Page 1


Сборник стихотворений В.Б. Пичугина «Лист, плывущий по воде…»

*** Тепло, безветренно, туманно, Мерцают кроны голых древ. В дали дремотно, томно, плавно Летит листва устав от дел. Река темнеет, ровно дышит В поблекших, хрупких тростниках. Мелькнула рыбка – всплеск лишь слышен И ряска покачнулась в берегах. Покой божественный исходит От тёмных трав и от воды, Природа в корнях затаилась Теплом небесной чистоты. Один лишь вздох и жизнь искрится, Туманный пар идёт со рта – Ах, осень, что в душе творится Когда ты так светла, проста. 10.2004 г. В.П. Солнечная млечность. Сединой пушистой осень Травы обнимает, Запах прелых листьев, Лужи замерзают. Инеем покрыты: Мост, кусты, дороги И холодный воздух Согревают ноги. Хочется забыться Сказочной дремотой, Тишиной упиться Серебристой ноты. В небе над полями Ворон одинокий Взмахом рассекает Даль глубокооких. Эх, взлететь бы птицей Или плыть по древу,


Мысли сизокрылой, Стародавней верой. Так идти и думать Можно бесконечно, Но в траве стеклянной Спит цветок беспечно. Жёлтый одуванчик! Летняя забава, Ты зимы обманщик, Ждёт тебя расправа. Холода – суровы, Вьюги будут скоро, Но ты стал как слово, Нет в тебе укора. Ты ведь знаешь горечь Пасмурных страданий, И молочность света, Солнечных созданий. И весною снова Будешь окрыляться Белоснежность лета, К солнцу устремляться. 11.2004 г. В.П. *** Мост железный покачнулся, Гладкая речушка, И скользят по ней листочки Лодочки-простушки. С высоты смотреть так странно – Под ногами воды, Я иду над берегами, В зеркале природы. Взор небесный ясно светит, Серебрится дол, И в траве один хранится Одуванчик – зол. Холода настали, Иней – железяка, Заморозил зелень – Старый забияка. 11.2004 г. В.П.


Её стихия – дождь. Мне не понятны эти строки, Мне непонятен хлипкий дождь. Во мглу врываясь одинокий, Стучал по окнам ливень-вождь. К чему запятнаность дороги? Уныний бубен потемнел. Понятен взгляд твоей тревоги – Сверкнула молния-предел. Не искушай, не упивайся, Пусть лучше влагу пьёт земля, Ростком от нежности спасайся, В движении к небу – тополя. Высот незримые просторы, Пробьёт сквозь тучи солнца луч, Исчезнут пропасти, раздоры – Ненастьем душу мне не мучь. Темнеют влажные деревья, Корой глубокой старины, Нет красивей в душе поверья, Чем грань единственной весны. 04.2005 г. В.П. *** Если мир туманным стал Скован грустью и.надеждой Ты всмотрись в девичий стан Там живут мечты в одеждах. Прикоснись слегка, открой Ширму недотроги И небесный мост построй, Если нет прямой дороги. Оживает всё весной: Бродят чувства, мысли, Нежной, сладостной волной Дуют ветры с выси. И деревья все в цветах – Глупо не заметить. Эй, прохожий! Просто так – Можно не ответить. Что-то кажется опять—


В сердце возродилось, Мы плывём на облаках – Вишня притворилась. Стала облачком седым, Белым ароматным, Загляделся – вот так дым!— Лепестков приятных. Где-то прячется в тени Тайно, незаметно, Фея, ждущая любви— В её сердце вера. Она тает и поёт Тихо, не приметно И росу с травинок пьёт Просто, беззаветно. И в лазоревой дали Есть её посланье: Только внутрь сейчас смотри – Там всё мирозданье. Не гоняйся за листвой Денег шелестящей— Будешь вечной жить весной, Дружбой настоящей. В мире призраков давно Есть одно виденье— Из-под носа увели Хищное везенье. Так что жди, но не робей – Времени растрата, Действуй точно от груди – Вот любви зарплата. Птица ввысь всегда летит, Чтобы растворится И объём небес испить Да с простором слиться. Так и гордая душа, Силу обретая, Наслаждается в тиши Мигом оживая. Появляются стихи В сердце замирая, Быстротечность превратив


В сказ земного рая. Тут добыча не уйдёт Нет ни в чём обмана: Бюрократ здесь не поёт, Только жизни манна. Распускается цветок И в душе приятно Всё так просто и давно… Каждому понятно. 04.2005 г. В.П. *** Пастушьей сумки сердце пополам: Спорыш растет и тут и там И дует нежный ветерок, Взгрустнулось мне – уйти не смог. 05.2005 г. В.П. *** Тростники опять растут Лето приближается, Птицы радостно поют – Праздник не кончается… 05.2005 г. В.П. *** Чёрная стрекозка, Парочка скворцов, В облаках повозка Тающих дворцов. Как приятно нежиться В летнем ветерке Растворяться свежестью В солнечной реке. Ни о чём не думать, Просто так стоять И минутным таинством Всё в душе объять Что кричит кукушка? Кажется: лопух. Да, с гадалкой свяжется Только майский пух. Не года считаются, А любви игра,


Как смешно гоняются: Крыльев чехарда… 05.2005 г. В.П. *** В нарядах летнего убранства, Жарой съедаема листва, В тенетах скрытого пространства, Таится сочная трава. Тигриных лилий безупречен Изгиб и точный линий ход: Их рыжих крыльев взмах отмечен Цветком открывшихся «ворот». 06.2005 г. В.П. *** Шелковый ветер, Крону качает, Тополь листвой Мелодично поёт. В отзвуках древних О чём-то вздыхая, С морем он дружит Волною плывёт. Музыка неба, Полёт вертикали, Грезит в пушистых Снегах небосвод. В ветвях кружась Растворились хоралы Фугу безбрежности Сердцем он льёт. А у дороги, В пыли, неприметно, Зонтиком белым Танцует вьюнок. Лишь в сердцевинке Немного алея: -- Может быть тополь Не столь одинок? Кажется птицы


Ему надоели: Он от щекотки Совсем изнемог. Вот и шатается Ветры гоняя, Всех посылая То в омут, то в брод. 06.2005 г. В.П. Утреннее таинство. Блаженно вздыхая Струится река, Возвышенный серпень, Пушистая мгла. В туманных размывах Деревья стоят, Поблекшие травы Росою блестят. Безветренно, тихо, Светло на душе, Неспешности лёгкой Изгиб на меже. Парит отдыхая От солнечных дней Округа степная – Ей осень – елей. В предчувствиях тонких Гармоний стихий Сверкает природы Чарующий мир. Как чист и изящен Прохладой пьянён Воздушный советник С древнейших времён! Уйдя в сердцевину Всего бытия Мы все в колыбели И всё здесь не зря. И в каждом движеньи, Шуршаньи листвы Мерещится эхо, Рожденье весны.


Найдя сингулярный Источник – исход, Жизнь пьёт сладкий сахар – Нектар диких сот. Чутью аромата Доверившись раз — Мы книгу природы Откроем тот час. Листая страницы Полей и небес, Парит скромно Птица – танцующий лес. Но те же просторы Царят и внутри, Лишь сердце коснётся Другого в груди. 08.2005 г. В.П. *** Шопен в машине. Приоткрытое окно. И бабочка капустница летает. И вихрем вальса Кружится легко Воздушных струй Едва-едва касаясь. И лета жар Смахнёт листва, Тепло затрепетав И ветру удивляясь. В тени аккордов Звонко и светло Скользит мелодия Порыву поддаваясь. И жёлтый свет, Застывших хризантем, О прошлом нам Чуть-чуть напоминает. 08.2005 г. В.П.


Путешествие к тёплому Водоёму. Ты будешь богом пасту хо в, Лицом диковинного лу га; Есть о диночество богов – Изнанка детского испуга. А. Сигида.

На японской машине Быстро в Счастье летим И закат стал вдруг синим, Три трубы – пилигрим. А в салоне мигалки, Звон и грохот лампад И прыжки на скакалке Негритянских ребят. Вдоль дороги чернеют Кучерявою тьмой Остродумы – деревья, Отдыхающий зной. Полоса, что вдоль трассы Указала нам путь, Лежебокой терассы Чернозёмную суть. Пахнет полем и влагой, Впереди – водоём, Мы устали в неволе – До луны доплывём. Золотится дорожка, И в росе небосвод, Так чудесно бесцельно Приласкать толщу вод. Растворились надежды, В чувствах-красках пейзаж, Не хочу лицемерить В темноте ультра-каш. Раскрываются «двери»: Столбенею, дрожу Безграничности трели Охватили межу. Вот он преданный берег Трансформатор дилемм, И укутался ветром


Босоног без проблем. Если люд не ласкает, То природы душа Не откажет в приёме— Её не надо гроша. Мы забавные дети В этих древних степях, Где Донец мощной жилой Вымеряет размах. На японской машине, Без трусов, но домой Возвращались поэты По дороге ночной… 08.2005 г. В.П. *** Тихо, вкрадчиво касаясь, Чуть кругами по воде Блики солнечные пляшут Под мелодию Бизе. Вспоминается спросонья, Что утрачено давно, Лица светлые, раздолье – Да теперь уж всё равно. Жизнь другая, мячик скачет, Не найти теперь нигде, Тех минут, где скрипкой плачет, Что-то скрытое во мгле. Но с надеждой сердце дышит— Дятел ловко клюнул ствол Абрикосовой удачей он Откликнулся на зов. В клюве он добычу держит, Быстрым взглядом заискрил И теплом столь быстрой встречи Всё в душе преобразил. Заиграло в ветвях солнце, Осыпается листва, Исчезает горечь в прошлом, Колыбель есть— навсегда. Убаюканность блаженства, Непривязанность к беде,


Успокоилась поверхность— Лист, плывущий по воде. 10.2005г.В.П. Отцу ( воспоминание). Неожиданно он вышел… Неразгаданно ушел В непрерывность тёмной крыши У ветшающих домов. Крики ужаса и боли— В этом сила горьких лет— Сколько собрано в неволе Позолоченных монет. Пусть проходят дни упрямо, Так в пещерах диких скал Стаи птиц ютятся странно— В море ветер одичал. Вздохом отзвуков прошедших Серебрится стройный лох, Силой ягоды-маслины Он вернутся в детство смог. Незаметные оттенки, Плавный, нежный переход От исчезнувшей искринки К пестроте осенних нот. От цветущих дней веселья Остаётся мягкий дым Одиноким притворился Склон оврага — херувим. Вьются гибкостью игривой Козьи тропы вдалеке, Золотистой пышной гривой Клён взметнулся налегке. Что сказать? Похожа осень На глубины седины — Очищаются в истоке Затаившиеся сны. И прозрачностью влекомый Воздух силится понять Тишины великой звоны, Где сокрыта благодать.


Мир тебе! Ты был непонят Суетой бездумных лиц, Только возглас журавлиный Пред тобой склонился ниц. 10.2005 г. В.П. Осенние дожди. Нам привычным кажется Говорить стихами Слово быстролётное – С чувствами и снами. Мысль размыто движется Акварельной влагой И щебечут птицы, Дождь – осенним шагом. Всё перемежается В смехотворной дымке, Осенью свершается Таинство картинки. Лист, желтея, стелется— Влажная дорога, Ель слегка колеблется – В небеса острога. На душе то грустно, То чуть-чуть теплее И прозрачный воздух Кажется светлее. Каждый раз всё заново -Видится впервые, Дождь смывает с памяти Прошлого порывы. Остаётся корень, Мокнущий от влаги И смеются ветром Странные дороги. Муки одиночества, Вам ли не знакомы Грустные пророчества, Обветшалость дома? Что за ложью кроется? Правда, но кривая. Стоит ли мне маяться, Осень, ты седая?


Есть в твоей печали Радость неприметная – В высь стремится сказочно Тишина заветная. Холода – снаружи, А внутри тепло – Обнимает стужи Быстрое крыло. Мир застывшим кажется, Но не верь – он спит, И земля – живая, Дышит и сопит. Можно ль верить физикам? Твердь – не просто твердь, Слышит и колеблется – Сердцем мир измерь. Небо оживает, Смотрит и поёт С тишиной вдыхая Звёздной пыли лёт. И краснея, мажутся В холода кусты, Если это кажется: Свидина – прости. Если же не дышится Через ступни ног, Значит в одиночестве Умирает бог. Он ведь тоже сказочный, Абсолютный весь И проник в грудину И томится здесь. Выпустим на волю Сущего Творца Пусть душа сольётся С радостью птенца. Чистотой мерцает, Лес, устав от дел, Вдоль реки сверкает Солнца перепев. Он омыт от грязи,


Обновлён для снов И в скрипичной вязи Зимовать готов. 10.2005 г.В.П. *** Отсырела даль над пропастью Неба синяя стена, развалилась Тихой описью быстролётного крыла. В одинокой дикой пустоши Бесхребетно одичав, Стал навесом для безмолвности Хромоногий лев-причал. Ветры воют безутешные И скользят по берегам Переливы волн неспешные: Кто-то воды раскачал. Облака вот-вот расплачутся, Сталь сдавила их в тиски Благодатью летней кажется Звук чарующей тоски. Осень грязь убрала пляжную Всё расставив по местам И стихия первозданная Пробежалась по следам. Скоро всё кругом очистится И уснёт смиренным сном В холода дорога числится Быстротечностью времён. 10.2005 г. В.П. Выбор Владимира (о язычестве). «Сколько русского веселья в винопитии – беда! Что для князя недоверие? Выбор веры – ерунда…» А.Сигида.

Христос не видел снега – Такая вот беда. Молись ему – пол неба Растает навсегда. У князя – воеводы Для веры нет причин


Он жертвует язычеством – У бога будет сын. Не пройдена дорога Воинственных утех – Смиритесь, ради бога,-Безумство плоти грех. И начались раздоры: Двумя или тремя – Печальная дорога, Тоскливая стезя. Упали на колени: Чудесен и могуч, Вериги зазвенели – Ученья светлый луч. Спокоен лик в тарелке, Утешится вдова, Попы сидят на грелке – Небесная вода. Друг другу не наскучим: Поём теперь псалмы, Единству церковь учит, Не снятся вещим сны. И разум хоть тускнеет Зато какой елей – В земле обетованной Любой теперь – еврей. Теперь мы не буяним, А любим одного Хлебами он накормит, Зимой же даст пальто. Казаков так ломали – Поныне не найти Яхонтовый был вирус – Мамаю не пройти. В дубравах стонет ветер, Замёрзли берега И ломит сквозь валежник Седая борода. И плачет Ярославна Тугой был обруч-путч, Лишь дед Мороз на санках Скатился с горных круч.


11.2005 г. В.П. Интернет сны. В непроглядность смотрю, Под покровом стены Затаилось всё то, Что тревожило сны. Серость, влага и грусть В электронной сети Замирают и пусть – Незаметные дни. Где-то там далеко… Плещут волны, тепло, Непонятный язык, Но отходчивей зло. Не пробиться ни как Сквозь кромешную тьму Остолбевших зевак – Сотворим кутерьму. Кто стоит на пути? Не мешай, уходи. Места хватит на всех – Бесконечность тайги. Ты сражён сам собой, Лилипут истукан, -Прохожу сквозь тебя, Мне смешон твой обман. Меч бумажный блестит И печатей пятно От воды поплыло – Из бумаги весло. Кто черпал из себя, Тот не сразу нашёл Ты ж папирусный тигр Уже в землю ушёл. И опять ветерок И опять миг взлетел Не простой был урок: Засыпая -- прозрел. 11.2005 г. В.П.


Критика. Вымученный стих, Стеная, пыжась, То, уткнувшись в лиру, То прильнув, Пафосом в самом себе постылым, Пробирался спину изогнув. Может быть слегка подкрасить флаги Или высветить себя на рубеже? Или с оттиска испачканной бумаги Сделать фолиант из Беранже? Может быть, воспеть родные степи, -Патриотом родины прослыв Или что-нибудь стуманить о Завете – Купола свободой совести облив? Не криви душой, поэт, не путай ноги, Не придумывай избытка чувств и слов. Только искренность поможет на дороге, Где старик Эйнштейн пенсне забыл. 11.2005 г.В.П. Неожиданное письмо. Ноябрьской серой мглой Опутана округа, Холодный воздух – вой, Ты сердцем ищешь друга. Зима уводит внутрь Все внешние порывы— На мрачных камнях – лёд И плачущая ива. Надежды и мечты, Что бедности знакомы Уйдут с глухой стези, Где мудрость – глаукома. Попробуй, кА –дождись От ближнего ответа – Он рыщет словно рысь Известного куплета. Далёкою мечтой Неведомых скитаний Играет мир степной В сокрытии ожиданий.


Что кроется в душе, То хладу не подвластно – Дворец на вираже – Лампада так прекрасна! И всё-же мне смешно: Тепло жить на Гавайях – Откликнулась письмом Художница из рая. Уехать далеко… Совсем в другие страны И выяснить там то, Что люди – обезьяны*. Великий Хануман** Помог моей подруге Узнать святой обман И царствовать на круге. Там то же не легко, На рдеющих Гавайях, Укутаюсь в пальто – Зима не будет злая. Ты чаще мне пиши – В душе ведь миллионы, Шалфеем с мотыльком Окупятся препоны. * --дружественный привет сторонникам бихевиоризма, возможно, из Сухумского заповедника. ** --царь обезьян, он же Сунь-Укун. 18.11.2005 В.Б. Пичугин *** Так много лет болтать, болтать, Но разве это кто-то слышит? Ведь точно так на склоне лет Дуб шелестя прошедшим дышит. Деревья думают без слов, Душа у них ясней и чище – У человека много снов, Но непрерывность сердцем ищет. Когда безмолвности игру Постигнет разум - сердцевинка, --


Освободится от оков Ума расчетливая льдинка. И каплей тающей пурги Преобразится храм кристаллов В округлость формы превратив Свод леденеющих кораллов. И лёгким паром воспарив, Летучий смысл соединяет Всё бессловесное тепло, Которым мир живой сияет. Словесных трелей ручейки, Понятны только людям,-Но неизвестны мотылькам, Что душу певчих будят. А свист дельфинов и китов, А взмах летучей мыши? В биеньях их сердец есть зов, Который люд земной не слышит. У человека нет причин Для гордого величья, Он отделился от основ Безмолвного приличья. И биосфере он принёс Гораздо меньше пользы, Чем сонмы тающих берёз, Весной ронявших слёзы. Уравновесив блага все Парим мы в ноосфере, Но разве меньше дум в слоне, Трубящем всем о вере? Конечно, знаки, письмена, Архив ушедших мнений, В пределе чистого листа Исчезнут без сомнений. Когда с небес посыпал снег, Кружась неторопливо, Как много писем от сердец Природа получила. И только где-то далеко, В горах Килимонжаро, Белеет то, что нелегко Понять нам «с лёгким паром».


Кругом жара, не тает снег – Окутан и возвышен Быть может с этого листа Глас неба станет слышен? 12.2005 г. В.П. Впечатления о поэтических чтениях. В словах есть нечто, что смеётся, Пытаясь мглу из чувств пронзить И непонятностью беспечной Очаровать и удивить. Напевность звуков, окончаний, Ритм повторений сложных фраз Из пелены рождает образ, Где бьются профиль и анфас. Похоже, Парки* затевают Соткать незримо полотно И следом шёлковой вуали Прикрыть реальности окно. Там в исчезающих мгновеньях, Несутся резкие стежки, Переплетутся судьбы, мненья, То в завитушки, то в кружки. И в мелодичности зеркальной, Как отражение в воде Играет смысл первоначальный -Лик бессловесного везде. Всё относительно и всё же— Как удивительно сверкнёт Став средоточьем сочетаний Сон поразительных высот. Но передать никто не сможет, Неразделимо смысл един Нерукотворностью тревожит, И в волшебстве своём один. Какие странные попытки Создать из призраков туман, Который мир живой повергнет В непредсказуемый обман. Всего лишь карта, оттиск, отблик, Но убедительней, верней,


Чем сотни хоженых тропинок— Путь откровенных стиховей. И ножницы в руках у пряхи, Застыли— ей не всё равно, Из шёлка тонкого соткали Три вещих прялки полотно. Где оборвётся нить свиданий? Где растворится жизни сон? Веретено кружится быстро, А Млечный путь был окрылён. 12.2005 г. В.П. *Парки – в античной мифологии - богини судьбы, которые прядут и перерезают нить человеческой жизни. *** По равнине позёмкою белою Заиграет метель, заискрит. Изо рта пар горячею силою, Под хрустящий аккорд заклубит. Вдоль дороги темнеют укручины, Оголённых таинственных древ, Но морозом они не измучены, Отдыхают свой саван одев. И под куполом неба просторная Распростёрлась картина степи И мерцают лишь звёзды проворные И не хочется дальше идти. Эх, мечты, вы мечты окрылённые Всё парите ночной тишиной не понятно во что вы влюблённые, Только воздух горит синевой. 12.2005 г. В.П. Хандра. Что-то не весело: Насморк, устал, Серость природы – Забытый причал. Слишком постылоУгрюма среда, -Качество жести –


Зима, холода. Как ни старайся Ничем не проймёшь, Тайной сокрытой Всю жизнь проживёшь. Может быть в этом – Безумие века; Денег нехватка, Любви, Человека? Ставит природа Усильям предел Всё обретает Свой снежный удел. Снежные степи, Деревья, дома, Люди-снегурочки – Хворь от ума. И в утешенье Лишь мудрый совет: Поиск снаружи – Потеря монет. Время настало Для действий внутри, Малое зёрнышко – Силы копи. Всё происходит Своим чередом, Сказочный мир Будет вновь возрождён. Только всмотрись В глубину своих снов – Там постиженье Небесных основ. Шумно упала На руку снежинка, Каплей слезы Стала вечности льдинка. След на ладони – Признаньям ответ, В мёрзлых чертогах Есть тёплый сонет. Так что паромщик


Топчи свой причал: Фауст у Гёте Совсем заскучал. При переправе На берег другой, Смысл потеряет Любой водопой. Да и паром Только символ и знак, Точка отсчёта Небесных зевак. В стужу покроется Льдом вся река— В быстром скольжении Будет весна. То в чём горит Озорство и движение Детства урок – От беды избавление. 12.2005 г. В.П. *** Ты испил из чаши вечной, Там где плавились слова, Где в праобразе беспечно Закружились небеса. Прикоснулся к чувств истоку: К постоянному Теперь, Между пропастью мгновений, Есть блаженство без потерь. Смысл охотиться за мыслью Стал и чище и теплей,-Так живы «следы» ушедших И нет времени теперь. 12.2005 г. В.П. *** Ты смущённо потупила Взгляд свой ясный,-Ну и пусть, миг Решений и открытий Мной изучен наизусть.


Так не просто оглянуться На прожитых дней гряду, Где мечтаний сны крадутся – Без ответа не уйду! Сложной кажется дорожка, Стрелка бегает часов: Чтобы за и против взвесить, Ум промчаться жизнь готов. 12.2005 г. В.П. Зимние узоры. Что за весть на окне? Будто с дальних миров Звёздной картой в огне Прилетел след костров; Превратив на стекле Белоснежность ветров В символ солнечных слов Обращённых ко мне. Льда искринки застыли рисунком тепла, И природа таинственной шуткой добра,-Догадайся, попробуй, какие слова, Распушились в снежинках, в узорах ковра? Тут и ветра язык И огня звук-изгиб, И небес чистота, И воды красота. Только ворон за окошком Грезит вовсе не о том, Он готов упиться крошкой И сражается со льдом. А в груди его горячей Бьются лишь слова пурги: Он, взлетая чёрной клячей Ель избавил от нудьги. Снег, кружась, слетает с ветки, Пробудилась ель от сна, В такт качается, не зная, Что у птицы за беда. -- Что за белые надежды? Кто окрасил всё кругом?


Вечной зелени одежды В снежной пудре – Вот дурдом! Но весёлая синица Превратила гнев в смешок, Теребит её иголки, Раздувая зоб – мешок. Ель трясётся лапой снежной, Ветер зимний стал не злой И пушок слегка клубится, Оседая тишиной. Смотришь – тянет в сон-дремоту И задумчивости дым Оживляет храм загадок, Что не ведом молодым. Что-то дольнее играет Вереницей гулов – слов И контрастами зевает Стужа зимняя в засов. И мерещатся то танцы, То лирический напев, То снежинки как повстанцы Бой ведут за право древ. Грань миров картиной дышит Между хладом и теплом: Кто мечтает, пусть услышит Звук космических костров. 01.2006 г. В.Пичугин Загадки зимы. Просветляется погода, Очищаются снега, Солнце светит с небосвода – Очарует нас зима. Тихим, мягким, приглушённым, Оказался каждый звук И метёт позёмкой лёгкой С крыш домов игривый пух. Туи в белом одеянии, Чуть качаясь, норовят Дотянуться друг до друга Сонным вальсом лап-тигрят.


Одинокая ворона, В вихре снежном на пруту, Вся наёршившись, вздыхая, Что-то шепчет про пургу. Ты не бойся – потеплеет, Хоть и лютый на дворе: Птица бедная мечтает О весенней чехарде. Но кругом одни белила, Стёрты краски – чистый лист, Чёрной кляксы всплеск игривый И полёт с размаху вниз. И опять добыча корма В замороженности лиц – Вот – остатки от попкорна, А вот – крошки вкусных пицц. Кружат мягкие пушинки, То -- взмывая, то -- искрясь, – Не поймёшь, зачем смешинки осыпаются, светясь? Не поймёшь, к чему так странно Опрометчиво бела – Эта чистая поляна, Словно скатерть у стола? И зачем белеют ноги Этих спящих, хмурых древ, Что столпились у дороги, Шапки странные надев. Зимний сон загадок полон, Лишь внимательней всмотрись – Мифов древних скороходы Пробегают будто рысь. 02.2006 г. В.П. Отражение тени. Не хочу минутной страсти, Чтоб из сумрака бежать, Не милы твои напасти – Проще сердце удержать. Водой прохлады разум веет, Смиряя норов скакунов, Сомненья тонкие имеют


Свой вес на чаше двух весов. Когда оттенком промелькнуло Притворной ноты серебро, Ты не влюбившись, изменила И в том коварства ремесло. Растратив верности скрижали, Мы предаём забвенью то, Что в глубине очей держали, Что было свято и светло. Казалось бы простой детали Нам не хватило для того, Чтобы амуры возмужали И чувства выбрали тепло. Скачите глупости азарта По жнивам алчности путей – Один лишь миг решает точно, Что сердцу ближе и родней. 02.2006г. В.П. Глупый ворон. Равниной гладкой, сном прибрежным, Течёт под толстым слоем льда, Реки радушная стремнина И очищается вода. Как изумительно прекрасны Снега в сиянье золотом! Под покрывалом мягким, спящим Хранится пашни старой том. Ему до времени таится, Настанет скоро славный день, Когда вращенье звёзд по кругу Откроет книги древней тень. Взметнутся травы в высь стремглаво, Нальётся сладким соком ствол И влагой жизни опьянено Вздохнёт чарующий престол. И распахнутся окрылено, Во всей пленительной красе, Межстрочья слов-цветов влюблённых, Отдавшись чистой синеве. И защебечут на просторах


В игре весенней сотни птиц, А нынче снег лишь опушённый Вздыхает мягкостью ресниц. Да всё вода бежит студёна, Печатью мерзлой скреплена, Но солнце чувствует ворона— Настанут лучше времена. Шутя, скользит крылом играя, Короной чёрной глубины И блеском злата призывая Дни расколдованной весны. Весна, весна… О, глупый ворон, Твердивший только «никогда!»*, Твоя подруга лучше знает, Как пробуждаются от сна. * -- см. стихотворение «Ворон» Э. По (перев. К.Д. Бальмонта). 02.2006 Лейтмотив пробуждения То вижу тень уставших лиц, А то тепло в стихах страниц – Проснусь весной: ещё зима, Ей белоснежность так мила. Что кажется просвета нет Холодным дням из прошлых лет. Ну, вот ошибся – солнца свет Уже пробился и кларнет С гобоем правят свой дуэт. А вот и скрипки зазвучали, Слегка оттенками печали, Но чем теплее звук альтов, Тем больше влаги льёт со льдов. Взмахнули лёгкие качели И взяли тон виолончели, Теперь уж сердца камертон Добавит малость – обертон. И закружится в вальсе грёз С горчинкой прелести мимоз Давно забытый клавесин Щепоткой лиры и вершин.


Свежа мелодия и в целом Живёт оркестра сильным телом При этом каждый инструмент Был точен словно комплимент. Не увядающи страницы, Запечатлевшие весну: Прошли года, и всё вернулось – Гварнери так любил сосну. Но это всё лишь мне казалось, Под грохот уличных машин, И каплей быстрою сорвалась Слеза с сосульки эхом льдин. Желая лучшего, мечтают, Приход, предчувствуя поры, Когда мелодии слетают В потоках с тающей горы. Тогда унынию на смену Ворвётся звонкий голос птиц, К ковру из трав припав коленом Вдохнём гармонию крупиц. Тех ароматов, что витают В блаженстве славных вешних дней И звуки музыки сплетают Венки из солнечных лучей. 02.2006 г. В.Б. Пичугин Солнце Хакани. « Ты не увидишь корысти в моей природе. Разве станет слон подниматься по лестнице?». ( Али Хакани Ширвани) Ни дня без раздумий: Струятся сквозь пальцы Песочные стрелки Барханных часов. То время златое, Что мигом зовётся, Просторно сбегает От знаков и слов. Вдруг ветер в ладони Шафраном повеял Сквозь десять столетий – Скрижалей улов.


О сладкая горечь, Твоих воздыханий – Бальзам для влюблённых И дерзких умов. Куда устремился Твой разум нетленный – Ему не подвластно Обилие снов? Вода лишь от жажды И муки спасает В пустынной жаровне Небесных костров. Река мыслей-чувств Упоительно вьётся, Лаская оазис Немых берегов. Одно удивляет – Не властвует время Над солнцем палящим Души без оков. В.П. *** Последний всплеск зимы Метелью, снегопадом Накрыл пути весны – Колдует белым взглядом. И стужа так тепла, Когда прощаться надо – Светлеют вечера И солнце где-то рядом. Чирикнул воробей, Вон там – на абрикосе: Вчера была метель, Сегодня – в гости просим. И золотится наст В надёжных переливах, Сверкающим шатром Укрылась верба-ива. О, ниточка времён – Ты шествуешь по кругу:


Пернатых перезвон И вечности подруга. То светлый нежный шлейф, Возвышенной невесты, То чистый, ясный дрейф, А следом -- ветры-вести. Расчистятся пути, Растают льды и, влага Вольётся в зоб земли – Прощайте снегопады. И юности пора Опять взыграет силой, Проснись! – вот-вот весна Вскружится всем на диво. 03.03.2006г. В.П. *** Ветви ели плавно танцуют, Не осталось от снега следов, Переменчиво ветер взывает К аллегориям первооснов. Вот с травинкой вспорхнула синица И в смешной чехарде воробьи; Половодье. Темнеет страница Опьянённой от влаги земли. И река, берега накрывая, Забурлила бегущей волной, Сложным ритмом и блёском играя, Так спешит – впереди летний зной. Почки маленькой вишни набухли, К свету тянется первый листок, Безмятежность весеннего рая – Запад смотрит теперь на восток. 03.2006г. В.П. Искра твоих глаз. Солнечный день; мы давно Не встречались – Ветер печали дует в окно. Сломаны вехи твоих начинаний. Смутное время. Предрешено.


Сложно, прерывисто Рвётся на клочья Целое зарево Утренних грёз. Всё ж не напрасно В лазоревом мареве Ты танцевала В росинках из слёз. Не отрываются руки От скатерти, Клейкие мысли Тают в тебе. Золотом прошлого Тонкого лучика, Что-то мелькнуло В былой пелене. Не возвращается, Не прекращается, То, что начертано Линией фраз. Кто-то сумеет, Читая Овидия Выкроить мудрость, Вошедшую в нас. Плачет лишь горе, Тебе ли страдания Для неизведанных Тенью даны? Скованы ступни Плетеньем сандалии, Воздух весенний – Убийственны сны. 03.2006 г. Орден почета Цветущий тёрен, берег крут, Чуть покачнулась ветка вдруг. Поклон тебе! – твой аромат Достойней почестей и лат. Под пенье тонкое птенцов В твоих цветах – небесный зов Слегка поющий звук сердец,


В мечтах полётов – твой венец. Из тёмной, жилистой коряги, Ты превращен весной в варяги И берега плывут кормой – От ныне тёрен рулевой. На небе – тучки не видать, Смелее в путь – бери тетрадь, В строке волна и благодать – Ну, как сей образ передать? Прохладен воздух у реки И лёгок всплеск её руки, Она напишет обо всём, О чём мечтает водоём. О перебранках и молве, И о бескрайней тишине, В которой только свет луны, В мерцаньях звёзд и полутьмы. О том, как кружит небосвод, Где нет повторов, есть черед И где есть зеркало – смотри, Всё что снаружи – то внутри. Лягушка звонко усмехнулась, Синица пляшет в тростниках – Как ловко веером взметнулась, Душе её неведом страх. Весенний воздух тянет с силой, Всё что сокрыто спит внутри – Проснись для празднества игривой, Цветущей жизни впереди! Сквозь ветви тёрна виден берег И тихо селезень плывёт, Против теченья, замирая – Куда весна его зовёт? Никто не знает, тонкий месяц Чуть наклонился в синеве И две акации темнеют В пурпурно-розовой игре. 04.2006 г. В.Пичугин Куда спешит ветер? Ветер, стихия степей, В вечность порыв дуновений, Что остаётся от сил


Душу грызущих сомнений? Грани у камня тверды, Кажется, нет их надёжней, Пыль, собираясь в клубы Вихрем взмывает медвежьим. Что остаётся от стен? Прахом уходит живое, Всё исчезает с равнин – Даже нетленность завоет. Как ухватиться за суть? Где передача традиций? Прошлые лица ушли, Новым сверкают петлицей. Степь оставляет следы, Нужно получше вглядеться: Вечность стоит на корме, Травы в фате подвенечной. Солнце играет волной, Кружит таинственно гривой – Вот куда мчится степной Ветер душою игривой. Здесь ничего – лишь луга, Челн, рассекающий время И он свободен всегда – В этом ли тяжкое бремя? Что остаётся в степи? Храмы? Столбы? Песнопенья? Всё растворилось в пути Вольной души без сомнений. Ветра коня оседлав, Встретишься с золотом предков, Воздух крупицы вобрал – Лучшее вновь возродится. Топот, а может быть гром, Там, вдалеке тёмной хмары, Дождик и солнце вдвоём, Радуги сомкнуты парой. Этот небесный дворец, Символ волшебных пристрастий, Дверь распахнул, наконец, Став ещё чище, прекрасней.


Купол. Лунного света Мягки очертания, Тени деревьев Теплы глубиной. Вечер весенний, Воздух мерцаний,-Таинство ваше Навеки со мной. Память Природы Колеблется чашей – Выпей глоток И сверкни стариной. Пьян и спокоен Свод звёздного купола – Поговори, я сегодня не злой… Он бесконечной душой удивляется, Подзакусив половинкой – луной, И тишиной на слова откликается – Проще не скажешь, – небесный настрой. 04.2006 г. В.П. *** О чистом говорить… Ну что об этом скажешь? Стоит у речки вяз, -Ему ль в душе откажешь? Кто может, тот поёт – Синицы, зеленушки И лишь фазан орёт Из маковой горлушки. Ах, кружат высоко, В белеющих власницах, Две быстрые стрелы, Две ласточки-сестрицы. И стая голубей, Парит, танцуя с ветром – Расправь крыло быстрей Над заревом жар-птицей. Река течёт проста, Легка и повседневна


И листья тростника Ей шелестят наверно. Конечно, всё пройдёт, Но суть их пустотела – Желтеет над водой Цветочек чистотела. Шиповник и пух тополей. На сером асфальте лежат лепесткипрощанья пиалки, их свежесть в пыли. Волнуется лёгким движением кустшиповник колючий и в розовом- грусть. Но как ароматен цветущий порывопять внутрь уходишь про всё позабыв. И чувства вскружились, летит с тополей пушистая вечностьвершина полей. на небе ни облака, ясная синь, опять снегопад, но какая теплынь. 01.05.2006 Фокус превращения. Разве прохлада речного песка Мне этот путь предсказала? Гибкость травы или голубя грусть – Две невозможности в малом. Не остановишь движенье реки, Мелкие блики играют. Просто слегка, вместе с ветром Взмахни – тени угрюмых растают. Хочется многого, но собери Маленькой точкой просторы: Что-то пульсирует силой любви


И зарождаются горы. Выпуклость, складка на гребне равнин, То же с душой происходит Стоит слегка прикоснуться тех ран, Что в неизбежность уводят. Звуки тревожные – вы не мои, Не для меня эти фразы, Я исчезаю в обители сна – Небо во многом и сразу. 06.2006 г. В.П. Наши дзен диалоги Диалог о влечении. Двух приятелей: одного – постарше, другого – моложе. Случайно услышанный мной и записанный в стихотворном виде. 1: Бывают такие красотки, Что телом и чувством нежны… 2: Пустое, не верь глупым девам Им ласки твои не нужны. 1: Бывают девицы с ногами, С изящностью ломких мимоз… 2: Не верь в эти сказки, приятель, Их больше любил Берлиоз. 1: Бывают принцессы с улыбкой, С задумчивым взглядом ундин… 2: Но их Сатана вывез с пляской В просторы заморских картин. 1: Бывают такие создания, Что телом чисты и душой… 2: Так их отравили учёбой И прочей словесной лапшой. 1: Ну что тут сказать – видишь бабу? Её изваял человек. 2: Такую уж точно полюбишь – Её совершенство на век. 1: На свете чудес не бывает –


Вот так утверждает чудак. 2: Да просто он жизни не знает – От каменной бабы размяк. 1: Не веришь ты в женское чудо, В её всех чарующий взор… 2: Медуза Горгона ваяла быстрее, Чем создан мужицкий позор. 1: Так что же, податься в монахи Раз нет совершенства ни в ком? 2: В твоей голове только птахи, С большим лебединым крылом. 1: Но как же? Мне снилась прекрасней, Чем тысячи лучших цветов… 2: Её полюбил ты напрасно – Исчезла от звука ветров. 1: Скажи мне премудрый оракул, В чём женской красы волшебство? 2: Похоже, приятель, ты спятил – Гадание их ремесло. 1: Теперь уж я точно не знаю, Готов окрылиться любой… 2: Весной появляются листья, От жажды спасёт водопой. 1: При чём тут весна, скоро осень, Мне правильный выбор важней… 2: У двух тополей кто-то косит, Траву что осота нежней. 1: Хочу я добиться совета, Ты мудр и успел испытать… 2: То чувство, что носится где-то, Но сам ты не можешь достать? 1: Да нет, я не раз был затронут И сильною страстью разбит. 2: Страдаем мы этим с пелёнок, Но разве не прав Гераклит?


1: На лодке я ставил зарубки, Где в реку был выброшен меч… 2: Теперь ты стал ближе к уловке, Что в угли спалила предтеч. 1: Но я вспоминаю картину, Там дева грустит над рекой… 2: Ван Гога мне ближе „Sorrow”— У женщины возраст другой. 1: Так значит нас манит не тело, А то, что сокрыто душой? 2: И листья уже облетели, И в мыслях безмерный покой… 1: Хочу я добраться до сути, Причины, загадки страстей. 2: Нас всех манит, что будет после, Когда достигается цель… 06.2006 г. В.П. *** Серебристая ива играет листвой, --Почему небо хмурится? Ветер, постой! Неужели не видишь – на том берегу, Золотистые ножки – шмель носит пергу. Он гудит над шалфеем: «Успеть бы домой! Скоро дождик начнётся – не скрыться травой! И смиряется ветер, погладив тростник, Прошуршал лишь немного и вскоре затих. Он давно очарован её красотой: Уступает капризам и ластится в зной, Овевает прохладой и дремлет в ветвях – Утонченно-волнистых и гибких плетях. --Вы не верите? Что ж, посмотрите скорей – полный штиль и в цветах ароматы полей, а в волнении только лишь ива одна и понять невозможно: трезва иль пьяна. 07.2006 г. В.П.


В поисках свободы 1 Ввысь Меняет облик, исчезая, Увидев в облаке коня, Шепнёт на ухо – променяет, Земные тяжбы – в жар огня. Клубится чистотой извивов Немая высь пушистой мглы, В долине плазменных разливов Растают гордости узлы. И только чувств восторг в полёте Над бездной крошечных дорог, Зачем вы в даль его зовёте, За горизонт пустых острог? Там в вдалеке темнеют горы, Но мне ль не ведом их обман: С одной вершины на другую Не перебраться – вечно пьян. Один лишь путь – сдружиться с небом, Кружиться с птицей в облаках, Ведь мир вращается под Фебом И шар земной в его руках. 2 Вверх ногами Тускнеет день и близок час заката, Усталость томная гудит – Священный звук духовного набата В бессмысленность прохладную летит. Пустое всё, в одном – блаженство неги: Зевая сладко отдыхать И лёгкий дым мечтаний, мыслей в беге, Куда-то ввысь беспечно посылать. Как достигая насыщенья Осядет влага на траву, Так всё с начала – от рожденья, Грядущий день – и вновь плыву. В ничтожной капельке росинки, Сиянье радужных цветов – Ну чем не цель для мутной льдинки, Зимой слетающей с кустов.


Так день и ночь, зима и лето В простом вращении без конца, И лишь душа взлетает осью, Где всем полям одна звезда. Как высока её опора, Как основательно стоять! А там, вверху – моря и горы, Земля вращается опять. Так что ж задуматься о смысле? – Прекрасен звёздный водоём! Коперник прав, но черепахи – На трёх китах опять вверх дном! Мир относительности – праздник, Где каждый прав и виноват, Как будто свыше кто-то дразнит: Мол, Аристотель простоват. 07.2006 г. В.П. Полынный шансон. Vox clamantis in deserto. Глас вопиющего в пустыне. Удивите меня по-хорошему, Удивите меня хоть чуть-чуть, Бедный город, люди заброшены В темноту непролазных болот. Год за годом –заботы кишечные: Где добыть? Как других обкарнать? У Петровых ворот будут встречены Тихим возгласом: „Эх, вашу мать!” Не спасают не знаки надёжные, Не казённой заставы ярмо, Хоть построй себе замок-пирожное, Время точит –ему всё равно. Разве можно так скучно и мелочно, Убивать в себе лучший мотив, Имитируя жизнь заграничную, Чашу сердца о камень разбив? Измельчало... Опоры бумажные. Важный вид, да пустые глаза – Ты продал свою душу лебяжию За безумие алчного сна. В утешение глупые возгласы,


Да советы: смирись исполин, В простоте отупелой есть россыпи, Как спасенье от горных кручин. Белый ворон! Тебе от рождения, Предначертано всем быть чужим, Случай – друг, твоей силы везение, За бесстрашие всеми любим. Недоволен? Так что ж – клюй по струночке И ни шагу в мятежный порыв. Слава богу, парнишка на дудочке Наиграл сицилийский мотив. Я скучаю – все басни заказаны, Болтунов стало просто не счесть, Но, увы, мысли бродят там праздные: Книгу не когда людям прочесть. Ждать и думать, что всё переменится? Может лучше – котомку и в путь? У потомков одна веретенница, Только обод успели согнуть. Поделюсь чем смогу, получается, Но труды словно в облаке вихрь, И чем праздник души увенчается Всё расскажет их горная высь. Одиночество... Так получается, Говорят, что я сам виноват, Но восторгов череда не кончается – Всё взлетаю без копий и лат. Развлеките меня, ну хоть крошечку, Подарите мне тонкую мысль, Я лечу в облаках горной пропастью, Ну а горы в степи разве есть? 08.2006 г. В.П. Veritatis simplex oratio. Речь истины проста. Вопрос о чести встал упрямо, Но дуэлянт был слишком глуп: Из кренделей казённой лести Себе связал дубовый прут. Точнее кол и был посажен На лобном месте у ворот, Где стал пугать ворон отважно,


Слегка кривя при этом рот. Раз офицер – изволь к барьеру! Я обхитрю тебя во всём, Забудь про дом свой и карьеру, -Так угрожал он мне мечем. А я стихи писал и думал, Откуда напасть ся взялась, Но секунданты уверяли: С ним шутки плохи – это власть. Ну что ж, возможно, но смотрите – Он на бумажных костылях, Он весь в печатях, размалёван, В глазах его не детский страх. Да и предлог весьма забавный – Купил служебных лихачей, Я вспомнил фильм, где комиссары Ловили горстку басмачей. Так чем закончится расправа? Природа телом обняла: Ох, и жара! Всё дышит паром – Как будто мама ожила. Не теребите бедной душу – Сгорите с горя от стыда, Я добрый витязь – зло не рушу, Пасутся мирные стада. Обман – обманом, разберитесь, Я знаю – прав, давно устал, От равнодушия безглавых, От бессердечных их забав. Есть слово старое, простое, Оно ценнее всяких благ: In vina – это для застолья, но veritas – возьми на флаг. 08.2006 г. В.П. Осеннее небо. Полынь испита. Звон вечерний Приятно пение сверчка. И небеса мерцают тихо, Застыв на лезвии меча. Знакомо всё и всё впервые,


Мой древний предок смотрит вверх, Проходят жизни огневые Под чистотою звёздных древ. Опять распутье. Поневоле. Игра безумных, странных сил. Но вот решение, простое – Мгновенный отдых сотни жил. Пришёл ответ, воспоминанье: Не я один, не мне впервой – Улыбкой мягкой созерцанья Сверкнул небесный рулевой. Всё чередом и неизменно: Увещевал осенний двор, А я смотрел самозабвенно Как за луною крался вор. Приходит время для убытка, Проходит время полноты: Волна что даст – возьмёт с избытком, Для осознания тщеты. Случайный отблеск постоянства Мелькнул как призрак темноты: Кто счастлив в переменах пьянства, Кто дышит осью чистоты. 19.09.2006 г. В.П. Утро магов Слегка прикоснувшись ладонью, Почувствовать тонкий ответ, Как утром в муаре спросонья Мерещится призрачный свет. Границей неявной сознанью, Очерчен мир яви и сна, Оракулом вещих блужданий Становиться проблеск ума. Так что-то неведомым знаком Мелькнёт в пробуждённой листве И гордый цветок георгина, Раскроет бутон на заре. Едва уловимым намёком, В прохладе осенней поры, Мистично-туманные строки Коснуться древесной коры.


И шелестом листьев опавших, Споёт тихо дремлющий лес, Страницы ветвями листавший Из книги безмолвных небес. Исследуя зыбкие грани Того, что внутри и вовне, Откроешь те чистые тайны, Что скрыты в природном огне. Единству подвластны все силы, Но путь этой силы не зрим, Танцуют плакучие ивы, А ветер едва уловим. 10.2006 г. В.Пичугин Степной оазис Растерялся в просторах Заброшенный край, Аномальное место, Неведомый рай. Краснодонские степи, Терриконы, поля, Но откуда здесь горы? – Не знает земля. В пойме балки журчит, Изгибаясь, ручей, Тайной звуков Смывая усталость с плечей. Вольность дикая дышит В зелёных камнях: Каждый всплеск растворяется Эхом в ветвях. Старый вяз удивлённо Осыпал листвой, Дух осенний пропитан Небесной росой. Прикоснулся к коре, И пронзён тишиной… О. безмолвие леса, Мелодий покой! Здесь, в низине


Возвышенность тонких стихий: Недотрога в подлеске Как сказочный змий. Но другая стезя Открывается с гор – Окрылённость пространства И каменный бор. Каждый камень Овеян прохладой ветров, Строгих линий изломы В глубинах пластов. Поднимаясь к вершине, Вдохнув окоём, Вдруг шиповник увидеть – Скалой вдохновлён. И почувствовать близость, Не зная к кому, К не раскрытой загадке, К грядущему сну. Золотистая балка, А дальше поля. Как тепла невесомость, Забавна земля! И тепло от того, Что на дальней гряде – Два возлюбленных дерева, Верных судьбе. А кругом ничего – Только ветер да тишь И невольно любуясь, Куда-то летишь. И в крови закипает Цветущий мотив, А душа отдыхает, Себя позабыв. И в забвении этом Застыла гора: Дышит яркостью красок Прохлады пора. 10.2006 г. Пичугин В.Б.


Поречье Гладкая трасса. Хмурое небо. Рыжая осень летит вдоль полей, Белым туманом, колдуя над хлебом Пашни просторной уснувших степей. Белое солнце хочет пробиться Через нависшую серую мглу И в облаках озарено клубиться В тучи вонзая лучистость-иглу. В быстрой машине приятно забыться, Взглядом окинув печали игру: Поздняя осень! Хочется скрыться Там, в согревающем пёстром яру. Яркий костёр в увядающих листьях И тишина заколдованных гор, В городе это нам может присниться, Здесь у ручья – ты как сказочный вор. Мягкой походкой и лёгким касаньем, Не потревожив задумчивых древ, Ближе и ближе душой пробираюсь, Нежность воды родниковой прозрев. И обжигает холодная влага, Лира ручья – в переливах любви, Ясень с ольхой -- в отражении рядом – Хочешь почувствовать – просто замри. И наблюдай, как таинственно-томно Листик кленовый скользит по воде, Зыбкую рябь еле видимых волн, Затрепетавших покорно судьбе. Замерли воды – ручей студенится, В мелких воронках вращается звук, Может быть это – змея небылица, Зеркалом стала, сокрывшись от рук? А в глубине, на камнях спит лягушка: Сотни вопросов – прозрачно ясны, Холод осенний на твёрдой подушке – Снятся рептилиям вещие сны. Горный массив засиял зубоскаля, Тысячи лет рассмеялись весной, Но на мгновение, тише… я знаю – Хрустнула ветка опять под ногой.


Склон заливается солнечным светом. Как золотится коряжистый вяз! Не удержаться, за мудрым советом Лезу на гору: хоть искры из глаз! Кажется, камни слегка испугались – Очень отвесный и скользкий утёс: Вниз – невозможно, прильну у вертикали – Вот он, шиповник, корнями пророс! Дрожь пробежала – обилие силы Ветер ласкает – привольно дышать, Как хорошо всё гора объяснила: Просто, попробуй восторг удержать! 10.2006 г.В.П. Граф С ним нельзя на ты – горд и величав, Черный дог, чувствителен и страстен И на всё взирает с высоты мудрой и особой масти. Лёгкий бег высоких, стройных ног И восторг сверкнувшего простора: Ты в глаза его взгляни – Там сгорает жажда разговора. Нетерпенье, страсть его души Пробегают дрожью через тело – Создан он для роскоши глуши, Но в повадках царская манера. Несуразен словно человек – Ему тесно в каменных застенках, Непокорен как в горах абрек И не просит, стоя на коленках. И осенний воздух для него Как псалтырь для ищущих с надеждой: Сильным лапам – птичье крыло: Как пегас летит в степи безбрежной. 10.2006 г. В.П. Ощущение судьбы Прикинусь дурачком, никто не замечает и что не говори – безмолвствуют уста. Не требуй ничего –


особенно печали, раз ангел окрылил – прижми ко мне плечо. Ах вот, опять струна безумствуя забилась и чувствами пронзен усталый свод небес, и скрипка - тонкий звук, протяжно заискрилась, и снова - никого, лишь пульса лёгкий стук. Ты слышишь - тишина? И многое вдруг сбылось, растаяла стена в ладонях тёплых рук. Мне хочется сказать о многом, что открылось, но я опять молчу – и ты молчи мой друг... 10.2006 г. Печальный романс Невыразимым обликом печали стучится дождь в открытое окно, забыто всё и день, когда встречались, необратимостью сокрыт от нас давно. Слеза дождя! О чём ты небо плачешь? Необъяснимо грустно и смешно: о чём стальная мгла теперь судачит понять влюблённым просто не дано. Стрела души взлетит по вертикали и даже если много лет прошло – заплачет небо, словно вы попали в тот нерв, где всё уже предрешено. Стекают капли по осенним листьям и потемнела влажная кора, так почему рябина красной кистью опять пестрит в унынии двора? 10.2006 г. В.П.


Ваше высочество… Раисе Петровне Емельяновой ( Добробабиной) Кошки, собаки. Старость. Одна. Осень несхожести. Флигель. Луна. Лист винограда упал на асфальт, В первых снежинках почудился альт. Голосом скрипки, протяжно и зыбко, Чуть покачнулась со скрипом калитка. Кто – ты? Усталости символ и льдин Или небрежность ушедших картин? Старая женщина в ветхой лачуге, Крепкие руки и память о друге. Как ей помочь? Эта скомканость быта В чувствах к животным –вся горечь испита… Но оживает мгновенно, тепла – Восемьдесят зим как мелькание сна. Кожи пергамент и ясность ума – Не обижайте! В ней крепость видна. Есть в одиночестве гордая нить, Ваше Высочество… Как объяснить?... Сосредоточенность дольнего взгляда, Образ мечтательный – слов здесь не надо… 11.2006 г. В.П. Над океаном заблуждений Словом выразить чувство, Словом выразить мысль, Сложное выразить снова – Птицы взлетают в высь. Быстрый побег мгновений, Лёгкий росток из фраз. Взмахом смешных сомнений Крылья спасают нас. Можно ль укрыться пространством? – Рябью покрыт океан, Ветер суров постоянством – Дует из северных стран. За горизонтом --берег, Не уставай крыло! Птицам не нужно денег, Только души тепло.


Линия так упряма И не видать земли, Вечность полётом рьяна, Спят в облаках корабли. Вниз не упасть бы камнем – Глупую мысль – гони, Манит простором дальним Светлый очаг любви. Только выносливым – тайны Годы – один лишь миг, Разум сверкнул астрально – Образ пути возник. Жизнь перелётом долгим Кажется если спишь, Так пробудись с восторгом – В вечность крылом летишь. 11.2006 г. П.В. Меч разума Так открываются ворота в ад... И слышно гулких душ паденье, Там высоко - цветущий сад, первоисточник вдохновлений. Не достигая, посягнул на то, с чем справиться не сможешь, о чём лишь слышал, но не смел – безумствуя поэту не поможешь. Почувствуй,лезвие - остро, а дух возвышен и печален, не оскорбит его никто – не тронут разум изначальный. Надменность глупому к лицу, незримым он принебрегает и доверяет лишь чтецу, который правды избегает. Рутиной троп проложенных давно ты шествуешь, а думаешь - впервые, полётов чувство жаль не всем дано – от зависти сломались крылья. Смотри, смотри ему в глаза, там до души не достучаться,


Так что ему - тепла слеза? Хамить легко, но извиняться... Меч в ножнах -ты не виноват... Цветущий,тонкий аромат слегка пугает, чувств смятенье, там на вершине - горный сад и истины высокое прозренье. Не попадает копий яд. нет смысла в пушках, пистолетах, твой враг давно уже распят, твоё сражение - отперо. Вратами тесными взойти... Смахнув священный пот усилий, свободу в мыслях обрести, как рыбу в воду отпустили. Игрой лирических начал прощённый будет превозвышен, лишь бедный ангел заскучал – в саду подружку не отыщет. Для одиночества - скала, не лёгок путь в обитель друга: отшельник чист и духом свят, он из мирского вышел круга. Общений битва не проста и образ горный тут подмога, меч - словно радуга моста и в облаках светла дорога. Так собеседник иногда лишь образ собственный терзает, Терпи поэт, над ним скала, но аромата он не знает. 11.2006 г. В.П. *** Задержалась нынче осень середина декабря, через облачную проседь – мелкий снег из января. Робкий танец белых крошек, на дороге - горсть рябин, с красной ягодой смешалась зябкость брошеных равнин.


И курлычат на деревьях, то вороны невпопад, то чернеющим весельем галки будят сонный сад. И как-будто бы с вопросом, над пожухлостью травы – белоснежной краски просо, тая падает во рвы. Милой вотчины унынье всем знакомо хорошо как и вкус степной полыни – только всё ль предрешено? 12.2006 г. В.П. Читая А.Блока Удивится глубинам внимания, непрерывности пламенных строк, в бесконечной долине свидания, где сквозь камень пробился цветок. Леденящие дали без времени, хлад спокойный за гранью черты, где лишь дух и свобода от бремени оживают теплом красоты. Преклоняясь пред гением прошлого, в желтизне постаревших страниц, вдруг найти то сравнение точное, что искал как ключи от темниц. Там искра непонятного пламени, и поэт пред тобой как живой – Стань же символом чистого знамени, где в словах лишь намёк золотой! В толчее повседневной словесности бьются струны чуть зримых путей, лики прошлого спят в неизвестности надбытийственной силой полей. Пробуди, и тот час же откликнутся, переливом сияющих волн, в безтелесность сердечную ринутся, разжигая сочувствия горн. 12.2006 г. В.П.


Мечтающие крылья Образ тела в пространстве, растворилась душа, светлых волн постоянство, мягкий вздох неспеша. Помечтать чистым чувством, превращаясь в поток – есть свободы искусство, полётов исток. Ни за что не хватаясь, по линии волн, то в клубок собираясь, то как ветер и холм. Как дыхание мягкое трав луговых ощутить лёгкий трепет и пульса порыв. Мыслить сложным потоком мелодий, цветов неужели так просто в полёте без слов? И откуда известно тебе человек, что ты можешь так гибко кружиться и петь? И несешься над пропастью, крылья раскрыв, всё земное оставив, себя позабыв. И ныряешь в глубины, дельфином скользишь, то бросаясь в пучину, лишь луч отразишь. О иллюзия счастья! Заоблачный миг! Исчезают ненастья, порочность вериг. Независеть от тела, простором сплошным, опьянённо и смело дышать неземным.


12.2006 г. В.П. В чаду богемности Душа восстала. Пир для лишних. Чума неявностью скользит. Вопрос не сложный - где Всевышний? Он с неба пальчиком грозит. К нему взывать, стеная плакать Искать поддержки у друзей Устанут вороны мне каркать готовь ладони для гвоздей Тебя распяли, друг мой милый две тыщи лет тому назад Забудь. пустое, спи игривый мы лицемерны. что с нас взять Алкать для подвига в пустыне Твори - и будешь одинок Не подскользнись, смотри, на глине У нас другой теперь мирок Ты прокорми себя стихами а после будешь нас учить.. Плыл БМВ над образами теперь легко врагов любить "Всё на себя!" - теперь поклажа "Проблемы ваши!" - наш урок Душонок мелких распродажа зато мошна набита впрок Смотрю на муху - жить ей слаже она летает как пророк свободой воли путь изгажен душевной лирики порок Вздохну - и дальше.. Хватит плакать Всё отобрали - это сплин! Найди работу - стань лопатой, копай бабло на крыльях спин! Купи мобильник, приоденься! Кому ты нужен,тыы -пииит! Когда ты рядом прыгну в лужу, пусть брызга в стороы летит! Ну что поделать? Сделан выбор. Уж лучше сам, но высоко.


Я - человек,но я летаю, кровь голубая бьёт в крыло. И только феи шлейф нездешний... 12.2006 г.В.П. Глоток солнца На окне -печать узоров, мчит маршрутное такси, зимний пар клубит с моторов: опоздаю - пропусти! Вот подъём, крутая горка, а на встречу - солнца диск и сияет снега корка огневым сияньем брызг. Быстрый тракт, за ним – томленье и задумчиво, как сон, плавников поползновенье в мелодичный унисон. Звуки слитыс плазмой света, шар огня - небесный глаз, в белоснежный пух одета придорожность узких трасс. На какой-то миг мечтая, в поднебесьи растворясь, всё ушло себя теряя, с неземным провидев связь. Вам знакомо чувство это? Не внутри и не во вне – ваше я как слиток солнца превращается в огне? 12.2006 г. В.П. *** Мой собеседник - лист бумаги, степи лазоревый туман, багрянец солнца, капля влаги, цветов задумчивый дурман. Мой диалог - игра стихии, потоки смысла и тепла; мне одиночество простили – летит в безмолвие стрела.


Есть тишина не ради скуки, а звук пьянящий без вина, так человек смыкает руки от милосердия ума. В ладонях собрано единство, уравновешены весы, смахнув забот пустых воинство, найти природу чистоты. И растворить себя в прекрасном, в зеркальном чувстве глубины, где всё прожито не напрасно – чудесный отклик через сны. 12.2006 г. В.П. Соблазн Жизнь перекатывает камни и ветром носятся пески, но ты , красотка молодая, ещё не ведаешь тоски. Ты только ищешь взглядом страстным, неискушенностью души, тот яд, что пьют - и нет попятной, а сладость с горечью вошли. И жару сердца нет прохлады, бессмертен юнный твой Меджнун, он далеко, а может рядом и ты трепещешь волей струн. Жизнь переменчивым туманом ласкает облик древних скал и в облаках влюблённый всадник к невесте солнца поскакал. И так всегда, живое чувство куда сильней, чем рок стихий. когда в нём есть двух душ искусство и кольца вьёт премудрый змей. Ты улыбнулась? Искушенье? Храни небесный свой чертог – простое, светлое стремленье как бесконечности итог. 12.2006 г. В.П.


*** Рекой певучей, непрерывной Душа лепечет мне слова И к облакам дорогой пыльной Машина мчится вдоль села. Мелькают образы размыто, Вдали кружится сонный луг И кажется, что всё избыто, Что жизнь минувшего – недуг. И в звуках сплавились все чувства Взмывая к облику небес Искрой забытого искусства, Сжигая боль людских сердец. 12.2006 г.В.П. *** Глубиной чуть туманного яра, Проезжая, автобус вздохнул – Много лет я провёл созерцая Заходящего солнца баул. Мелколесье цветущих деревьев И ласкающий ветер ковыль, Отголоском забытых поверий Проникали чарующе в быль. И застыв, так тепло цепенею – Ненасытна душа и глаза, С лёгким бризом теперь степенею, Постепенно стекает слеза. Эхо прошлого. Неотразимо. Склон корнями, травою пророс. Только дерево неуязвимо – Сок янтарный как будто прирос. Миг один – и исчезло былое, Пожимает сорока крылом, Для неё нынче время не злое И не хочет грустить не о чём. Улыбнуться просторному виду, Удивляясь себя потерять И, конечно, былую обиду, Потому как приятней мечтать. 2006 г. В.П.


Антидепресант. Далеко ли то святое, что ты ищешь или ждешь? Пригласи к себе незлое, развенчав улыбкой ложь. Призови крупицу света – хоть незрима, но чиста, то чудесное, что где-то пробуждается с листа. То, что музыку вдыхает, пьёт нектар волшебных строк, как на дольнее взирает сизым облачком пророк. И высоты неземные заиграют, заблестятвсё увидишь как впервые, неизбежное простят. Этот способ очень лёгокпробудить священность гор, даже в комнате убогой запоёт сосновый бор. И из сумрачности вашей чуть прольётся мягкий свет, озаряя серость чаши, дней прошедших, сор монет. Не сердчай, улыбкой древней, вся рутинность бытия окунётся в мир нетленный, обновиться чешуя. Так дракон меняет кожу, обезумев и устав, воспарив с земного ложа, с бирюзой себя смешав. Ты не видела дракона? И причём здесь чешуя? Ты с русалкой незнакома и устала от зверья? Ничего, вся жизнь священна, лишь сотри привычный слойчаша чувств самозабвенна, негой полниться покой.


Безмятежностью таится суетливой жизни ход, всё спонтанно возродиться,звёзд весёлый хоровод. 01.2007 г. В.П. *** По-весеннему тёплый январь, и река уплывая зовёт, окунуться безоблачно в даль, созерцая пернатых полёт. Отрешенностью сил бытия, над домами светило горит, и дорога златого литья через мост извиваясь летит. Сокрушенно смотрю в синевупробиваясь сквозь призрачный слой,это грёзы мои наяву, зиму сделали летней порой. Вместо снега полились дожди, место пуха - туманы и грязь, ярким светом глаза обожгли – в облаках белоснежная вязь. Я просил хоть немного тепла, по- хорошему добрых вестей,мать природа чудно обняла, приласкала без дольних гвоздей. 01.2007 г. В.П. Рождество Рождественских ёлок покорная свита, сиянье неоновых хладных огней, картечью петард разноцветных разбита и мрачное небо в полётах коней. Копыта взрывают воздушную почву, искрится безумием каждый порыв, феерия брызг, очевидная ночью смешна как на месте сокрытом нарыв. Кто в празднике ищет забытое детство, кто просто доволен в хмельных кружевах, но чудится всем венценосное средство


в стирающих время пустых жерновах. Ночной карусели понятные звуки куда-то спешат - не увидеть лица и тени каштанов раскинули руки, пытаясь за ноги поймать беглеца. Но мчится прохожий по имени Хронос, ему ропот смертных давно уж знаком: путь вечного долог, но всё же он вырос из семени Хаоса мощным рывком. Беспечная Мория* (греч. глупость) радует сердце, воздавший ей почести - пьян без вина, острит фейерверком кайенского перца зелёная вечно в гирляндах сосна. В пушистых иголках - целебная сила, колючая воля песчаной земли, один только раз человека спросила: зачем ты срубил этот символ любви? Ты думаешь к счастью такое убийство? И жертвенность лучше поклона в лесу? Пожаром закончиться праздника свинство: во истину пламя и горе лжецу! Но все притворятся, смотря на узоры замершие души на окнах домов, что им не понятны колючие взоры, для радости детской горящих костров. Так делали предки, дрова собирая и будет в итоге провидец созжен: закону толпы неохотно внимая, чудак был для истины свыше рождён. Придётся поверить в чудесность начала, что призраком детства над годом стоит – плывёт бригантина к туману причала и образ воздушностью красок горит. * - Эразм Роттердамский " Похвала глупости" 01.2007 г. В.П. День,уходящий Заоблачной далью плывёт караван: сгустившийся сумрак


и лунный туман. И ворон суровый на ветке вздыхает, то чуть встрепенётся, то - мглу провожает. Ему не подвластны ветра и светила, он горд и не сломлен – метель всё простила. Он криком раскатистым гром призывает и взглядом сверкающим тьму рассекает. Он вторит и вторит – уходит из мрака, гортанно картавит – премудрая птаха. Себя отделяет от странности этой, случайный прохожий, прожилками света. Почти что на ощупь идёт в полумраке – нетвёрдая поступь в темнеющем фраке. И вдруг, на дороге – смешная собака, темней чёрной ночи – рычит забияка. Сказать по секрету – прохожий не струсил: он день уходящий, его не укусят. 01.2007 г. В.П. *** Холодный саван тишины Окутал лунно-сонный город, Над обреченностью зимы Кружит сверкая белый порох. И в отрешенности ветвей Звенит морозно-чистый воздух, Лимонный отблеск тополей


Вкушает неги каждый роздых. Мороз соломинкой испить, Вдохнуть глоток чудесной влаги И жаром чувств испепелить Обрывки мысленной бумаги. Зимы целебный поцелуй, Цветов заснеженных узоры В витринах замерших огней И манекенов модных взоры. Слёз океан испит давно И по нему плывут фрегаты, Пью терпко-горькое вино Былой сердечности растраты. Ты помнишь? Помнишь? Как забыть… Тогда мы будущее знали – Февраль морозный удивить Могли оттенками печали. 01.2007 г. В.П. Антидепресант 1 Постепенно зреют мысли, Постепенно тает лёд, Обострённый поиск смысла Избавляет от невзгод. Ты поверь, смотря на ветви Замерзающих в в ночи, Что деревья гонят стужу, Вместе с ветром хохочи. Ты поверь, что небо хмурясь, Просто грееет облака Или туча растянулась, Подскользнувшись свысока. А устав от серах красок, Вспомни летний маскарад, Сад цветущих пестрых масок Или спелый виноград. В зимней дрёме свят снежинки Чуть согреешь – слёз роса. Чувств замерзших холод льдинки, Унесётся в небеса.


И причудится такое, Что не снится в Рождество, Что-то светлое, земное – Размышлений торжество. 01.2007 г. В.П. «Спящие» Всякий поэт – есть ничто иное Как спящий». М.Цветаева На что похоже озеро? На что дома? Про небо говорить совсем не надо. А бедная печальная луна? Звучит струной заброшенного сада. Словами запятнать весь белый свет И чувств стихийность выплеснуть небрежно – Так оставляет след любой поэт, Пытаясь просто кануть в неизбежность. Вбирая фибрами своей души Избыток образов и тонкость связей, Он тут же всё сведёт на нет, Устав от плотности безмолвной грязи. Молчит луна. Молчит асфальт. Молчит рисунок древних смальт. И тишина – всему ответ, Иероглиф облака – сонет. Не передать словами то, Что столь безмерно, столь светло, Что ускользает от тебя Калейдоскопом красок дня. Непостижима для ума Беспечность прожитого сна, Поэт сновидит наяву – Хрустальный дом на тонком льду. Частица солнца в том дворце, Чуть воспылает лёд в воде, И стройность хрупкого ларца Мгновенью жара скажет – да. И потекут ручьи из слов – Прозрачных образов улов, В озёрной глади формы нет, Лишь отражений зыбкий свет.


Так познающий моря суть, Душой не сможет отдохнуть: Стихией ветреной гоним, Он всюду странник, Пилигрим. Лазурный берег – горизонт, Над рябью волн – небесный зонт, И соли вкус один в крови Бурлит оттенками зари. « Всё суета», но глуп покой, Нещадно жарок летний зной, Коварна лютая зима, Плаксива осень и весна. И громогласны небеса, Когда сойдутся тучи в ряд, Сверкнёт разительный набат Смывая слов никчемных яд. Рыдали Пушкин и Байрон, Любовных чувств изведав стон, И каждый вторил им в ответ – Границам «Я» природы нет. Но расширяясь до небес, Изящных фраз раскинув лес. Они воспели не себя, А то чем славны все моря. Стихийность зеркала души Преображается в тиши, Жизнь отражает и поёт универсальной силой нот. Вбирает мир и отпустив, Играет звуком гибких лир, Всё превращая, всё отдав, Хвалу безмерному воздав. Так в мир бежать иль от него? Поэту просто всё равно. Он видит сказку наяву, А там где суша – на плаву. И пробуждаясь, он летит, Несётся в высь и в даль глядит, А относительность всех слов Столь очевидна в мире снов. Кто разгадает жизни сон?


Кто грезит, будто пробуждён? Кто с неба выпадет дождём? Кто видит сны, но пробуждён? Зачем поэт тогда рождён? Дух Пастернака над дождём? Иллюзий эхо? – поражён… Всё красоты безмолвной ждём. 17.01.2007г. В.П. Разомкнутый круг. Полуночный рыцарь тьмы, вдаль протянутые руки. сумрак лунной желтизны, поглощает тихо звуки. Робкий лепет тёмных древ вдоль простуженной дороги, свет фонарный оробев, опускает в лужи ноги. Боль натянутой струны, замерзают ветви-пальцы, тень качнулась у стены. ветер замкнут в пяльцы. На заборе кот сидит, сморщено пушистый, недоверчиво сопит и в глазищах искры. Этой ночью сомкнут век, в странные объятьязаблудился человек в темноте заклятья. Разомкни сей мрачный круг воздух серебристый! Пусть года сквозь мглу пройдут нитью золотистой! Шелест ветра, шёпот губ в лунной колыбели, голоса органных труб в памяти запели. 01.2007 г. В.П.


*** Ангелом канувшим в пламени зарева, Тенью исчезнув под свет фонарей, Тонкой тростинкой вечернего марева, Росчерком лёгким неона огней, Ты мне мелодию лета оставила, Мягкой насмешкой ночных площадей, Точку над прошлым поставить заставила – Не возвращаясь, мы бездны сильней. Я соглашаюсь, что чувства сердечные Лучше бывают когда одинок Мир тебе дарит цветы подвенечные, Если жених твой сорвать их не смог. 02.2007 г. В.П. *** Два скакуна, лихих буяна Взвились над бездной ломких скал, Огромный камень в куст бурьяна, Слетев с обрыва гулко пал. Над тишиной зеркал природы, Над голым лесом и зимой, Летят в порыве сил свободы От скуки серости земной. Застыло время, миг растущий Раскрыт над пропастью крыла, Мгновенью сердца был отпущен Простор, которым мчит стрела. Их выбор сделан – кратко счастье, А раны нечем излечить, Таков огонь невинной страсти И душу нечем исцелить. Но что случилось, миг застывший, Они по-прежнему летят, Их кто-то взглядом провожает, Они земного не хотят. 02.2007 г. В.П. *** Пушистость солнечного света Играет снежною пыльцой,


Цветок морозного сонета Проникся тихой глубиной. Округа смотрит лепестками, Белеют улицы, дома, Синица точит коготками Алмаз древесного ствола. Следы нетронутой дороги Чуть золотятся, глубоки, А рядом тени – осьминоги, Ультрамариново легки. И абрикос когтистой лапой Охапку снега ухватил, Хотел согреться мягкой ватой, Но почему-то вмиг застыл. Отбросил тень и сладко дремлет, Проникся тайной сонных чар, И только ветра силе внемлет, Зимы отзывчивый гончар. 02.2007 г. В.П. *** У этой планеты есть сердце, А Я- это всё что живое, Пульсирует волнами Герца И сложное множит простое. Всеобщее движет отдельность, Себя из себя превращая, Бескрайнее сложит предельность, Вопросом на всё отвечая. Прислушайся! Бьются квазары И кванты в скачках непрерывных, Где Ты – это Я и вокзалы Путей бесконечностью длинных. Но как же мы все непохожи – Играет в деление время, Другую судьбу нам предложит – Всмотрись в муравьиное племя. 03.2007 г. В.П. *** Поднимаюсь по пригорку –


Свет вечерних фонарей, Говорю с самим собою – Перезвук для звонарей. Воздух радует весенний Пробуждённой новизной, Гул далёких откровений, Освещённых желтизной. То – далёкое, вдруг ближе, Словно под ноги упал – Холст дороги ясно вижу, Тень деревьев распластал. Мелких трещин паутину, И спонтанных линий ход, Кто-то бросил на картину – Не спеша проходит год. Время красками рисует, Но особо мил резец, Всё что твёрдое рискует, Стать скульптурой под конец. Время точит, время крошит, Но живое – вновь взрастёт, Диалог в пути хороший, Запишу – другой прочтёт. Мимо тонкостей, оттенков Невнимательный пройдёт, Толщину бетонной стенки Разве лирика пробьёт? Сотни мягких настроений, Переходов звука в цвет Синь вечерняя вбирает – За окном звучит кларнет. Жизнь пульсирует неброской, Неприметной глубиной, Так крадётся мягко кошка, Опьянённая луной. 03.2007 г. В.П. *** В этом «здесь и теперь» Сокровенного всходы, Запредельная даль – Нерождённых восходы.


Здесь томится всё то, Что когда – то и раньше, И свершается то, Что по вектору дальше. Чутко, остро как зверь Наблюдаю мгновенья, В непрерывном «теперь» Осторожные звенья. Композиция сил До смешного знакома, В начинаньях весны – Ветка вишни у дома. Вновь живу глубиной – Но об этом не скажешь – Плещет море волной, Глаже камень не смажешь. Не противиться, плыть, Стать водой, а не лодкой, Место свято где быть, Корень силы – солодка. Волос времени собран руками в пучок, Размышления тают в прекрасном, Птица мысли встряхнулась – и лёгкий скачок, Но усилий не будет напрасных. 03.2007 г. В.П. *** Поддаваясь волнению яркого света, Абрикосовый цвет раскрывает ладонь, Белоснежный восторг восхождения к лету, У подножий весны разыгрался огонь. Долгожданные россыпи чистого злата, Мягких красок наброски на холст – окоём, И пернатых забавы – прекрасная плата За испитый землёй талых слёз водоём. Перекрёсток времён – влага движется к свету, Ствол древесный незримым напитком пьянён, Окрылённая ветвь покачнулась с ответом – Это ветер загадкой её удивлён. А в цветах затерялся смолистый избранник – Призывает подруг чёрной радуги царь, В холода – он в далёкие страны изгнанник,


Нынче ж каждый скворец пробуждённый бунтарь. 04.2007 г. В.П. Сорванный цветок. Тоскливый, волчий вой Застыл над лунной фразой И яркий диск с тобой Исчез за тучей сразу. Ты внутренний покой Провидишь в поднебесье – Несутся облака Над сонным мелколесьем. Природный зов души, Над ним ли властен Разум? Давай, вперёд, спеши – Цветок поставишь в вазу! Исчезнуть для других – Лунатик и затворник, Лишь на бумаге стих, Где ночь, луна и вторник. И тайный разговор С избранницей соцветий, Ты плачешь? Это вздор, Слеза для междометий. 04.2007 г. В.П. Письмо в будущее. Хочу прославить абрикос, Цветов чуть розовых оттенки – Волнует душу робкий дождь И свет сквозь тучи в форме гренки. Вдыхая свежий конденсат, Травинки тянутся из влаги, Но на дворе уже закат И слов чернила на бумаге. Росинки капель с лепестков Стекают в жаждущее ложе И нить связующих веков Скользит, пульсируя по коже. Ты нерождённый друг, прочти, Проникни в завязь, пульс смиряя,


Мне красноречие прости – Я путь весенний восхваляю. Изящно тонкий аромат Для одиночества отрада, Из чаши сердца всех времён – Нектара горечь и услада. Кто нерождён – уже распят, Цветком бегущего мгновенья – Путь очарованный идёт В неповторимость воскресенья. 21.04.2007 г. В.П. Инструкция для чтения хокку. Теперь написаны три строчки, Искрой цветущей трудных лет, Природа ставила три точки, Где безвременья лёгкий след. Впиваясь взором в даль печально, Вдруг неожиданно пронзён, Той красотой, что изначальна – Лишь мягкий вздох произнесён. Сквозь бирюзу волны и неба Вознёсся с дерева цветок – Вопросом лишнего не требуй, Душа похожа на росток. Весны игривое веселье Разделит присвистом щегол – Оставь ненужное сомненье, Над словом властвует глагол. Быстрей стрелы взметнулась птица И ветвь качнулась мягко в такт, Гирляндой розовых соцветий Украшен был волшебный тракт. 21.04 2007 г. В.П. Звонок с подводной лодки. Приложил ладошку к уху, Говорю себе: «привет!», А в ответ – лишь шум прибоя, Собеседник лучше нет. Господин Нептун, владыка!


Помоги доплыть домой! Он трезубцем крутит лихо И смеётся надо мной. Этот ветер – кризис моря В непролазности степной, Выпей, Немо, чашу горя – Ты любимый наш герой! В перископ смотрю я зорко И дрейфую как во льдах, Но полынью пахнет стойко, Десять лет считаю птах. Глубоки мои потуги, Путь подводный – путь степи, Согласитесь музы слуги – Якорь держит на цепи. Если бы не тот фарватер, Был бы я как Рокуэл Кент, -Помолюсь за божью матерь – Просто я --интеллигент. Ни любимой, ни работы, Ни надёжного жилья, Мин подводные заботы, В бездну канули друзья. В облегченье – передача Про разумность всей воды, Вот плыву, а это значит – Улыбаются киты. И рисую палкой в лужах – Всё запомнит, передаст, Я – вода, ей стих мой нужен, За бесценок не отдаст. 24.04.2007 г. В.П. Над берегами. Месяц растущий. Вечер закатный. И серебристый туман над рекой. Черный дракон, застывающим облаком, огненной дымкой спешит на покой. Травы прибрежные тихим шуршанием перекликаются с сонной вербой, негой прохлады и тонким дыханием в сумерки радуют мир луговой.


Только сверчок песнь поёт непрерывную и в перекличке два тёмных дрозда. Эх тишина, тишина соловьиная, светит загадочно в небе звезда. Что ж ты рыбак с сетью тонкою маешься, гладью задумчивой движет река, ты ей в кручине своей не признаешься стелет туманность её с высока. Два собеседника видом любуются неповторимо пейзажна Лугань, думой природной душа их милуется, словно Творец распростёр свою длань. Вдоль косогора тропинкою узкою вьётся годами проложенный путь, но замирает мгновение шустрое трав ароматных волшебная суть. За горизонтом темнеющих абрисов дрёмой сокрытых раскидистых древ марево мягких тонов абрикосовых, шелком сияющим тучу задев. День на исходе и выразить хочется всю неизбывность оттенков в дали. Город затих как немое пророчество: грёзы Магрита, - летят корабли... Когда в прохладу летних дней ты окунаешь кисти слова, рисуешь зеленью ветвей я верю в это чудо снова. Тебе крадущаяся тень, едва заметными стежками, легко проникнуть в сонный день почти незримыми шажками. Тебе, Природа, не сокрыть причуды чувственной надежды, что удалось, пришлось забыть беспутство лиственной одежды. Твой раб - бетоновый накал, квадратных форм цементный узник, ослеп от тысячи забрал, от наготы - свинец-подгузник. Ты проникаешь изнутри, -


одной волны бегущий росчерк, так ночью вспыхнут фонари одной искрой сверкнувший почерк. И строки льются, - ты рисуешь, вновь верю в чистый твой призыв, единым светом торжествуешь из полутени проскользив. Тебе одной мои вопросы свободой связан я теперь, твоих лугов цветущих косы давно распахнутая дверь. 05.06.2007 г. В.П. Порыв в чистоту Тени берёзовых листьев скользят пыль омывая асфальта, воздух ласкает прохладой до пят будни как скользкая смальта. Крепкие камушки разных цветов Гладко ли сложится фреска? Круглогодичность танцующих слов в пёстрой картинности всплеска. Неудержимый порыв в чистоту прочь от страданий и праха! Светлых гармоний прозрев простоту в синей безбрежности - птаха. Опустошаясь от призрачных снов, чувствуя лишь непрерывность, аквамариновой мягкостью слов шепчет природы невинность. Ветер волшебный качает листок, льются неспешные волны, плавно кружится смешной лепесток , в ветвях плакучие штормы. Дремлет задумчиво - тихий каштан, белых цветов пирамидки, солнечных бликов искристый фонтан ползает словно улитки. И опахало - каштановый лист с тактом прохлады и тени дарит возвышенно-тонкую мысль миру блаженства и лени.


22.05.2007 г. В.П. Оправдание: «зачем»?... Как объяснить тебе бедняга?... Другие деньги у творца… Стихи не стоят ни копейки, Но сколь легка от них душа. Как объяснить мой страстный танец? Как растворяется вся плоть В межзвёздном вихре дух скиталец Нить серебристую плетёт. И пот росой стекает с тела Свободной силой пульс гудит – Душа спокойствия хотела Стрела полётом устоит. Ты знаешь цель? Улыбка Бога, Кленовый сок с ветвей бежит Где влажность глины, солнца много И ветра лёгкий путь лежит. О дуновение оттуда – Из идеальности миров. Всепроницающее чудо, Дар вдохновенья, жар костров! Стихий единое дыханье, Как прост и ясен этот свет – Соединяется сознанье Той чистотой, где плоти нет. Зеркально гладкая природа Неискушенной глубины, Непостижимая свобода В бескрайность мига сведены. Не упустить, отстав от круга, Шагнуть в священное «теперь» И кони мчаться, но подпруга Им не нужна, уж ты поверь. Слова лишь способ, суть важнее, Постигнуть истину вез слов: Будь столь богат, чтоб не имея, Был всё объять душой готов. 05.2007г.


Пожар. Как в бинокль созерцаю дороги, ближе то, что клубиться в дали, вновь с тоской оббиваю пороги дом сгорел и огонь жжёт в груди. Что же дальше? Безумство какое? Как в толпе вдруг исчез человек? Выживают...Да, время такое... Безутешность страданий на век. Кто смеётся над гордой старухой? В нищете - она духом сильней, чем мещанства мохнатая лапа, чем зелёный беспамятства змий. Руки в саже - угли разбирает, виноватых уже не найти, только кошки с собакой вздыхают там в обломках, прокорм не найти. Всё свершилось. За что наказанье? Справедлив ли Всевышний судья? Выручала поэта в изгнаньи и приют иностранцам дала. Удивляюсь, откуда в ней силы? Вид пугающий в копоти стен. Раз пожаром её не сломили, значит слаб и тщедушности плен. Где ты, сытый и властный хозяин? Меценатству открыты пути... Неужели сквозь мрак иномарки к ней не сможешь дороги найти? Благороден лишь месяц рассветный и поэта спасает поэт, клин над гарью летит журавлиный проще знака небесного нет. На останках спасённого хлама белобрысый лежит мальчуган и ещё один клин пролетает, замечтался малец - хулиган. Баба Рая ему показала путь надёжней, чем блеск мишуры. Я молчу... Кто догадлив узнает в чём секрет красоты мушмулы.


14.06.2007 В.П. *** Я разделяю радость сердцем, Стрижей весёлую игру И клетки взломанная дверца Смеётся в солнечном бреду. Вновь перешагиваю лужи, Крадусь в громады облаков, Там скрыт восторг февральской стужи, Я жар прохлады пить готов. Палит азартно, окрылено, Сразив завесу мрачных туч, Ярило, вечно удивлённый – Звезда, вращающая луч. Но в глубине воздушной влаги На белом злате тишины – Рисуют ветреные флаги Спонтанный танец синевы. И даль – трепещущая птица, Мне упоительно близка, И в облаках плывущих – лица, Бурлит и пенится река. Я к небожителям из плена Забот и глупостей земных Взойду и стану на колена, Взмолив святая всех святых. Нет, попрошайкой я не стану, А чашу мудрых осушу И в безмятежность силы кану, Порвав невольности струну. Витать и в розовых оттенках Смотреть на дольнюю тщету, На гибельность души в застенках, На путь богатства в нищету. Лишь так спасёт долину предков, Надёжность жизненной мечты – Опять качнула птица ветку, Пьёт лучезарность высоты. Вновь созерцаю птиц полёты, Под ноги пал случайный лист, Луж зазеркальные заботы –


Путь мотылька не столь тернист. 06.2007 г. В.П. Площадь привокзальная. Дождь и гроза как жары послесловие, мягкая глина - серый асфальт, после, к стихам напишу предисловие – ноты утеряны, тембровый альт. Звуки далёкие тонут и плещутся струны небесные влагой поют, скрипка - вокзал, лужи просто мерещатся, тучи - литавры, баклушами бьют. Чтоб полногрудой прохожей понравиться пёс дворовой попытался зевнуть, та, усмехнулась- грязнуля,а скалится, капли со лба успевая смахнуть. Сцены случайные лёгкой забавой и веселящиё озоновый газ вьются с мелодией быстрого нрава, площадь вокзальная, стёкла - топаз. Жить ожиданием летней прохлады, жить ожиданием жизни другой, там в глубине зеленеющей сада, капли из прошлого сбиты рукой. 06.2007 г. В.П. «Георгий и дракон» Над жарким летом – улыбка лета, Чужая боль горит огнём, Победоносный лучик света – Триумф дракона под конём. Отринув гордые напасти, Смиряя шуткой злобный нрав И пыл безумства жгучей страсти Георгий свет из тьмы вобрал. Иконы вольная трактовка Как духоборчества приём – К расстрелу вскинута винтовка, И меч сверкает остриём. Но улыбнёмся, из пучины Спасёт не первородный страх,


А юмор, что ценней причины, Когда над прахом правит прах. Полярность модусов в движении Как ковш вокруг одной звезды, То дарит лёгкость вдохновений, То горечь призрачной беды. Встречая ровно неприятность, Лишив опоры силы зла, Дух обретает необъятность, Так утром тает сумрак, мгла. Один лишь лёгкий просвет, проблеск, Всё по-другому, всё течёт И мир открыт для превращений И вновь играет чёт-нечёт. Смешно, прошедшего забавы, Чуть по-иному рассмотрел, Картину жертвенной расправы Совсем в другом ключе узрел. Вот почему дракон и всадник Единым связаны лучом – Художник прошлого был зрадник: Копьё там было не при чём. 06.2007 г. В.П. *** Всё обычно, до боли знакомо, Тот же утренний, солнечный свет И в траве, вдоль кирпичного дома Повилики белеющий цвет. Мне не жаль уходящее время, Мне не жаль пережитых невзгод, Потому что чудесного семя Постепенно, сквозь годы взрастёт. Те же поиски новых созвучий, Та же чувств утончённых игра, Только город мой стал невезучий, Безуспешны любые дела. Призрак прошлого чем-то обижен, Под вуалью пронзительный взгляд – Ты потомок вновь будешь унижен И сполна выпьешь горечи яд.


19.06.2007 г. *** Расскажу, ты мне поверишь, Что над сенью городов, Расстоянье не измеришь Колыбельных тайна слов. Свод луною освещенный В такт качается и спит, Ветер лёгкий, словно сонный Мелодично шелестит. В час полуночный и тихий Серебристый щелк задев, Я мечтал в межзвёздном вихре, Слышал радужный напев. Голоса мне сладко пели Так баюкают дитя И куда-то вдаль летели За неведомым скользя. Танец образов неясных Зачаровывал и звал, Я оставил страх напрасный И перечить им не стал. Так мечтой своей ведомый, В звуках нежных голосов, Я увидел облик томный, Той, что рифму вьёт из слов. И в чертах её заметил Тонкость гибкую лозы, А в глазах огонь был светел, В жестах — пластика воды. Речь её была напевна, Многозвучием полна Мысль текла легко и верно, Но мистична и вольна. И внимал её рассказам, А на зыбкой грани сна, Мне мерещились проказы, Виртуального ума. Постепенно увлекаясь, Проникая гидрой чувств, От гордыни отрекаюсь,


В суть пленительного мчусь. Кто ты? Где ты? Что ты хочешь? Я пророчеств не боюсь, Ты не меч коварства точишь На тебя не разозлюсь. Подари мне явь земную! Стань судьбой моей навек! Ближе, ближе… Вот - целую… И весёлый звонкий смех. Я смеюсь, смеюсь спросонья, за окном всё звонче дождь и пытаюсь просто вспомнить приключений сладких ложь. 26.06.2007г. В.П. *** Так неожиданно—« Пойдём!» И лёгкой свежестью нездешней Мелькнул небесный водоём Причудой ветрености вешней. Случайность встречи. Юный друг. Едва коснулась быстрым взглядом. Вот тополей тенистый звук— Мы на скамье зачем-то рядом. Куда-то вдаль мечтой плывём, А мимо—голуби в полёте, Беседой тихой доведём До дежавю себя на взлёте. Всё та же пара голубей, Как продолженье той… беседы, Ты видишь— просто не робей, Несутся чувств игривых Веды. Но дань приличиям сильней, Мы скованы незримой тканью, Да, птицам дышится вольней, Мы ж точим мир упрямой гранью. 26.07.2007 г. В.П. Простое, художественное средство. Всегда открыты двери – там призрак – горизонт


в облаках купели деревьев тёмный зонт. Над томною рекою в изгибах тростников тенистые покои лесных, скользящих слов. Лишь сумерки настанут, прохладой запоют и поволокой странной во мглу рекой войдут. Таинственен и сложен закатный тихий час и как кинжал из ножен свет удивляет глаз. То - пламени размёты, то - розовый туман, сквозь синих туч намёты – белёсых форм буран. Не долгий час, урочный и в зеркале небес вдруг виден образ точный, Ну вот, плывя - исчез! Я этим переменам так несказанно рад – из свето-тени плена свобод цветущих сад. Само оно рисует – ни кистей, ни холстов, Вон - очертаний берег, лагуна, сеть дворцов. Туда, туда, скорее: охотничий азарт – ловлю восторг смелее в причудах древних карт. Конечно, всякий знает, там за рекой - мираж, но как мудро сияет звезды вечерней страж! Как будто он лишь понял и тайну разгадал – мчат колесницу кони и цвет во мгле пропал.


И сказочных картинок исчез текучий вид, а в пойме мрачный инок и звёзд далёкий щит. Я провожаю солнце и в памяти держу сил плазменных оконце магнитных бурь межу. Так свет в ночные грёзы войдёт, когда усну; На травах утра - слёзы. лицо ополосну. Очнусь спросонья – вспомню видений хоровод, Я солнце провожаю – оно внутри встаёт... 07.2007 г. В.П.

*** Когда ласкает летний ветер И тени вежливо скользят, Я отдыхаю, словно встретил Твоей души весёлый взгляд. Мне кажется, что ток воздушный Под сенью влюбчивых берёз Вплетает всё в поток радушный И быль сливает с миром грёз. Так неба плавное теченье Снисходит облаком в листву И тополей высоких пенье Слышно в задумчивом лесу. Что было, что минуло, будет – В одном несбыточном кружит, Восторг волшебный поцелуя В долине вечности лежит. Сойтись в одном простом дыхании – Ты в этом вся и не одна, Твоей природе я вверяю Свои надежды и слова. 05.07.2007 г. В.П.


*** Моё утро в твоих начинаниях… Странный город, полёт тишины, Серой мышью въедается в здания Дождевая незыблемость тьмы. Там сквозь линии строгие света Проникает волнующий звук, Горизонт—море мрачного лета, Взбрызги пены, грохочущий звук. Эхо волн, ударяющих в скалы, Высекает из камня огонь И потоки шуршащие лавы Бьют асфальта немую ладонь. Влажной памяти броские всплески, Неожиданный взгляд на листок— Как роса на нефрите подвески, Он, качаясь, смотрел на восток. Тонкой грани волнующий угол И деталь, притянувшая свет, Дождь утих и спешит на подмогу Что-то скрытое в памяти лет. 14.07.2007 г. *** Половинка луны пала в воду— Золотой перелив в камышах, Пряной влагой вздохнула природа В исчезающий сумерек шаг. Свет заката рассеянной мглою Серебрится в прибрежной траве, Тьма мерцая, улыбкой покоя Дарит дрёму древесной главе. И сверчок, резонируя трелью С отраженьем скользящим луны, Замолкал звуковой полутенью И блаженством тончайшей струны. Я в сердечность вечернего цвета Посылаю на веки друзей— Расставаясь, мы встретимся летом В час закатный, где в пульсе свирель.


Где плывут облака к горизонту Или небо напротив чисто, Здесь я встретил свою амазонку И простил её нежно, незло. Здесь долина утраченных смыслов И дорога к несбывшимся снам, Здесь скользящая к тайнам пирога, К огневым, вечно юным кострам. 25.07.2007 г. В.П. *** Лучшая молитва – В тишине без слов, Лучшая молитва – Просто сердца зов… 07.2007 г. В.П. Море неба. Мимолётная длительность мига, Время словно раскрылось цветком – Это ось карусельного ига И пространство летит лепестком. Замирая, любуюсь закатом, Растворяясь дыханьем одним, Облака стали тающим златом: Собирая — дарю всё другим. Вдалеке слышу тонкие звуки— Это в небе играет волна И пловец распластал в море руки, Предаваясь блаженству сполна. Это просто, простое слияние— Грёзы неба иль вымысел мой, Говорю, забывая названия, Только музыка ветра, прибой. «Чепуха!»: мне сказались когда-то— «Ты витаешь над грешной землёй», Но сладка мне небесная вата— В корни неба вплетаюсь змеёй. Я — не я, есть сплошное глазение, Чаша полная, выше краёв, Степь — не степь,-- это моря видение, Образ древних, грядущих слоёв.


Словно древо расту в идеальность, Здесь родные для сердца места, Здесь поэтов большая реальность, Здесь планеты читают с листа. 1.09.2007 г. В.П.

*** Линии света – в кромешную мглу, Тьму прожигая, неспешно иду, Жертвую радостью горних трудов И невидимкой в толпе жить готов. Кто ты? Безумная хаоса дочь, Неразбериха, тебе не помочь: Сети безделья, рабских потуг, Только в руках моих – солнечный плуг. Жгучее лето, пот как вода, Нервы натянуты как провода – Всё перемелет, сотрёт и сожжет Времени жернов, но сердце не ждёт. Тысячелетия или века пали на глину, Ты слышишь, река? Вопли проклятий и крики толпы, Я на арене и мчаться быки, Прошлого звуки ломают клыки. И затихает внутри монолог, Это усталости тела пролог, Теннисный корт – наказанье иль блажь? Дева небесная, сердце уважь. Выбор работы – новый тупик, Жертвую волей – солнца родник. Греции древней сказочный бог, Катиться камень усилием ног. Место любое, но вечен Сизиф, Это не Троя, но чем я не скиф: Золото скрою в утренний стих – Время – горою, гнев мой утих. 07.2007 г. В.П. *** Наполняет светом ночь Столь таинственно-радушным


Тишины прекрасной дочь Луноликость сил воздушных. Как тепло просторен вид, Еле шепчутся деревья, Лунной тени скользкий гид – Ветер, гладящий каменья. Отпустить сомненья в высь, Притвориться сонно-мягким, Ну же, сердце – улыбнись, Без мечтаний путь не сладкий. 07.2007 г. В.П. *** Потерялась ваша роль В непонятном преисподнем Колесили вечно вдоль Вертикального «сегодня». Нарисую вашу ночь Пустотой бесцветной краски, Больше нечем мне помочь – В этой пьесе нет развязки. Лица канут в безлич снов, Просто так, совсем исчезнут. Хворост собран для костров – Этой бездны путь разверзнут Время! Прах не истолочь Мельче самой мелкой части, Туз, семёрка – дальше ночь. Три, совсем нелепой масти. Будь разрублен на куски И разбросан по Вселенной! Где-то пали лепестки – Цвет древесно-вдохновленный. Потеряй себя в ничто И опять возникни в целом, Феникс есть и есть ещё, то, В чём суть любого дела. Оглянись – потомков цепь Или предков тают лики, А вверху мерцает степь И столбы как будто пики.


Кто ты, жаждущий вершин? Чем ты лучше предыдущих? Слава, злато – холм с аршин, Алчный город неимущих. Не имея ничего, ты свободен словно ветер, Дух спокоен – всё твоё, обретая – будешь светел. Окуни свои слова в то чудесное начало, Где есть грёзы наяву и мелодия звучала. 07.2007 г. В.П. Вольнодумие. Отпустить, ожидая ответа, Молчаливую душу открыть, Расцветая томлением лета В одночасье про беды забыть. Как роса медвяная стекает, Пав с поверхности гладкой листа, Так и мысль далеко улетает В ту страну, что лазурно чиста. Там элегий возвышенный отклик И невидимых нитей шелка, Там провидец меняет свой облик Как генетик спираль ДНК. Там идеи просты воплощеньем, Словно грезишь, смотря на кристалл, Кто на фею взглянул с изумленьем – Милосердия силу познал. Там живут только светлые люди, Невесомой и быстрой волной, Время прошлого в сказочном блюде – Сохраняется образ любой. Только в этом витающем чуде Обретаешь подвижный покой, Расплетаются узы и кудри И вращается свет золотой. Там забытые с детства проказы И иллюзий свободных мечты И не властвуют страхов приказы, Только правит закон красоты. В этом лето – попробуй проверить, Обнаружить забвенье всего, Эту лёгкость воздушного змея –


Эту плавность пути своего. Здесь прародина древних скитаний, Здесь славянская чистая быль, Здесь уставший от трудных исканий Будет ласков как в поле ковыль. Ни к чему самогона отрава Просто плавный полёт в синеву И шуршание сонной дубравы И возможности сна наяву. 07.2007 г.В.П. *** Забытых слов молитвы Взываю тишиной, Лазурно-чистой битвы Над каменной стеной. Ни просьбы, ни угрозы, Лишь сердца мысле-взор, Как лепестки у розы Раскрыли свой простор. Вдыхая ароматы улыбки заревой, Оттенки лёгкой грусти смолянки полевой, Я просто непрерывность без слов благодарю И светлую невинность в росе опять ловлю. Для счастья только малость Для всех в одном дана – Торжественны усталость И радость после сна. 07.2007 г. В.П. *** Я рвусь в ледяные просторы, Мерцающий ярко экран, Забытое кажется новым Цветной наполняя стакан. Искать откровения свыше Смотря на полёт облаков Иль ткать паутину под крышей Щелчком электронных мозгов? Играющий светом ребёнок Найдёт превращение в звук И луч как пушистый котёнок


Дугой изогнёт гибкий лук. А улицы ждут листопада И женщины ищут тепло, И мне б одинокому надо… Но будет ли ночью светло? Быть может, письмо улыбнётся От дальних, почтовых друзей, Надеждой компьютер взовьётся Над мнимостью ржавых гвоздей. Бегу огнедышащим садом, Иные туманы ловя, Мне листьев опавших не надо – Их ветер сметает не зря. Вот голых ветвей обнаженность, Раскрытие хладному злу, Бесстрашна небес отражённость – В них осень вонзает иглу. Мне кажется – там разрешенье, В безвестной и тайной дали, Иные пути для вращенья, Иные пути для любви. Бегу в иноземные страны. Где родина будет милей, Где боль не разлита в стаканы, Где я – гражданин тополей. Бегу ли, мечтой улетая, За птицами в призрачный край? Давно иностранец – я знаю, Полёт в запредельного даль. 09.2007 г. В.П. *** Лунный вечер пьют уста, Звук забытого рояля. Шелестит слегка листва С тополей себя теряя. И прозрачной чистотой, Натянув струну прохлады, Осень просится домой В непрерывность листопада. Насладиться глубиной.


Сбросив груз-усталость, Опьяниться тишиной, Где лишь звуков малость. И опять, мелодий нить Изнутри наружу вьётся: Есть стихи, но объяснить… Эхом пульса бьётся. Там в чернеющей дали Есть звезды улыбка, Ты ей осень подари И не будет зыбко. Пусть застелет все пути Шелестящим златом, Лето знойное простит – Время виновато. 09.2007 г. В.П. В Ольховой Туманом стелется равнина, Развёрнут свиток sumi-e, В окне – бегущая картина И поезд кружит как во сне. Лишь над мостом слегка очнувшись: Темнела хладная Лугань, Кроссвордом листьев усмехнувшись, Он перестуков выдал брань. Тебе, железная машина, Приятен взлёт над тенью вод – И новый вид несётся мимо И хмур осенний небосвод. Но вот ольхи округлость листьев И сосны воткнуты в песок, Дорога вьётся спесью лисьей, Гулявка, речка – наш Восток. Оставлен поезд. Мягким шагом, Вдыхая свежести росу, Иду домой – к поэту другу, Так, словно ценное несу. Да что ценнее – лёгкий шелест Сосны поющей в тишине И дюн песчаных редкий вереск, Берёз летящих в белизне?


Вопрос – ответ… Вдруг вижу руки, С землёй друживших много лет: В них нет ни зла, ни праздной скуки, Лишь помощь росту, тёплый свет. И скромный двор, где нет забора, Домашних птиц пестрящий цвет, Теплицы, грядки помидоров, Майоров нежный разноцвет. Они живут и дышат лесом. Поймёт ли это – городской? Мы здесь совсем с другим замесом: В трудах, заботах день-деньской. Бреду в плену грибной науки – Подстилки хвойный аромат. Вот глёд краснеет – не до скуки, Всему что вижу, просто рад. Я рад тому, что солнце греет, Сквозь стройность гладкую стволов И рад луне, когда стемнеет, Рад красноречию без слов. Гостеприимный день как сказка, Вольнолюбиво пролетел, Лишь кот, с тигриною раскраской, Мочал, а я спросить его не смел. Тепло печи, тепло уюта, Кот камышовый всё дремал, Он тайну звёздного приюта Сосредоточенно искал. 21.10.2007 г. В.П. «Иной» Есть книги, которых почти не читают: В них скрыт удивительно редкий нектар, Есть мысли, которых почти не бывает: В них пламени тонкого вечный пожар. Всё это – «следы», уводящие в сферы, Где плоскость ума, словно атлас морей И жизнь всем объёмом надёжности веры – Над бездной кругов превращений страстей. Надменной циничностью их отметают – Так кажется легче, глупей, веселей,


Как будто все тонкости в небе летают, А люди лишь корм для подземных червей. Бессмысленность всех напряжённых усилий Досадна, когда исчерпается век, А глупость, которую свыше простили, Едва ли подскажет в чём суть, человек. Почти незаметен той тонкостью строгой Такой же как все, но извечно иной, Возможно, его отторгая, спросили В чём истина, где бесконечность, герой? Иной, потому что взирает в глубины, Иной потому что мелодию льёт, Он сердцем уходит в бескрайность равнины И терпкую горечь бесстрашия пьёт. Он вечную женственность ловит во взгляде, Он ищет друзей проницающий взор, Ему, всё весна в замерзающем саде, Он неба вобрал одинокий простор. Его ты заметишь, мой друг, современник? Он – эхо упавшей листвы на асфальт, Как тенью мелькнувший олень у дубравы, Он тут и нигде, в интонациях – альт. Быть может, узнаешь четыре вопроса И в суть экзистенции просто войдёшь? Горчичное зёрнышко мельче, чем просо, К местам огневым над безумьем взойдёшь. Трепещут возможностей светлые крыла, Но редкость в обыденном разве найти? Летит паутинки осенняя сила, С ней тайную книгу природы прочти. Прости мне изысканность слов на бумаге: Я в целом такой же как все человек, В грядущем я вижу лишь прошлого флаги – Поэзии светлой немеркнущий век. Быть может ты – тот, кто отвергнут в отваге, Забытый на полке извечного след, И так же как он в бытия сложной браге Находишь в непознанном ясный ответ? Не знаю, не знаю… Всегда не доволен И жизнь в аутсайде мне чем-то милей, Других не излечишь, а то, чем сам болен Едва ли спасёт от цинизма людей.


Воспеты сердечность и разума сила, Элегий возвышенных тысячи строк, Но призрачно всё – ветрогонная лира Лишь денежной мерой оценит восток. Всевластие денег, бессилия сила – За этим скрывается тяжкий урок, Продажно не всё – и натянута жила, А время иллюзиям выведет срок. А всё-таки, видишь, листва пожелтела И осень прозрачностью духа звенит? Ах да, не о том, слишком тонкое дело, Не будем о трудном – душа заболит. О Бальмонте слышали? А Фрома читали? Их нет, но каков неземной парадокс – Они всё, наверно заранее знали: Иметь или быть – разрешённый вопрос. 10.2007 г. В.П. *** Вновь утешенья робкие ловлю, Пытаясь изменить свою стезю. Ушедшим в след опал осенний лист, Но ветер вскружит и опять он чист. А после снег всё заметёт – Под покрывалом белым свежестью взойдёт. То, обращённое в ничто, уйдёт навек, Но лёгкость вдохновений ищет человек. Из ниоткуда, из мгновенных чар, Вдруг завязь времени прочувствовал нектар И чистоту волнений прошлых лет, Так, словно рядом те, кого уж нет. Страданья их слагали лёгкий путь Для тех, кто счастлив и посмел дерзнуть, За облака мечтой всевидящей взлететь, И дар свободы легкомысленно воспеть. Высокопарно? Пафос для словца? Суть с теми, кто в весенней сказке без конца: Недалеко, но где-то изнутри Бьёт то, в чём смысл любой стези. Идти туда, откуда все пути, Где прямизной сошлись извивы из груди,


Где прошлое с грядущим сплетено, Где всё возможно, всё разрешено. Там лёгких дуновений пронизает гладь, Озёрная прозрачность небесам под стать И кто бы что ни говорил – Ты нить волшебную ловил. Поймал – ни слова, тишина… Слегка натянута струна И звук пьянящий, аромат, За облаками – горный сад. Он мал, но многое вместил И отрешенно всё забыл, Он с теми, кто давно исчез: Столь глубока лишь синь небес. 9.11.2007 г. В.П. Ярость Мужскую ярость еле в сердце усмирил, Лишь эхом, горным эхом тишину пронзил И внутреннему крику колыбель отозвалась, Слегка качнулись звёзды, и позёмка пронеслась. Стихия ветра, парусный порыв Ты носишься безумно, мощно наотрыв, И я не одинок – во мне есть небеса, Не нужен парус – в лодке два весла. И мне милей скольжение воды, Чем угловатых форм неровные ходы И нравиться мне мерное парение в тишине, Но нынче, злость пришла ко мне извне. Бессилие зачем-то я впустил И от безумия чужого возопил – Я мал, но слабость ваша велика, Вас много – мне помогут облака! Мне истины дороже путь прямой, Чем блага в нищете любой ценой, Так масла каплю не смешать с водой, А значит мне не попути с толпой. 11.11.2007 г. В.П. Ноябрьское утро С дерева на дерево, с ветки на обрыв,


Обезьяна севера – ветреный порыв. Исчезают сумерки на рассвете дня, В лучезарной ясности – красота огня, Обжигает холодом утренний простор, Солнце дарит городу рыжеокий взор. Вдаль, следит за вороном – всплески в облаках, Ветер гладит бороду и скользит в руках. Поздней краски осени и внезапный штрих: Белых линий россыпи – снег влетает в стих. И курлычат вороны словно журавли, Озорному норову – цвет родной земли, Пядь за пядью ластятся, плещутся крылом, А позёмке белой – танец о былом. Осень – тайна прошлого, зоревых огней Золотится проседью, тишиной полей, Чистотой лазурности, утренней звездой, Мудрой озарёностью грани не простой. Ты мечтал о холоде, в летний, жаркий зной, Вот он – вздох чудесный – пар летит златой, В этом перевёртыше Вруцелето знак, В полюсах полярностей сохранится злак. Колесо вращается, черпает ковшом, Что не перемелется, то взрастёт потом. Может быть в морозный, предрасветный час, Утро прорастает расцветая в нас. 14.11.2007 г. В.П. Засыпая на ходу Тьму мнимых сущностей вбирает Дождливый вечер – сотни луж. Там – что-то вежливо мерцает, А вот – реки скользящий уж. Фонарный столб измазан глиной, А рядом замер серый кот, И в окнах цвет – в бокалах вина И время замедляет ход. И говорит со мной как призрак Ноябрьский ветер тишиной, Спокойных снов забавный признак Бредет, зевая глубиной. Я в бесшабашность слов не верю – Искристый в тополе туман, Луна прикрылась тучей-дверью,


Безмолвной мыслью путник пьян. Идти туда, где тает нечто. Хрустальный свет там отражён, Где я – не я, лишь грезит некто, В зеркальность тканей облачён. 25.11.2007 г. В.П. *** Высокий холод. Зимний день. Сверкают золотом снежинки. Из синевы исходит тень В пейзаж подарочной картинки. Пьянящий, ветреный восторг И пыл краснеющих пощёчин. Летящий ворон крик исторг – «Ар» восхитителен и точен. Природа лирики полна: Из глаз и носа слёзы льются – Мысль белоснежная ясна, Клубы из пара нежно вьются. Разбился лёд немых сердец – Тепла душа, взывая, хочет, С невестой белой под венец – Над смертным вьюга зло хохочет. Да нет, не зло – люби январь, Любой поэт бы поклонился, Так объяснять – язык и сталь, Ни слова…с детства породнился. Страх тело сковывает в лёд, А между тем – душа в отваге И старец древности поёт, Что мысли Бога не в бумаге. Что, если тело ваше – мысль, Идея мудрости Всевышней – Её подвижность кружит ввысь И взмах крыла не будет лишним. «Ар!», «Ар!» А Ра не виноват – Небесный глаз во всю сияет И от земных до верхних врат Луч света ворон провожает. 01.2008 г. В.П.


*** Ты чувствуешь ветер, летящий с вершин? ветвей шелест светел с пригорок, кручин. И призраком плавно крадущейся мглы, ты вспомнишь о главном – о вздохе сосны? Пружинит в подлеске подстилка хвои и в лунной подвеске улыбка земли. Вновь время играет со мной наяву, свой круг совершает – средь сосен бреду... 9.02.2008 г. В.П. Botanical garden Барвинок в буковой дубраве, весенний проблеск - первоцвет, деревья в солнечной оправе – склонился ландыш им в ответ. Всё это - мило, глаз чарует, природы радужный напев, цветенье трав лесных волнует детей, резвящихся у древ. Прохожий, сам того незная, идёт тропинкой прошлых лет, миг вдохновений разделяя с тем, кто давно сложил куплет. И в поднебесье смотрит робко магнолий белый лепесток, там, высоко - пушистость хлопка и к свету тянется росток. В саду - внезапны переходы: из Закарпатья, вдруг в Китай, вершин канадских сосен сходы скрывают призрачный Алтай.


А под ногами - листик гинго как мотылёк, сразивший свет, в плену растительного мира хранит Японии секрет... 04.2008 г. В.П. Botanical Сквозь стройные кроны берёз и абрисы двух кипарисов, закатное солнце—до слёз, а с ветки серёжка повисла. Вновь с мелкой, ранимой листвой смешались лучистые блики и зыбкой, чуть рыжей волной плывут в темнохвойные пики. Не в грёзах, а так—наяву, прощальную ясность вбирая, росою осев на траву, я в сумерках день растворяю. Почувствуй прохладный покой душой улетающей птицы, берёзово-белой корой, хранящей ночные страницы. И тихо, мне сладко шепни, как ветер, скользящий по коже, таинственно всё объясни, ведь я не случайный прохожий. 04.2008 г. В.П. *** Над невозможностью взорваться, Над невозможностью сорвать, Бутоном крепким любоваться, Росой с листа стремглав сбегать. Тюльпанов брошенные корни, Стрелой взлетают в облака, А с крыши капли, словно кони— В галоп, с восторгом, свысока. Здесь, в закутке, средь чистотела И острых листьев крапивы, Есть ясность скромного удела И строгость крепкой тетивы.


Так почему-то глазу мило, Не то, что видно всякий раз, А что уклончиво сокрыла Природа манящая нас. Весенний дождь над чудным садом, Где утонул в цветах партер, Звенит радушно лёгким ладом, Красноречиво как Бодлер. 20.04.2008 г. В.П. *** Я подарил тебе тюльпан и робкую мимозу, так, для ноктюрнов, мелодрам— ты превратилась в розу. Она прекрасна и сочна, но острые иголки и колким норовом сполна сравнится с гордой ёлкой. Сорвать цветок — мужской удел, но горек этот праздник: полюбоваться не успел как сник, зачах алмазник. Я луговой люблю цветок за тонкость аромата, цветущий клевер, полынок. чабрец с душистой мятой. Они в ненужности — бурьян, помеха для рассады, но от любовных мук и ран лишь в них одних услада. Банальных фраз не истолочь в аптекарском сосуде, неповторима только ночь на вешнем, звёздном блюде. Не пуританский ох и ах с голландских натюрмортов, а неизведанного взмах на лунном горизонте. 04.2008 г. В.П.


Сиреневый аромат. Я прохожу сквозь ваши тени и ветку ломкую сирени, благоуханный, робкий взгляд, ловлю как призрачную пери, её волнующий наряд. Запечатлеть себя на фото, застыть в мгновенной позе-па, бросок в окно световорота, желаний пёстрая тропа. Среди людей, опять один, так древа, мучимы обрезкой, желаньем целого горят, фантомно вздрагивая, резко. Ты безутешна – боль души, опали пьяные пионы, они невинно хороши, китайских истин почтальоны. Всё как-то мимо, но цветёт, парк для людей весьма ухожен, кто одинок – сам виноват, так мне сказал один прохожий. Но мне в различиях – одно, одно, давно и просто видно: глубок естественного взгляд, лишь глупость внешняя обидна. Вон там, мелькает мотылёк, а вот – росы смешная капля, я не один, меня увлёк, солнцеворот – огнива капля. И мир внутри сильней цветёт, подобно яркости весенней – там что-то нежное зовёт, без пикников и вожделений. 05.2008 г. В.П. Улитки Эх, время – медленная птица, парит и тянется, ленится, так две улитки, не спеша, скользят с любовью, не дыша.


Их страсть порывом вечность точит и проплывают облака, а хрупкий панцирь вихрь пророчит, асфальт царапая слегка. Поползновений робких – годы, а миг свиданий слишком быстр, мир относительной свободы -в плену игры межзвёздных искр. Её одну он поджидает и к ней одной во сне скользит и даже Хронос замирает: он то – смеётся, то – язвит. 05.2008 г. В.П.

Лист, плывущий по воде ...  

Сборник стихотворений В.Б. Пичугина