, по-вашему, выглядит идеальный автор? Андрей Косько. Ну, во-первых, у него есть борода. Андрей Шкиленок. И маленький-маленький блокнотик, из которого он читает. Интервьюер. «Эшафот» - уникальное мероприятие. Появилось ли оно без вас? Кто бы мог его сделать? Андрей Шкиленок. Думаю, нет. Прежде всего, в современной поэзии принято хвалить друг друга. А если ты не будешь хвалить чужие стихи – то и твои никто не похвалит. Андрей Косько. И это говорит человек, который всегда больше остальных расположен к чужим стихам. Интервьюер. Но может это и есть, своего рода баланс? Как плохой и хороший полицейский? Андрей Косько. Скорее – красивый и сильный (смеется). Андрей Шкиленок. Если серьезно, то мы создали такую площадку, где критикующий человек не находится в меньшинстве и получает поддержку, как это было везде. Мы создали место, где критиковать поэзию – не стыдно.

Интервьюер. Что касается нововведений, что хотелось бы реализовать в первую очередь? Андрей Косько. Мы уже кое-что запланировали. На 27 «Эшафоте» будем знакомится только с девушками (смеется). Но если честно, главное, чего больше всего сейчас хочется – это интерактив. Чтобы автор не просто выслушивал замечания, но и охотней шел на диалог. Интервьюер. Если рассматривать всю русскую литературу в качестве потенциального состава авторов «Эшафота», каким именно, на ваш взгляд, он оказался бы? Андрей Косько. Пожалуй, я сначала сказал бы, кого посадил бы в жюри. Конечно, это были бы в основном прозаики – люди, действительно умеющие говорить о поэзии хорошо. Например, Солженицын. Вторым, как ни странно, я посадил бы Блока. И этого бы хватило. Андрей Шкиленок. Я бы Галича посадил. Если бы было можно даже пять Галичей. Андрей Косько. А из поэтов – я бы хотел видеть Полозкову. Мне есть, что сказать ей. Брюсова (я бы хотел посмотреть на человека, которому он бы нравился как поэт). Было бы любопытно, если был еще и Ломоносов, без шуток. Максима Богдановича позвал бы обязательно, если говорить о белорусских писателях. И для разнообразия Коласа или Купалу. На закуску, конечно, кого-нибудь из шестидесятников. Таков мой идеальный список.


17

Депрессия. Деньги. «

Эшафот» набирал уверенный темп, и, фактически, приближался к ежемесячной периодичности. Многие вопросы морали и ремесла за это время устранились сами по себе: штатный звукорежиссер уверенно обеспечивал нас отборным пауэр-металлом и звуком в микрофонах (по крайней мере, в те вечера, когда был трезвым), члены жюри постепенно становились жестче и профессиональней, а поэты по-прежнему мельчали. барной атмосферой нашей площадки пришлось находить компромисс – порядком раздражала доступность алкоголя, зачастую несовместимая с вещами, звучащими со сцены. Но в то же время было отчетливо понятно, что лишившись этого места, мы лишимся некоторых привилегий, которые обеспечивала его культовость.

С

В

скоре вопрос решился без нашего участия: руководство потребовало ввести платный вход. Точнее предложило несколько расценок на вход, ни одна из которых, к слову, не была приемлемой для нас.

.


Д

ело в том, что безвозмездная основа «Эшафота» - один из основополагающих аспектов мероприятия, и если бы он изменился – изменились бы и отношения с аудиторией. Когда ты просишь у кого-то денег за свои услуги, то твой клиент обладает правом брать с тебя отчет. Такой вариант даже не рассматривался всерьез.

В

итоге это привело к разрыву отношений с администрацией клуба. Мы остались с восьмью сотнями подписчиков и без дома.


.


18

Новый дом. Н

аступила затяжная полоса оцепенения. Никто не знал, каким же образом найти новое место. И дело даже было не в том, что заведений не хватало – как раз на оборот. Просто от большинства из них несло пошлостью за километр, и устраивать «Эшафот» в месте под названием, скажем, «Маяковский» было бы достаточно глупо. Мы стремились к более серьезным вариантам, которые позволили бы сконцентрироваться непосредственно на литературной составляющей, отбросив «площадные» элементы.

А

ндрей Косько, к тому времени, активно сотрудничал с образовательным проектом «Курилка Гутенберга» в качестве лектора. Со временем он увидел большой потенциал в свободном пространстве «Space», в котором проходили лекции, и предложил попробовать провести вечер там. Через какую-то неделю, мы неожиданно быстро сошлись с рукводство кластера, и те согласились сотрудничать с нами на бесплатной основе. Предстояла большая работа по смене дизайна и организации технических возможностей. Но глав-


19


20


21

Принятие. Новая надежда

Обновленный «Эшафот» состоялся 21 июля 2017 года в пространстве «Space». Помимо уже состоявшегося состава организаторов в нем приняли участие дизайнер и фотограф Валерия Гуревич, инстаграм-менеджер Анастасия Измайлова и звукооператор Виктория Шалькевич. И он не заставил себя ждать: зимой Собрав и сопоставив весь полученный опыт, мы сформировали команду, способную развернуть деятельность мероприятия до более масштабных размеров: была улучшена графическая составляющая, напечатаны наклейки, профили в социальных сетях превратились из придатков к основной публичной странице в самостоятельные источники информации, критическая часть стала гораздо содержательней. Теперь

стала гораздо содержательней. Теперь на «Эшафоте» все труднее встретить пьяного дебошира - он уступил свое место зрителю, пришедшему сознательно. На данный момент к проведению готовится уже 27-ой вечер, и намеченный нами курс становится все более и более реальным. К сожалению, по состоянию на конец 2017-го года, поэзии в Беларуси не предвидится. Однако не исключен вариант, согласно с которым, «Эшафот» сможет хотя бы слегка подтолкнуть литературный вкус зрителя в правильном направлении. И если такой вариант действительно возможен – значит наш вклад в литературный процесс, едва подающий признаки жизни, имеет какую-то ценность.


...


Profile for Владислава Селезенева

Scaffold / Journal  

Поэтическое шоу "Эшафот" - литературное мероприятие, проводимое в городе Минске интернет-сообществом "Течение Немиги", на котором 6 авторов...

Scaffold / Journal  

Поэтическое шоу "Эшафот" - литературное мероприятие, проводимое в городе Минске интернет-сообществом "Течение Немиги", на котором 6 авторов...

Profile for 309846
Advertisement